Сердце убийцы
Шрифт:
— Здравствуйте, говорит миссис Джонсон. Тут на моего сына Джастина жаловались, что прогуливает уроки. Вы не могли бы узнать, он сейчас в школе?
Ученица, дежурившая в административном офисе, попросила не класть трубку и через некоторое время ответила:
— Миссис Джонсон? Все в порядке. Не беспокойтесь. Джастин здесь, на занятиях.
Итак, что ты узнала? Джастин Джонсон учится в кливлендской школе. И еще он несовершеннолетний правонарушитель.
Набрала номер сотового телефона Шеридана. Тот ответил со второго гудка.
— Вам покажется странным то, что я расскажу. — Без предисловий девушка поведала детективу о случае
— У него есть алиби, — ответил Арчи.
— Вы настолько уверены, что даже не хотите проверить?
— Мы его проверяли. Он находился под арестом. В каждый из трех дней, когда были похищены девочки. С ним все ясно.
— Вам дать номер судебного дела?
— Я в курсе всех его подвигов, — отказался Шеридан.
— Откуда? — удивилась она.
— Сьюзен, я полицейский!
Она не утерпела.
— Вы читали газету?
— Да, ваш очерк мне очень понравился.
Уорд положила трубку и поежилась от удовольствия. Ему понравился очерк! Она бросила конверт на кипу старых газет на кофейном столике. Сейчас без малого десять утра. Занятия в школе продлятся еще часов пять с половиной. К тому времени Сьюзен уже будет там в ожидании Джастина Джонсона. А пока ее больше интересовал Арчи Шеридан. Налила себе еще кофе и во второй раз позвонила по домашнему телефону Дебби Шеридан. Сегодня пятница, а детектив говорил, что в этот день недели его бывшая жена работает дома. И действительно, Дебби сняла трубку.
— Здравствуйте. Это опять Сьюзен Уорд. Вы просили меня перезвонить позже.
— Да-да, здравствуйте.
— Скажите, а сегодня у вас не найдется для меня немного времени? Очень хотелось бы встретиться и поговорить.
Молчание. Наконец Дебби сказала со вздохом:
— Вы можете подъехать прямо сейчас? Пока дети в школе?
Сьюзен расцвела.
— Конечно! Здорово! Где вы живете?
Узнав адрес, она быстро натянула на себя джинсы в обтяжку, футболку с красными и синими полосами, красные ботинки по щиколотку, схватила под мышку черную суконную куртку и бросилась к лифту. Это был замечательный лифт, весь из сверкающего стекла и металла. Сьюзен наблюдала, как переключаются по убывающей светящиеся цифры на подходе к подземному гаражу, но в последний момент ее осенило, и она быстро нажала кнопку с буквой «Л». Створки дверей расползлись в стороны, Сьюзен ступила в лобби и направилась к шикарному административно-коммерческому офису здания. Отлично, Моника на рабочем месте!
Журналистка постаралась придать лицу самое наивное выражение (и это у нее хорошо получилось, несмотря на розовые волосы) и подошла к стойке с верхом из полированного бамбукового ламината, за которой Моника, сосредоточенно насупясь, изучала журнал мод.
— Приве-е-ет! — невинным голоском протянула Сьюзен.
Моника подняла голову. На ее лице автоматически включилась ничего не выражающая улыбка. Моника — вечная платиновая блондинка. Никто и никогда не имел возможности разглядеть естественный цвет даже у корней ее волос. Сьюзен не помнила, чтобы Моника занималась на работе чем-то помимо перелистывания журналов. Похоже, коммерческий отдел администрации здания держал ее в качестве соблазнительной приманки для потенциальных квартиросъемщиков. Наподобие того, как в демонстрационное жилище накачивают воздух со сдобным ароматом. По предположению Сьюзен, Монике было около двадцати пяти, но определить точнее из-за обилия косметики не представлялось возможным.
— Послушай, — Сьюзен доверительно понизила голос, — у меня появился тайный воздыхатель!
Моника заинтересованно выпрямилась.
— Неужели?
— Железно. Он подбросил мне любовную записочку в газету сегодня утром.
— О Господи!
— Вот именно. Знаешь что, давай посмотрим, кто это! Наверняка он записался на пленку камеры, установленной в лобби!
Моника восторженно хлопнула в ладоши и на кресле с колесиками подкатилась к сияющему белому монитору. Наличие охранного видеозаписывающего оборудования придавало некоторый смысл ее присутствию. Она выбрала нужный пульт дистанционного управления, и на черно-белом экране запрыгали картинки в обратном отсчете времени. Несколько минут перед глазами мелькала жильцы и гости, снующие по лобби, пока оно не опустело, а под почтовыми ящиками осталась лежать одинокая стопка газет. Потом через входную дверь спиной вперед вошел мужчина и склонился над газетами.
— Вот он! — воскликнула Сьюзен.
Пленка перемоталась еще немного, и Моника включила воспроизведение. Сначала из лифта появилась женщина с кружкой в руке, пересекла лобби по направлению к выходу и исчезла. На ее месте возник мужчина в темном костюме, подошел к газетам, наклонился и стал перебирать, потом безошибочным движением вложил что-то внутрь. Он явно дожидался снаружи и вошел в дверь, открытую женщиной с кружкой.
— Хорошенький! — пискнула Моника.
— Откуда ты знаешь? — разочарованно возразила Сьюзен. — Лица совсем не видно.
— На нем хороший костюм. Наверное, адвокат! Богатый!
— Ты можешь распечатать мне на память эту картинку?
— Железно! — с готовностью согласилась Моника, стукнула по клавише и подкатилась на кресле к белому принтеру. Дождавшись, когда из него вынырнула распечатка экрана, подала ее Сьюзен. Та посмотрела на картинку с кислой миной. Ничего не разберешь! Но она все же покажет ее Джастину Джонсону, может, разговорится? Сьюзен сложила листок бумаги и спрятала в сумочку.
— Спасибо. — Журналистка повернулась к выходу.
— Знаешь, — остановила ее Моника с доброжелательным выражением на лице, — тебе надо перекраситься в блондинку. С белокурыми волосами ты будешь выглядеть гораздо симпатичнее.
Сьюзен несколько секунд молча смотрела на Монику. Та простодушно улыбалась.
— Я уже думала об этом. Но потом услышала по новостям, что платиновая краска вызвала рак у подопытных котят.
— У подопытных котят? — переспросила Моника, ошеломленно округлив глаза.
Сьюзен пожала плечами:
— Мне надо бежать.
Глава 22
Дебби Шеридан жила в Хиллсборо, пригороде Портленда. От автомагистрали до ее дома, больше похожего на ранчо, езды вышло всего несколько минут. Сама Сьюзен почти всю жизнь прожила в Портленде, и можно по пальцами пересчитать, сколько раз за это время побывала в Хиллсборо — точнее сказать, пересекала по пути на океанское побережье. Этот район даже не ассоциировался у нее с местом, куда можно зачем-то поехать. Сьюзен вообще чувствовала себя не в своей тарелке вне привычной городской обстановки.