Сердце Триединства
Шрифт:
Со стороны койки у окна послышалось копошение. Ребята умолкли. Дармер прислушивался к звукам, но Адель больше не шевелилась.
— Что узнать? — спросил Дармер.
— Завтра расскажу, — откликнулась Кси. — А то точно всех разбудим. Спокойной ночи.
Дармер не стал настаивать. Кси права: лучше перевернуться на бок и уснуть, пока все товарищи не проснулись.
Но назавтра Ксилота уже ничего не могла никому рассказать.
Утром, когда Дармер и Адель возвращались с пробежки в комнату, у входа в барак толпилось небольшое сборище.
Адель и Дармер переглянулись и, не сговариваясь, рванули в сторону столпившихся магов.
— День добрый! — выдохнул Дармер, когда они подбежали. — Что мы пропустили?
В наступившей паузе раздался голос Арктура:
— Здравствуй, Дармер, Адель. Вы вовремя. Мы как раз обсуждали ваши дальнейшие планы. Но прежде поприветствуйте своего учителя.
Триостражник отступил в сторону.
За спинами остальных Дармер не увидел его сразу. И теперь таращился на здорового и мрачного, как всегда, Линта.
— И вам добрый… день, — проговорил Дармер. Он не ожидал встретить Линта так скоро.
Адель тоже произнесла слова приветствия.
— Больше ничего не хотите сказать? — внимательно посмотрел на них Арктур.
— Мы глубоко раскаиваемся в содеянном, — послушно произнес Дармер давно заученную фразу. Он произносил ее всякий раз, когда никакого раскаяния не чувствовал. Хоть слова Старейшины заставили задуматься о неправильности их с командой поступка, сочувствия к Линту не прибавилось.
Арктур явно не поверил, что извинения ученика искренны, но ничего не сказал. Он посмотрел на Линта.
Маг молчал. Вместо него заговорила Крин.
— Линт вас прощает. Он и я считаем, что надо оставить эту историю в прошлом и больше думать о будущем. Тренировки возобновятся уже сегодня.
Наверное, лица ребят были слишком красноречивы — спрашивать им не пришлось.
— Линт пока не может много говорить, — пояснила Крин. — Лекари посоветовали ему воздержаться от разговоров хотя бы на день.
Дармер кивнул. Похоже, новым легким требуется время, чтобы прижиться.
В душе у юноши боролись облегчение пополам с недоверием. Ему не верилось, что Линт не собирается их наказывать. Дармер был убежден, что после столь долгого отпуска в госпитале Линт непременно захочет отыграться на тех, кто его этим отпуском обеспечил. Но он предлагает все забыть. Не может быть, что из-за болезни у Линта исправился характер. Дармеру так и хотелось спросить: «Где подвох?»
Очень скоро выяснилось, что сомневался он не зря.
— Также сообщаем новость, — продолжала Крин. — С этого дня Линт будет тренировать двоих учеников. Помимо Сальвадоры он берется обучать Ксилоту, поскольку у нее до сих пор нет наставника.
Дармер посмотрел на Кси. Не будет преувеличением сказать, что от этой новости она пришла в полный ужас.
— А не отразится ли это на качестве обучения? — спросил Арктур. — Я бы и сам предложил подобный
— Линт уже обучал группу учеников и не одну. Его занятия были успешны. С двумя подопечными он точно справится.
— И-извините! — вмешалась Кси тонким голосом. — А мое мнение тут учитывается? Я прекрасно обходилась без тренера и дальше могу…
Линт неожиданно шагнул к ней и так сильно стиснул плечо, что Кси вскрикнула. Но тут же отпустил.
— Вот результат твоего сидения в библиотеке, — прохрипел он. — Никаких мышц!
— Тебе нельзя разговаривать! — возмутилась Крин. — Но ты прав. Кси, то, что ты иногда приходишь на занятия к нам с Адель, ситуацию не исправляет. Ты считаешь, что физическая сила для мага среднего и дальнего боя не важна? Но если твоей команде придется долго куда-то идти, ты выдохнешься уже через несколько часов. Помогут только регулярные тренировки на выносливость у знающего тренера. Впрочем, если ты категорически против быть ученицей Линта, то можешь отказаться. Насильно заставлять не будем. Тем более что у Линта есть одно условие.
— Условие? Какое еще условие? — насторожено переспросила Кси.
— Условие, при котором я соглашусь терпеть тебя рядом, — снова захрипел Линт. — Видишь ли, мне не нравится, что ты слишком много болтаешь. Поэтому…
Он поднял руку. Из зажатого кулака свесилась узкая полоска кожи и металла.
— Ожерелье тишины. Знаешь, что это?
Вмиг перекосившееся лицо Кси было ясным ответом.
— Нет! — выплюнула она. — Я это не надену!
— Тогда иди собирать вещи, — Линт, несмотря на увещевания Крин, продолжал говорить. — Потому что ты либо надеваешь Ожерелье, либо возвращаешься к предкам в Катверн. Навсегда.
Кси, стояла, точно оглушенная. С минуту она переваривала этот ультиматум. Затем перевела беспомощный взгляд на Арктура. Но тот покачал головой.
— Линт согласился не подвергать наказанию всю команду лишь при этом условии. Мне жаль.
«Так вот, почему он так легко простил нас! Решил отыграться на одной Кси!» — все понял Дармер.
Он никогда не слышал об Ожерелье тишины, но по названию догадался, как оно работает. И ему совершенно не понравилась задумка Линт.
— Нет! Мы все в этом участвовали, так почему отдуваться должна одна Кси? Кстати, последний удар нанес я, — отчеканил Дармер, глядя Линту в глаза. — Накажи меня, раз тебе неймется! Я согласен надеть эту штуку!
— Дармер, — тихо сказала Кси, — не надо. Я и правда виновата больше всех. В конце концов, это не приговор. Ничего ужасного со мной не будет. Я согласна, — она глубоко вздохнула и перевела взгляд на Линта. — Надевай.
Никто не успел сказать что-то или сделать прежде, чем застежка Ожерелья тишины защелкнулась вокруг шеи Ксилоты.
С минуту все молчали. Ребята не отрывали глаз от ошейника из кожи и металла, будто что-то должно случиться. Но ничего не происходило. И не произойдет.