Сердце Волка
Шрифт:
Как можно лучше прицелившись, она выстрелила.
Стрела, дугой перечеркнув небеса, вонзилась Тенрису прямо в ладонь. Он взвыл и упал на колени, его нож с грохотом покатился по камням.
Торак, воспользовавшись этим, поспешно вывернулся из ремней, стягивавших его лодыжки, и, собрав последние силы, оперся на пятки и рывком дернулся вперед. Рук своих он почти не чувствовал: они казались чужими, тяжелыми, но ему все же
А Тенрис по-прежнему стоял на коленях, зажав одной рукой вторую, раненую. Потом поднялся и, пошатываясь, отошел от края Утеса настолько, чтобы его не могли достать стрелы.
Торак, с огромным трудом заставляя онемевшее тело двигаться, отбежал от него подальше. Постепенно оживающие плечи и запястья жгло как огнем. Сейчас они с Тенрисом стояли по разные стороны от жертвенного камня, прямо у Торака за спиной был край Утеса, нависавший над Морем.
Страшно шипя от боли, Тенрис выдернул из своей ладони стрелу. Пот ручьями струился по его лицу, измазанному золой, и оставлял извилистые дорожки, под которыми проступали красные шрамы ожогов.
— Сдавайся, Торак! — задыхаясь, сказал колдун. — Все кончено!
Послышался волчий вой. Это Волк сообщал Тораку: «Злых духов больше нет!»
— Он далеко, — сказал Тенрис, хватаясь за гарпун. — Он тебе больше не поможет.
— Он и так уже помог мне, — возразил Торак.
Тенрис фыркнул:
— Нет, теперь тебе никто не поможет, Торак. И твои друзья уже не смогут снова выстрелить в меня, поскольку будут бояться попасть в тебя.
Торак не ответил. Он с огромным трудом, собрав последние силы, держался на ногах.
— Сдавайся, Торак! — вновь раздался красивый, звучный голос колдуна. — Признаю: ты отлично держался, но теперь тебе пора передать свою магическую силу тому, кто знает, как ею воспользоваться.
Торак быстро оглянулся. Восточный ветер крепчал, унося туман. Полоска серебряного лунного света пролегла на поверхности Моря.
— Не бойся: я все сделаю быстро, — снова заговорил Тенрис. — Обещаю.
Далеко внизу беспокойно мерцало Море. Торак чувствовал на лице ветер, дующий из Леса, и думал о Волке, о Ренн, о Фин-Кединне, обо всех тех племенах, с которыми даже никогда не встречался. Если он позволит Тенрису отнять у него блуждающую душу, тогда всем этим людям будет вечно грозить смертельная опасность.
— У тебя нет выбора, — прошептал Пожиратель Душ. — И ты это знаешь.
Торак расправил плечи и посмотрел прямо в настойчивые серые глаза колдуна.
Слишком поздно Тенрис догадался о том, что задумал этот мальчишка, — и глаза колдуна расширились от страха и изумления.
— Выбор всегда есть, — сказал Торак и спиной вперед прыгнул с Утеса в Море.
Глава тридцать третья
Вниз, вниз, вниз падал он, стрелой пронзая воду, сквозь золотистый лес водорослей — вниз, вниз, во тьму. Дно тянуло его к себе,
Но он же знал это, когда шагнул с Утеса. Он знал, что на этот раз рядом не будет ни дружелюбного тюленя-хранителя, ни Волка, который прыгнет даже в ненавистную воду, чтобы спасти его. На этот раз он, Торак, остался один на один с вечно голодным Морем. И на этот раз ничто его не спасет.
Он повернул голову, чтобы в последний раз взглянуть на свет, и увидел очень высоко над собой чей-то силуэт, закрывавший солнце. Неведомое существо плыло прямо к нему, двигаясь быстрее угря.
В душе Торака вспыхнула искорка надежды. Кто это? Волк? Ренн? Бейл?
Тенрис схватил его за волосы и стал рывками подниматься с ним на поверхность.
Торак вырывался, брыкался, но Пожиратель Душ оказался значительно сильнее. Связанными руками Торак цеплялся за стебли бурых водорослей, замедляя всплытие, и в такие минуты вокруг них возникали целые облака трепещущих серебристых пузырьков. Подобную яростную борьбу они продолжали до тех пор, пока у обоих легкие не стало жечь как огнем, а вода вокруг не покраснела от крови, текшей у Тенриса из раненой руки.
Наконец Пожирателю Душ удалось оторвать руки Торака от стебля ламинарии. Он снова потащил его наверх, крепко прижимая к себе. Сплетясь, точно гадюки на пне, они спиралью всплывали к свету.
И вместе вылетели на поверхность Моря.
— Значит, ты бы предпочел убить себя? — задыхаясь, спросил Тенрис. — Как благородно! Только я тебе такой возможности не предоставлю! — По-прежнему держа Торака за волосы, он стал решительно грести к берегу, отлично управляясь одной рукой и двигаясь быстрыми, уверенными рывками.
Торак попытался укусить его за руку — и тут же получил жестокий удар в висок.
Удар на мгновение оглушил его. Он ушел под воду, а вынырнув, совсем рядом услыхал смертоносное «кушш!» и увидел огромный черный плавник. Стремительно рассекая волны, Охотник мчался прямо на них.
От ужаса у Торака онемело все тело.
Но Тенрис Охотника не замечал, ему слишком хотелось поскорее добраться до берега. Так что действовать нужно было мгновенно.
Собрав самые последние силы, Торак извернулся и связанными руками умудрился сорвать с шеи Пожирателя Душ магический амулет, скрывающий его от врагов.
Тенрис что-то изумленно прорычал и на мгновение несколько ослабил хватку. Этого Тораку вполне хватило: он что было сил лягнул колдуна и тут же отплыл подальше, чтобы тот не смог сразу схватить его.
Тенрис бросился за ним и тут увидел наконец Охотника. Рука его невольно потянулась к заветному амулету, ногти царапнули обнаженную кожу, и он потянулся к Тораку, чтобы выхватить у него амулет. Но Торак успел увернуться и, высунувшись из воды, зашвырнул магический предмет в пенные волны. Тенрис что-то гневно крикнул и нырнул, надеясь поймать амулет, но тот уже пошел ко дну.