Сердце ведьмы
Шрифт:
– Меня окружили волки, – рассказывала она. – Я уж подумала, что конец. Что мне, ребенку, делать с целой стаей голодных волков? И тут из кустов выскочил ты. Я испугалась пуще прежнего. Морда у тебя в тот момент была… ну такая. Во сне увидишь, не проснешься. Клыки оскалил, глаза горят. Испугалась не только я. Волки бросились наутек. А ты подходишь к дереву и говоришь, мол, слезай.
– А ты и слезла? – фыркнул я.
– Нет, конечно. Тогда ты сказал, что знаешь меня. Я спросила тогда, в каком доме живу. А ты возьми да опиши его. С побелкой, мол, а крыша черепичная, только странная. Отец краску добавил, и теперь у нас в Кровижцах у единственных дом
Девушка пожала плечами и продолжила болтать со мной, будто мы дружили всю жизнь. Спустя время ее рассказы подтвердились. Чаща выплюнула меня у огромного дуба, на котором девушка пряталась от волков. В первую нашу встречу она подбадривала меня и уверяла, что мы знакомы, а во вторую это мне пришлось доказывать ей, что все хорошо. Шутки леса со временем продолжались.
Мне казалось, что Марта не знает, что у меня появилась подруга. Я был счастлив. Наконец хоть какие-то секреты. И друг – настоящий, живой! И снова я не хотел видеть истины. Боялся признаться себе в очевидном. Марта отправила меня в лес, потому что Истле показала ей, что эта девушка станет моей единственной любовью. Мачеха умела лишь защищать и охранять, будто цепная собака. Она не знала, как рассказать мне о девушке, поэтому положилась на судьбу и Истле.
Не знаю, кто виноват больше, богиня или злой рок, но с девушкой мы познакомились. Потом подружились. Прошло еще немного времени, и я влюбился. Она была лучшим, что произошло в моей жизни. Единственный свет, который мелькнул среди колдовской тьмы и исчез. Все было не так просто. Как я уже сказал, я был молод. Я был глуп. Я получил сокровище, которое не заслуживал.
И меня воспитывала Марта. Много лет я общался лишь со злой каргой, привыкшей клыками вырывать у судьбы то, что та не хотела отдавать добровольно. Марта и меня приучила жить в бесконечных сражениях. Клянусь, я никогда не хотел навредить той милой девушке из Чащи. Ты не представляешь, что для меня значили наши редкие встречи. Я не мог предстать перед подругой в настоящем облике, но и той малости, что дарила мне судьба, хватало.
Радана. Рада. Ада.
Она была единственной, кем я дорожил. Думал, что Троица подарит ей долгую и счастливую жизнь, полную любви и добра. Рада заслуживала лишь самого лучшего. Я считал, что Кровижцы – отличное место для нее. Тихая деревня близ одного из мостов через залив. В опасной близости к магии, конечно, но при этом недалеко от порта и торговых путей. И не приглашать же мне ее в Чащу, в самом деле?
Кровижцы казались мне всяко лучше, чем избушка сумасбродной карги. Так что я не говорил Радане, где живу и как стал Зверем. Стремясь уберечь ее от пагубной магии, я даже имя свое не называл.
Так мы и дружили: травница Радана и ее преданный Зверь. Спустя год я принял решение связать с ней свою судьбу. Не как парень, конечно. Я предложил Раде стать для нее верным псом, вечным слугой. Фамильяром, как сказала бы Марта. Мы заключили сделку.
Конечно, я мало смыслил в магии, а украденный у карги гримуар не слишком помог мне разобраться в тонкостях ведьминского искусства. Сделка прошла успешно, только Рада оказалась связана лишь со Зверем. Она стала хозяйкой моей темной сути, но к человеческой не имела никакого отношения. Как Зверь, я мог без труда отыскать ее в любом уголке Чащи, почувствовать малейшую боль и волнение. Как Креслав, я с трудом мог припомнить, как ее зовут. То были последствия неудачной привязки.
Кажется, некоторые из них я ощущаю до сих пор. Ритуал разделил мою душу на две половины, лишь
Впрочем, я опять отвлекаюсь. После ритуала Радана научилась помогать мне с магией. Она вольна была превратить меня в кого угодно. Теперь я мог заходить в Кровижцы. Радане больше всего нравилась форма черного кота с лоснящейся густой шерстью. Я гулял с ней по улицам, валялся на топчане, пока она перебирала травы, следил, как она играет с подружками.
Марта не могла не заметить, что я все реже бываю дома. Она отпускала меня. Ей нравилось, что племянник познает магию и учится сам перекидываться в Зверя. Как ты знаешь, обычный человек не может колдовать полноценно. Для нас остается два варианта магии: темная и ритуальная. Первая питается жертвами, вторая заимствует энергию потоков, но нужны хорошие навыки и умение рассчитывать силу и направление.
Я изучал вторую, чтобы однажды не оказаться перед Раданой в человеческом виде. Мне было страшно. Ладно еще волшебный питомец из Чащи, но друг-изгой… Я был уверен, что она не примет меня настоящего. С такой-то историей…
В общем, Марта будто невзначай оставила кинжал на столе. Он был напитан магией под завязку. С ним я мог перекидываться в Зверя в два счета. Тогда я решил, что это судьба благоволит мне. На самом деле, конечно, это Марта сделала мне подарок.
Я стал пропадать в Кровижцах. Меня знал каждый селянин. Радана так и звала меня Зверем, но для деревенских мы придумали кличку Черныш. Самый обычный кот, который гуляет сам по себе. Ни у кого не возникало вопросов, откуда я взялся и почему хожу хвостом за Раданой.
А потом случилась первая неприятность. Моя единственная любовь познакомилась с пареньком, сыном лавочника. И он ей понравился. Хуже того, спустя пару букетиков Радана влюбилась. Паренек знал, что ему ни за что не удержать ее, поэтому немедля сделал предложение и стал готовиться к свадьбе. Уродцу не терпелось заграбастать мое сокровище.
Не надо так смотреть… Клянусь, я сдержался. Впервые в жизни я испытывал такую дикую ненависть. Но сдержался, клянусь. Я мог беситься сколько угодно, но здравый смысл подсказывал, что Радана все равно выйдет замуж. Рано или поздно это должно было случиться. И никогда бы она не выбрала меня, своего питомца в оболочке из темной магии. Я позволил себе страдать почти месяц, почти не появляясь в доме Раданы, но изредка наблюдая за ней. Мне не хватало духу заговорить с ней. Боялся, что разозлюсь, что мы поссоримся, что одна из моих безобразных тайн раскроется и навсегда лишит меня общества любимой. Поэтому я лишь наблюдал за ней. Мне важно было знать, что Радана счастлива. Пусть и не со мной.
Все утряслось. Сцепив зубы, я приготовился терпеть мужчину в ее жизни. Я растоптал свою любовь, оставив лишь беспрекословную верность Радане. Свадьба приближалась. Я почти не возвращался к Марте. Она видела изменения во мне, но молчала. А потом жених Раданы совершил преступление, которое я простить не мог.
Убийство? О, нет. Сопляк был слишком слаб для такого. Он оказался настоящим слизняком – мерзким, противным созданием. Вот только уродцу хватало хитрости не показывать свою натуру Радане. Я бы ни за что не узнал о его предательстве, если бы одним вечером не задержался в спальне своей подруги. Не надо меня осуждать, пожалуйста. Я не мешал ей и никогда не подсматривал. Может, один разок… Случайно!