Сердце ведьмы
Шрифт:
Спина затекла. Щеки горели, будто кто-то усердно хлестал по ним. А трясло меня потому, что Кресслав не умел приводить в чувство дам. Впрочем, а чего я ждала от инквизитора? Он лечил проклятие Якова миртовым венком. А теперь схватил меня за плечи и тряс, как молодую яблоньку. Жалко, что я при всем желании не могла ему ничего сделать.
– Эй! – воскликнула я. – Хватит. Уже. Меня. Трясти!
Приходилось произносить не больше одного слова за раз, чтобы случайно не прикусить язык. Я порядком удивилась, осознав, как звонко звучит мой голос. В горле наконец-то перестало першить,
– Рада? – хрипло произнес он. – Ты как?
– Жива, – недоумевающе отозвалась я.
В следующее мгновение меня прижали к крепкой мужской груди. Холод. Терпкость. Мускус. Едва уловимый запах эвкалипта. Я с наслаждением втянула запах Кресса, такой знакомый и волнующий. Исключительно из вредности попыталась доказать себе, что просто привыкла к этому аромату. Я обожала Зверя до того момента, как мы рассорились, поэтому и Кресс мне понравился. Просто из ностальгии полюбила его запах.
Бред. Я знала, что мне нравился не только аромат его кожи. Я любила поддевать инквизитора, любила выводить его из равновесия. И только самой себе не могла признаться, что не хочу сбегать от него, что забочусь о его ранах, потому что волнуюсь. Никто не заставлял меня ходить с ним под руку, спать в одной комнате и даже помогать бороться с тем, что инквизитор считал злом. Мои методы, конечно, Орден мог не одобрить, но все же.
А еще мне вспомнилось, как в нашу самую первую встречу Кресс поступил с оберегами. Он не знал меня, не помнил моего лица. И все же инквизитор не отправил торговку к Ордену, почувствовав магию, а попросил спрятать обереги, чтобы другой ретивый послушник не заметил и не обвинил меня невесть в чем.
Может, мы были не такими уж и разными. Да, мои представления о магии сильно отличались от убеждений Кресса. Но разве два умных человека не смогут договориться? Хотя у нас скорее история из разряда “встретились два идиота”.
Я обняла Кресса. Сначала робко положила руки ему на плечи, потом, окончательно осмелев, потерлась щекой о грудь. Инквизитор вздохнул и ласково коснулся губами волос на затылке. Напряжение между нами лопнуло, словно мыльный пузырь. Кажется, сейчас мы оба что-то поняли: о себе, о мире, об общем прошлом. И жить стало легче.
Вот только долго ли мне осталось жить? Я уперлась ладошками Крессу в грудь, требуя освободить. Обниматься было приятно, но деревню кроме нас никто не спасет. И костер Ру по мне уже плачет!
Глава 33
– Ты меня задушишь! – проворчала я, выворачиваясь из объятий.
Кресс и правда хорошо меня знал, поэтому не отпустил, продолжил прижимать к себе. В его потемневшем взгляде явно читалось: “Глупая ведьма везде найдет неприятности”.
Я не могла не отреагировать. Сначала за ручку придерживает, как ребенка на ярмарке, потом говорит, как себя вести и что делать. Такое нужно пресекать. Расхохотавшись, я потянула Кресса на себя, и мы вместе свалились с валуна на траву. Инквизитор, чертыхаясь, придерживал мою бедовую голову. Видимо, чтобы последние мозги от падения не растряслись.
Стоп, откуда
– Долго я спала? – спросила я.
– Спала?! Ты была серая и холодная, как окоченевший труп!
– Скорее как камень, – буркнула я.
– Какая разница? – пресек препирания Кресс. – Я думал, ты умерла.
– Я и сама была в этом уверена. А потом проснулась. Здесь. Сначала даже не поняла, что происходит.
Я посмотрела на свои руки. Абсолютно чистые девичьи пальцы с ровными светлыми ноготками. Даже суставы не болели, хотя мне уже начало казаться, что после той зимы они не раз напомнят о себе в непогоду.
– Я что… Я?..
– Ты больше не злая ведьма из сказок, – улыбнулся Кресс. – Все кончено.
Вопреки его ожиданиям, я радость не разделяла. Магия была частью моей жизни, притом важной. Я тут же прислушалась к своим ощущениям. Все казалось таким обычным, что даже странно. Я не чувствовала ни боли, ни тяжести в груди. Мое сердце билось ровными мерными ударами. А в компании Кресса было так спокойно и хорошо, что мысли сами вылетали из головы. Вместо них появлялись бабочки в животе.
Я протянула руку к кустику черники и щелкнула пальцами. В то же мгновение растение засветилось от магии и выдало целую пригоршню спелых ягод. Я видела, как их наполняет энергия, после чего вновь растворяется в полотне мироздания.
– Ты не карга, – холодно добавил Кресс, – но все еще ведьма.
Я машинально скривилась и отодвинулась подальше, разрывая контакт. Кресс не стал меня останавливать. Он просто наблюдал. Между нами что-то было. Я остро чувствовала эту хрупкую неловкую паузу, готовую в один момент взорваться взаимными обвинениями.
– Я просто человек, – слабо возразила я, пока не началась наша обычная перепалка. – Такой же, как и ты. Только я могу сделать немного больше с помощью своего таланта.
– Он опасен.
– Я никогда не вредила людям! – воскликнула я и осеклась: – По крайней мере, специально. То, что случилось тогда, было случайностью. Трагическим стечением обстоятельств.
– Магия опасна не для них, – мягко возразил Кресс. Он осторожно протянул ко мне руку. Его пальцы мягко погладили мое запястье в успокаивающем жесте. – Она опасна для тебя. Я не про угрозу вновь стать каргой. Милая… Рада инквизиторы все еще ищут тебя. Если они обнаружат в тебе магию, мы не можем знать, какое решение примет орден.
– И что ты предлагаешь?
– Давай просто не скажем, что магия вернулась. Ты помогла мне прогнать дракона, растратила все свое колдовство и теперь можешь начать новую жизнь. Больше инквизиция не появится в твоей жизни.
Мне вдруг стало тяжело дышать. Я с волнением всмотрелась в лицо единственного инквизитора, которого хотела видеть каждый день. Желание задать вопрос перемешивалось со страхом услышать ответ. И все же я решилась.
– Ты тоже уйдешь? Вернешься в Оплот?
– А ты хочешь, чтобы я остался?