Сети для леди
Шрифт:
Что ж, не очень-то она и соврала. Разве она знает Дика Блейза? Того, прежнего, знала, а нынешнего… Все такой же умный, образованный, но куда более жесткий.
Все мысли Шерил обратились к мрачному Ронни. В школе она застала мальчишек, смеявшихся над ним, и до сих пор не выяснила, что было причиной.
— Что произошло, сын?
— Ничего, мам.
— Чего ты так уставился на эти ворота? Не видел никогда?
— Они автоматические. Вон, кабель протянут. Теперь тебе не придется толкать их. Одной кнопочкой откроются.
— Если
— Ну, этот дядька наверняка позволит тебе.
Шерил подавила вспыхнувшее возмущение. В конце концов, Ронни всего девять лет.
— Ладно, не так это и важно. Все равно мы скоро уедем.
— Уедем? Куда?
— Пока не знаю точно. В город. Подальше отсюда.
— Жаль. Мне здесь нравится.
— В городе тебе больше понравится. Здесь ты совсем один, я не в счет. Тебе нужна компания.
— Не нужна.
Ронни ответил почти враждебно и даже отвернулся. Шерил решила не давить на него. Еще все равно ничего не решено. Теперь он знает, что они должны переехать, а когда это случится, успеет и привыкнуть к этой мысли.
Через два дня ворота установили окончательно и немедленно принялись за дорогу. Необходимость подобных работ признавала даже Шерил.
Улыбчивый ирландец-спартанец навестил Шерил и Ронни лично, чтобы вручить им новенький пульт от ворот. Оказывается, мистер Блейз позвонил аж из Америки и распорядился сделать это немедленно.
Шерил мрачно подумала, что он не предупредил ее об отъезде, и тут же одернула себя. С какой стати мистер Блейз должен ставить ее в известность о своих перемещениях по земному шару? Она для него ничего не значит, да и он для нее тоже.
Зато его отсутствие дало Шерил возможность удовлетворить свое любопытство и пойти посмотреть, что успели сделать внутри дома. Увиденное ошеломило ее. Дом сиял чистотой и казался помолодевшим. Здесь трудилась целая армия, не иначе. Странно, но Шерил расстроилась. Было совершенно очевидно, что без подобного ремонта дом просто мог погибнуть, но теперь ей казалось, что вся ее прошлая жизнь безжалостно и хладнокровно перечеркнута, разрушена, обращена в пыль, которую вымели вместе с мусором. Желание поскорее уехать из коттеджа стало еще сильнее.
Она звонила в агентство каждый день, чувствуя на себе укоризненный взгляд Ронни, но результатов не было.
Еще через неделю она поехала осмотреть первый вариант. Крошечные комнатки, темная кухня, отсутствие ванной и неистребимый кошачий запах не отпугнули Шерил. Она упрямо твердила себе, что это то, что надо, и даже едва не внесла залог. Честно говоря, единственное, что заставило ее согласиться, так это цена.
Ронни был категоричен, как все дети, и столь же честен.
— Это ужасно, мам. Тут нельзя жить.
Шерил едва не сорвалась, но быстро взяла себя в руки и стала очень спокойно объяснять, что им все равно придется
Ронни молчал. Что ж, все десять лет она старательно охраняла сына от проблем взрослой жизни, нечего и ждать, что теперь он сразу все поймет.
Ронни молчал. Целую неделю подряд. Шерил начала потихоньку чувствовать свою несостоятельность. Неужели Дик Блейз — и весь остальной мир — прав? Неужели она слишком молода, чтобы быть матерью?
После недели молчания Ронни изрек:
— Я думаю, нам удастся остаться здесь, мама.
— Ронни, перестань думать о том, что ты не в силах изменить! Что бы ни было дальше, все только к лучшему, вот и все.
— Но если мы можем остаться в коттедже навсегда, чего же ты еще хочешь?
— Честно говоря, больше я ничего бы не хотела.
— Ну вот! И Дик хочет, чтобы ты осталась здесь!
— Дик?! Я полагаю, ты имеешь в виду мистера Блейза?
— Он сказан, что я могу звать его просто Дик.
Земля стремительно уползала из-под ног Шерил.
— Когда он это сказал?
— Да не помню я. Неважно. Мам, если он не хочет, чтоб мы уезжали, так почему мы не можем остаться?
До школьного автобуса оставалось десять минут. Она все объяснит ему позже.
— Хорошо. Мы подумаем об этом потом. Она мучительно искала нужные слова, но так и не нашла, потому что в конце недели объявился Дик.
Это произошло вечером в пятницу. Ронни ушел на день рождения к другу, причем с ночевкой, сама Шерил только что приняла ванну и сушила волосы перед камином.
Стук в дверь заставил ее слегка подскочить. Гости к ней никогда не приходили так поздно, во всяком случае без звонка. Шерил вышла в прихожую и попыталась выглянуть в окно. Шел дождь, истинно английский, нудный, больше напоминающий тусклую и мокрую занавеску, наброшенную на весь мир сразу. Тем не менее гостя она узнала, и сердце немедленно провалилось в пятки.
Дик Блейз.
Она шарахнулась от окна и в ужасе оглядела себя. Халат, в беспорядке падающие на плечи влажные волосы, под халатом ночная рубашка…
— Шерил, открой, это я.
Может, он постоит-постоит и уйдет, если не открывать и не отвечать?
— Шер, я знаю, что ты дома.
Только он один так сокращал, ее имя. Когда-то ей это нравилось, теперь причиняло боль. Шерил открыла.
— Да?
— Привет. Я тоже очень рад тебя видеть.
— Чего ты хочешь? Уже десять часов, так что…
— Извини, что так поздно, но я только что с самолета. Решил зайти сегодня, боялся не застать завтра.
— Если это насчет оплаты, то я готова заплатить все, что задолжала, но мы ведь не договорились о сумме…