Сердце пустыни

Игольникова Юлия Викторовна

Ула вздохнула, посмотрев ему вслед.

Она вошла в комнату царевны, отдернула шторы, открыла окно, впустив теплый, соленый ветер, и подошла к кровати.

– Наяна, детка, просыпайся, – с нежностью сказала она, тронув девушку за плечо. Но та никак не отреагировала.

– Наяна! – чуть громче сказала Ула.

Слабый протяжный вздох, похожий на стон, вырвался из груди царевны. Но глаз она так и не открыла.

– Наяна! – встревожилась Ула. И, всмотревшись в лицо воспитанницы, поняла, что та слишком бледна и, возможно, не спит, а находится без сознания. Она потрогала лоб девушки.

Так и есть, он был горяч.

– Вот беда! – перепугалась женщина и побежала к царю.

*

– Куда ты собираешься? – спросила Шима, глядя на то, как брат перебирает пузырьки и колбочки, что-то отставляя, а что-то укладывая в дорожную сумку.

– В город, – сухо и коротко ответил он.

– Кто-то заболел? – продолжала любопытствовать Шима.

– Да, царевна, – ответил он, на время оставив сборы, понимая, что от вопросов не отвертеться. В городе такой переполох. Всех лекарей созвали. Никто помочь не может.

– А ты сможешь?

– А я смогу! – Уверенно ответил Ашим. – Или ты во мне сомневаешься? – он шутливо нахмурился.

– Нет, конечно. Ты лучший! – сестра подошла ближе и обняла его за плечи.

– Возьми меня с собой, – нежно и ласково попросила она.

– Нет, – он резко развернулся, – ты же знаешь, тебе нельзя в город, тем более, во дворец.

– Но почему, почему?! – с отчаянием выкрикнула она. – Вы все время мне это говорите!

– Я тебе уже объяснял. Потому что твою сестру считали ведьмой, хоть это было и не так. А ты очень похожа на нее. Люди злы и невежественны. Ты никогда не жила среди них. Твой дом здесь. И скоро ты выходишь замуж. Думай лучше о свадьбе.

Шима нахмурилась.

– Я не знаю, хочу ли я замуж.

– Вот это поворот! С чего вдруг? Все вроде было хорошо, – удивленно сказал Ашим.

– Дес – не тот, за кого себя выдает. Он пугает меня!

Ашим вскинул брови.

– Что-то случилось, чего я не знаю? Мне казалось, ты его любишь.

– Сейчас уже не знаю. Он пугает меня. Он странный. Понимаешь, – затараторила она, широко раскрыв черные глаза. – Я хотела навестить его. Не предупредила. Ну, вроде, сюрприз сделать. Я пошла к его дому. Ведь я была там. Мы с тобой вместе были. Я шла, шла. А дома все нет. Ни в том месте, где он должен быть, ни в каком другом. Нигде! – зловеще прошептала она последнее слово. – А когда я сказала ему об этом, он засмеялся. И понимаешь, как-то неестественно так, наигранно засмеялся. И сказал, что я, наверное, заблудилась, – она усмехнулась. – Это я-то заблудилась?! Да никто не знает эти места лучше меня! А потом сказал еще: «Ты меня предупреждай лучше, когда в гости соберешься. Я приберусь к твоему приходу». Так вот, вранье все это! – подытожила она.

– Ну, Шима, – ласково сказал брат. – Скорее всего, Дес прав. Ты просто заплутала. Такое с каждым может случиться.

– А я говорю тебе, нет! – выкрикнула она и топнула ногой.

– Ну и что ты хочешь этим сказать?

– Не знаю. Я все время думаю об этом. Дес не тот, за кого себя выдает. Это точно. Я слежу за ним.

– Это у тебя предсвадебная горячка, – улыбнулся Ашим. – Тебе надо отвлечься от дурных мыслей, – он с любовью и нежностью взглянул на сестру и погладил ее по волосам, расправляя темные непослушные локоны.

– Ну

так и возьми меня с собой, – хитро улыбнулась Шима. Брат погрозил ей пальцем.

– Так нечестно. Ты сжульничала.

– Ничуточки. Ты сам сказал, надо развеяться. – И пока брат не успел придумать новых отговорок, быстро добавила:

– Меня никто не узнает и не увидит. Я закрою лицо и волосы платком. Я знаю, так делают некоторые женщины. Скажешь, что я твоя помощница.

– Я вижу, ты все спланировала, – засмеялся брат.

– А вот и нет! – весело возразила Шима и закружилась, пританцовывая. – Чистый экспромт.

– Хорошо, – вздохнул он, – иди, собирайся.

Шима подпрыгнула, захлопала в ладоши и выпорхнула из комнаты. Он посмотрел ей вслед и задумался. Какой же красавицей она выросла! И так похожа на свою сестру – восточную чаровницу с копной черных блестящих волос, обжигающим взглядом, тонким и гибким станом и с жарким, горячим, неукротимым нравом. Все мужчины сворачивали шеи, глядя на нее. А она была слишком горда, непокорна и неприступна. И Шима росла в точности такой же: капризной, упрямой и непослушной. Ашим никогда не рассказывал ей о Дарке. Шима не знала даже имени своей сестры. Брат боялся, что если кто-то окликнет ее этим именем, она обернется. И тогда сразу станет ясно, кто она. Все поймут, что она не погибла в огне, как вся их семья, а сумела выжить. И кто знает, как люди отнесутся к этому факту. Вряд ли благосклонно.

А тогда именно Дес спас их, укрыл от людской мести, вырастил, во всем помогал и всему научил. Ашим был обязан ему жизнью. И все, что Дес просил у него, это не рассказывать пока всей правды Шиме. И Ашим не сомневался, что поступает правильно, доверившись Десу. Такое будущее для сестры он считал лучшим из возможных. И хотя он не приветствовал обмана и интриг, все же согласился с Десом, что еще рано раскрывать карты. Всему свое время. Надо подготовить Шиму к принятию неизбежного, дать ей время все осмыслить и понять. А в том, что она будет счастлива, он не сомневался.

– Выглядишь потрясающе! – воскликнул Ашим, когда увидел сестру в новом одеянии. И не сдержался, рассмеялся. Она была с головы до ног укутана в черные покрывала. Видны были только глаза, в которых горел неукротимый огонь.

– Что смешного?! Не пойму, – черная бровь изогнулась дугой.

– Ничего. Просто не привык видеть тебя такой. А что? – он окинул ее оценивающим взглядом, – тебе даже идет! – они оба рассмеялись.

– На что только не пойдешь, – вздохнула Шима, – чтобы выбраться из этой дыры. Раз нельзя мне себя показать, так хоть сама на людей посмотрю, – грустно добавила она.

– Ну ладно, не прибедняйся. Тебе не так уж и плохо здесь живется. У тебя все есть. Сыта, одета, живешь на просторе, на свободе. Я бы вот ни за что не согласился жить в городе.

– Да? – в голосе сквозил скепсис, – наверное, потому, что ты там бываешь, когда захочешь. А не то что я! Одни запреты! – Хорошее настроение Шимы готово было испортиться.

– Ну, ну, сестренка! Я же согласился взять тебя с собой. Все для тебя! Ты у меня одна, самая любимая! Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Ты собралась уже? – решил он сменить тему и отвлечь сестру от грустных мыслей.