Сестры
Шрифт:
За полчаса Венгр успел прибрать квартиру, во всяком случае, видимые ее участки. Нарезал сыр, колбасу, поставил фужеры для вина и даже разыскал спрятанную матерью коробку конфет. Расставил все это на небольшом сервировочном столике в своей комнате.
— Привет, — Лиза перешагнула порог и попала в круг света. Только тут заметила, что вся в снегу. Охнула, вернулась на лестничную клетку, стала отряхиваться, подскочил Венгр, помог.
— Неужели такой снег сыплет?
— Ты что же, весь день дома просидел и даже в
— Угу. Никуда не выходил сегодня. Валялся.
— Продрых такую замечательную погоду, — засмеялась Лиза. На мгновение Венгр испугался, что девушка потащит его гулять по заснеженной Москве, но она уже входила в квартиру. Венгр зашел следом и плотно закрыл дверь.
— А где твои? — шепотом спросила она.
— В гостях, — тоже шепотом ответил он. — Будут поздно. А я, как знал, отказался идти.
— Поесть дашь?
— Конечно, — просиял Венгр. Повесил пальто гостьи и прошел следом за ней к себе в комнату. Погасил верхний свет, оставил гореть торшер, включил музыку: сделал то, что не успел к ее приходу. Огляделся. Вроде порядок. Лиза уже сидела на диване, поджав ноги, и уплетала бутерброд.
— Вина выпьем?
Она пожала плечами с видом: почему бы нет. Венгр налил полный фужер, девушка послушно отложила бутерброд и выжидательно на него посмотрела.
— Давай за нас, — предложил он.
Лиза еще раз пожала плечами и неожиданно махнула все содержимое фужера. Венгр не успел и глазом моргнуть. Налил снова. В мозгу завертелась мысль: напоить бы ее, тогда все проще. Подождал, пока она доест эту чертову колбасу, еще добавил вина.
— Что, опять? — весело спросила Лиза. — За что на этот раз?
Венгр задумался ненадолго:
— Давай опять за нас.
— Ты не оригинален. Давай за счастье твоего друга Кирилла, который женится на моей сестре.
— Давай, — быстро и равнодушно согласился парень.
— Пусть живется им сладко и легко, пусть их совместные дни будут наполнены медом и патокой. Пусть им станет поскорее тошно друг от друга, — и снова выпила до дна.
Венгр, который слушал Лизу не очень внимательно, подумал, что ослышался. Проследил, как она выпила, и понял, что момент настал.
— Лиза, послушай меня, — решительно начал он. — Я давно хотел сказать тебе… — на этом его решительность иссякла. Лиза смотрела вопросительно и не думала приходить на помощь. — Так вот, я хотел сказать тебе… Я люблю тебя. Вот, — выпалил Венгр.
— Ну что ты, Димочка, ты просто немного увлечен.
— Увлечен? — взвился молодой человек. — Это называется «увлечен»? Я, кроме как о тебе, последнее время ни о чем думать не могу. Вся жизнь свелась к ожиданию твоего звонка. А стоит тебе позвонить, так и существование вроде смысл обретает и уже ждешь приговора — придешь или нет. Увлечен, — он горестно усмехнулся.
Она провела рукой по его волосам, он тут же схватил ее запястье и
— Лиза, девочка моя, — зашептал, — я так люблю тебя.
Лиза откинулась на спинку дивана и ощутила, как тело расслабляется. Смежила веки и лениво подумала: пусть все катится, как катится. Она не стала открывать глаз, когда почувствовала губы Венгра на своих губах, шее. Позволила ему расстегнуть кофточку и очнулась, только когда он стал стягивать с нее юбку.
— Что ты делаешь? — зашептала в ужасе. — Прекрати немедленно.
— Тихо, тихо, — шепотом ответил пылкий поклонник. — Если хочешь, я свет погашу.
Он перегнулся, и как-то в один миг стало очень темно. Лиза распахнула глаза и ничего не увидела, зато вскоре почувствовала, что юбку с нее Венгр уже снял и теперь целует ее живот и грудь. Она начала задыхаться.
— Перестань, перестань сейчас же, — никак не могла заговорить громко, все время шептала.
— Сейчас, сейчас, — отозвался Венгр.
Что сейчас? Что сейчас? Лиза поняла, что лежит на диване уже совершенно голая и что Дима наконец оставил ее в покое.
— Ты где? — она попыталась нашарить свою одежду.
— Я здесь, здесь, — он очутился рядом, рука девушки ткнулась в его тело…
— Ты что, разделся?
— Не бойся, я буду очень нежным. — Он протянул руки, прижал испуганную Лизу к себе, начал гладить.
Та, не зная, куда деть свои руки, и вообще не представляя, что делать, сосредоточилась на одном: постараться как можно меньше касаться Венгра, особенно того места, которое явилось источником ее сегодняшних неприятностей. Потом снова заговорила:
— Послушай. Остановись. Не надо: Я не хочу.
— Почему? Почему? — спрашивал Венгр, подминая ее под себя.
— Я не люблю тебя. Я не хочу тебя. Отпусти же меня, наконец! — Лиза попыталась сопротивляться, но было поздно. Длинное тело нежеланного партнера надежно притискивало ее к дивану.
— Сейчас, сейчас, — бормотал он, жарко дыша в ухо.
О Господи, и что Катька в этом нашла хорошего, думала Лиза, испытывая боль и омерзение. Гадко, отвратительно, и подумать только, ради этого люди сходят с ума…
Когда Венгр отпал от нее, бормоча слова благодарности и любви, Лиза, не проронив ни слова, встала, взяла одежду, прошла в ванную. Долго стояла под душем, отмывая тело чужим мылом. Когда вернулась в комнату, то обнаружила, что Венгр и не думал вставать, только накрылся пледом. Торшер снова горел.
— Лиза, — радостно позвал он. — Давай выпьем. Я так счастлив. Иди ко мне. Зачем ты оделась?
— Я ухожу, — сухо ответила она. — И думаю, что мы больше никогда не увидимся.
Не желая видеть его оторопевшего лица, быстро повернулась и вылетела из квартиры. До метро она почти бежала, — казалось, что ее преследует отчаянный вопль, которым Венгр огласил тихий московский дворик: