Сердце убийцы
Шрифт:
Жилище Дебби Шеридан ничем особенным не выделялось. Зеленый, аккуратно подстриженный газон с четкими границами и почти полным отсутствием сорной травы — сразу виден профессиональный уход. Участок обсажен самшитовой изгородью, рядом с домом растут японский клен, несколько голубых елей, разбиты декоративные цветочные клумбы. К дому с оштукатуренными белыми стенами пристроен гараж на две машины. Просто образчик идеального семейного жилья, о каком Сьюзен даже не помышляла.
Она заперла машину, подошла к входной двери и позвонила.
Хозяйка дома открыла дверь и приветственно протянула руку, Сьюзен пожала. Девушка представляла себе бывшую жену полицейского детектива совсем иначе. У Дебби
Гостья прошла вслед за хозяйкой в дом. Он был полон предметов искусства. Белые стены увешаны большими абстрактными картинами, написанными маслом на холсте. Полы устланы толстыми восточными коврами. Любая горизонтальная поверхность заставлена книгами. Так выглядит жилище человека с широким кругозором. Этого журналистка уж никак не могла предположить.
— Мне нравится интерьер вашего дома, — похвалила она. Сьюзен всегда чувствовала себя немного скованно в общении с женщинами, превосходящими ее по разнообразию интересов.
— Спасибо, — ответила Дебби дружеским тоном. — Я работаю дизайнером в «Найке». А так отвожу душу, когда во мне пробуждается желание снова быть художником.
Только теперь Сьюзен заметила автограф «Д. Шеридан» в нижнем углу ближайшей картины.
— Они потрясающие.
— Это лишь хобби. Мне иногда кажется, что мои дети талантливее меня.
Дебби повела журналистку по коридору, на стенах которого висели в рамочках черно-белые фотографии темноволосых и очень красивых мальчика и девочки. На одних снимках они были без родителей, на других вместе с Арчи и Дебби. На всех фото запечатлены счастливые и любящие лица.
Женщины вошли в светлую, хорошо оборудованную кухню. Застекленные двери вели в большой сад в стиле «английский коттедж».
— Хотите кофе?
— С удовольствием. — Сьюзен приняла от Дебби чашку кофе, приготовленного в кофеварке «френч-пресс», а затем вскарабкалась на один из высоких стульев перед кухонной стойкой. Она обратила внимание на лежащий там номер «Нью-Йорк таймс» с полностью заполненным кроссвордом.
Дебби осталась стоять.
По другую сторону стойки располагалась семейная комната. Там тоже имелся выход в сад через застекленную дверь. Очевидно, хозяйка использовала ее в качестве домашней мастерской, судя по чертежному столу и приколотым на стене эскизам. Хотя на полу валялись детские игрушки. Дебби заметила, что Сьюзен приглядывается к эскизам, и чуть смущенно улыбнулась.
— Работаю над дизайном обуви для занятий йогой, — пояснила она.
— Разве йогой занимаются не босиком?
Улыбка Дебби стала более уверенной.
— Назовем это попыткой создать новый рынок.
— Вы занимаетесь дизайном спортивной обуви?
— Мне передают образец, разработанный ребятами из КБ, а я стараюсь придать ему привлекательный вид… Прочитала вашу статью в сегодняшней газете. Интересная, хорошо написана.
— Спасибо, — поблагодарила Сьюзен, застеснявшись. — Это пока лишь вступительная часть. Надеюсь, продолжение получится более глубоким… Вы не хотите присесть?
Дебби нерешительно взялась за стул, бросила взгляд в семейную комнату на валяющиеся на полу игрушки и убрала руку.
— Мне надо навести порядок. — Она обогнула стойку и прошла в комнату. Там наклонилась, подняла с пола большую игрушечную гориллу и повернулась к Сьюзен. — Так о чем вы собирались меня спросить?
Журналистка вынула из сумочки крошечный цифровой диктофон.
— Вы не будете возражать? Так проще, чем записывать
— Да как хотите. — Дебби принялась собирать другие игрушки — кота, кролика, панду.
— Скажите… — начала Сьюзен. Ну же, бери быка за рога! Полный вперед! — Это было очень тяжело?
Дебби выпрямилась с охапкой плюшевых зверей и перевела дух.
— Когда пропал Арчи? Да. — Она подошла к маленькому красному столику с двумя детскими стульчиками и одну за другой стала класть на него игрушки. — Арчи позвонил мне, знаете, сразу перед тем, как отправиться к ней. А потом не приехал домой. — Хозяйка помолчала, рассеянно держа гориллу размером с младенца. Затем неуверенно продолжила: — Подумала, что он застрял в пробке. Это до «Найка» отсюда рукой подать, а выбираться из города по Двадцать шестой бывает просто убийственно! Я, наверное, раз сто звонила ему на сотовый, но Арчи не отвечал. — Дебби вымучила улыбку. — В этом по большому счету не было ничего необычного. Я решила, что они нашли очередной труп. И тогда… — У Дебби перехватило дыхание, и она на секунду замолчала. — В конце концов я позвонила Генри. Он поехал к ней домой. Машина Арчи стояла снаружи, а в доме никого не было. С этого момента все начало рушиться. — Дебби посмотрела на гориллу, будто недоумевая, откуда та взялась, и медленно опустила игрушку на столик, пристроив ее в тесной компании с пандой и котом. — Никто тогда, конечно, не понимал, что случилось. Что во всем виновата Греттен Лоуэлл. Хотя в итоге догадались. — У нее опять сбилось дыхание. — Но Арчи так и не нашли.
— Десять дней — это долго…
Хозяйка уселась на ковер, скрестив ноги по-турецки, и подтянула к себе большую деревянную подставку для детской головоломки.
— Все к тому времени уже его похоронили, — произнесла она бесцветным голосом.
— А вы?
Дебби два раза глубоко и равномерно вдохнула. У нее на лице появилась кривая улыбка.
— И я тоже.
Сьюзен украдкой подвинула диктофон поближе к Шеридан.
— Где вы были, когда узнали, что его нашли?
Дебби начала складывать головоломку из деталей, валяющихся вокруг на полу.
— Я была здесь, — ответила она. — На этом самом месте. — Грустно усмехнулась. — В нашей семейной комнате. — Детали головоломки изображали разные модели автомобилей; первой на свое место отправилась пожарная машина. — Потом я лежала на кушетке. Меня отпаивали кофе. У нас в доме было полно копов. Клэр Мэсланд… — Дебби замерла, держа в руке деревянную детальку. — И цветы. К нам отовсюду начали привозить цветы. Наш дом показывали в телевизионных новостях, люди съезжались и складывали букеты у нас на дворе. — Хозяйка подняла к Сьюзен лицо, беспомощное, растерянное и недоумевающее одновременно. — Оставляли игрушки, ленточки, грустные записки… — Она опустила глаза на деталь головоломки, которую все еще держала в руке, — полицейский автомобиль. — И цветы! Вся земля перед домом была покрыта толстым слоем увядающих цветов! — Крепко сжала в кулаке игрушечную машинку, на лбу прорезались напряженные морщинки. — А еще эти записки с соболезнованиями и траурные открытки! «Сожалеем по поводу вашей потери»! «Наши глубочайшие соболезнования»! Я помню вид из окна на это кладбище. Даже внутри дома стоял запах гниющей флоры. — Дебби вставила полицейский автомобиль в головоломку и подняла руку, не сводя с нее взгляда. — Именно тогда до меня дошло, что Арчи мертв. — Подняла глаза на Сьюзен. — Говорят, люди чувствуют, когда наступает смерть любимого человека, знаете? И я это почувствовала. Что его больше нет на свете. Мне стало ясно, что все кончено. Ощутила нутром, что Шеридан умер. Потом позвонил Генри и сказал, что его нашли. Живого. Все меня поздравляли. Клэр отвезла нас в «Эмануэль». Я безвылазно проторчала в больнице пять суток.