Сердцеед
Шрифт:
«В каком столетии живет эта женщина?» — размышляла Виктория, благодарная проявленной миссис Причард заботе о ее добродетели, но разочарованная очевидным легковерием поварихи.
— Лично меня больше интересует сам источник, чем глупый скандал. Итак, кто же сказал вам, что мистер О'Хари пытался совратить меня?
Миссис Причард понизила голос.
— Я не хочу, чтобы вы допытывались, где я это услышала, — прошептала она. — Могу только сказать вам, что он не первый, от кого пошла эта брехня. — Было совершенно ясно, что повариха
— Кто «он»? — настойчиво повторила Виктория. Миссис Причард явно волновалась, и Виктория уже догадывалась, кого хотела защитить повариха.
Теперь миссис Причард перешла на испуганный шепот.
— Ян сказал, что слышал это в конюшне.
Виктория чуть не засмеялась при мысли о родившемся в ее воображении жалком сценарии, действие которого разворачивается ночью в задымленной комнате или в полночь вдоль туманных причалов.
— Если только одна из лошадей не говорит по-человечьи, — сказала она, — тогда это был кто-то из людей. Может быть, Пэгги Гливи?
Узнав, кем был Ян, Виктория сочла нелепым думать, что он самостоятельно сочинил подобную ложь о незнакомом ему человеке. Скорее всего, он поверил своей любовнице из замка.
В комнату вошел Нилли и направился к буфету за кофейной чашкой.
— А почему бы вам не спросить Нилли? — предложила Виктория. — Он в тот момент как раз был в комнате и все видел.
Миссис Причард вдруг ухмыльнулась с таким видом, словно ее дразнят.
— На могиле своего уэльсца я бы поклялась, что вы, моя дорогая, говорите правду, — сказала она. — Но, да защитят вас святые, вы встали на пути некоей подлой личности. И она не успокоится, пока вы не покинете замок.
— Еще один довод в пользу того, что я должна остаться, — ответила Виктория. Она была совсем сбита с толку и не понимала, чем же заслужила такую ненависть со стороны кузины Хантера.
Было очевидно также, что Виктория пробудила равные по силе и опасности чувства и у брата Пэгги.
— Я вижу, вам удалось спастись бегством из-под моего кузена, — злорадно заметил Син Майкл, встретив ее в библиотеке.
— Да, — холодно ответила Виктория. — Муравьи-убийцы и прочее.
— Это же была шутка! — Син Майкл отодвинул в сторону книги, которые она сняла с полки, и уселся на освободившееся место.
— Вообще-то я пришел, чтобы извиниться.
«Так-так», — подумала Виктория: слово «простите» явно не соответствовало его наглой натуре и выходило за рамки его уличного жаргона.
— Полагаю, что извиниться вы должны перед своим кузеном, — заметила Виктория.
— Хантер может идти к черту, — сказал Син Майкл, — вы же совсем другое дело. — Он оценивающе осмотрел ее с головы до пят, даже не пытаясь скрыть свой взгляд.
— Я у него работаю, — сказала Виктория. — А это значит, что мы в одной лодке.
— Выбор за вами. Однако, по крайней
— Мирное предложение?!
— Дождь, по-видимому, завтра прекратится.
— Ну и что из этого?
— Мы могли бы прокатиться.
— На машине?
Син Майкл рассмеялся.
— Нет, верхом. Вы же ездите верхом?
— Только на карусели. — Виктория отобрала книги, которые были нужны Хантеру, и теперь стремилась избавиться от общества его кузена.
— Трудно сесть в седло только в первый раз, — сказал Син Майкл. Он облизал губу, и она залоснилась. — Как только животное окажется под вами, оно тут же пустится вскачь. — Двусмысленность его слов была вполне откровенна.
— Согласна, что это действительно так, — сказала Виктория. — И, тем не менее, от прогулки я отказываюсь.
— Значит, вы меня отвергаете? — Судя по удивлению, прозвучавшему в его голосе, Син Майкл не привык слышать подобные ответы из женских уст.
— Если коротко, то да.
Когда она проходила мимо, Син Майкл схватил ее за руку, но почувствовав, что Виктория встревоженно напряглась и приготовилась дать отпор, отпустил ее. И тут же, не позволив Виктории сказать ни слова, заговорил сам.
— Ну а как быть с лодкой, куда вы поместились с моим кузеном? — сказал он, напомнив ей ее собственные слова.
Он изводил Викторию и наслаждался этим.
Син Майкл поднялся, на секунду взглянул на нее сверху вниз, а потом повернулся, чтобы взять нечто с письменного стола Хантера.
Это была фотография.
Виктория почувствовала, что душа ее ушла в пятки. Может быть, он собирается сказать ей, кто эта красавица? Эта таинственная девушка, портрет которой занимал столь почетное место среди других предметов…
Какое-то мгновение Син Майкл изучал обрамленное локонами ангельское лицо, а затем снова посмотрел на нее.
— Не будьте дурой, Виктория.
— Вы, по-видимому, чем-то озабочены, — заметил Хантер, посмотрев на Викторию поверх спущенных на нос очков.
Два дня прошло после его неудачной попытки встать на ноги. Два дня, в течение которых он делал вид, что ничего не случилось. Два дня — и слухи прекратились. Интрига между слугами перешла на более высокий уровень, и, к облегчению Виктории, пикантный эпизод отошел на задний план.
— Улаживаю детали визита Тэппинга, — солгала она.
— Я уверен, что у вас все под контролем, — похвалил ее Хантер. — Кстати, я только что думал, что на время его пребывания здесь вы могли бы взять отпуск на пару дней.
— Хорошо, — кивнула Виктория. — На фирме наверняка уже накопилась куча дел. — К тому же она соскучилась по обществу Тэтчера и Джона.
— Я имел в виду, — разъяснил Хантер, — что Тэппинг никогда не бывал в Вашингтоне.
— Как я понимаю, к моим многочисленным обязанностям теперь прибавляется должность гида?