Сердце пустыни
Шрифт:
– Шима, все в порядке? – поинтересовался он.
– Да, а что не так? – удивилась она. – Почему ты спрашиваешь? – а про себя с досадой подумала: «Вот, дура, явно переборщила. Он что-то подозревает».
– Ты ни разу не накричала на меня, не вспылила, не поспорила, со всем соглашаешься. Ходишь довольная и спокойная. Я тебя не узнаю.
– Просто, брат,
– Да? – с сомнением в голосе спросил Ашим. – А мне казалось совсем наоборот. После дворца ты была грустна и нервозна. Вот и Десу так показалось.
– Я просто устала тогда, переутомилась. А сейчас все хорошо. Вот заскучаю опять, снова начну нервничать и ругаться! – она весело рассмеялась. А брата ее слова немного успокоили. Это было похоже на правду.
– Я рад, что это так!
Шима торжествовала: он поверил.
– Садись братик. Обед уже готов, – проворковала она. И они довольные друг другом, сели за стол.
А вечером, когда они легли спать, Шима не смыкала глаз, прислушиваясь к звукам, доносящимся из комнаты брата. Наконец, ей показалось, что там все стихло. Она на цыпочках подошла к двери, заглянула в щелку и убедилась, что брат спит. У нее уже было все готово, чтобы совершить задуманное. Она перекинула через плечо дорожную сумку. На столе оставила короткую записку. «Не ищи меня, брат. Прости. Я тебя люблю. Шима». Потом тихонько, стараясь не шуметь, вышла из дома. Вскочила в седло и умчалась прочь навстречу неизвестности.
*
Это только на первый взгляд пустыня кажется необитаемой. Днем под палящим солнцем утомленная зноем она просто замирает и ждет своего часа. С наступлением ночи, погружаясь во тьму, она оживает. Трудно разглядеть что-то в густой вязкой черноте, но тут и там слышны шорохи, вздохи и голоса. Вот кто-то прошуршал совсем рядом, у твоих ног. Вот что-то просвистело у тебя над головой. Два ярких красных огонька блеснули в ночи. Вдалеке раздался то ли стон, то ли вой. Ты не видишь, но ты
Шима скакала на лошади. И только бесчисленные звезды на небе освещали ей путь. Но она не боялась заблудиться. Здесь ее дом. Она была частью этого пустынного, загадочного, непонятного мира, была своей среди песчинок. Девушка знала, что без труда найдет дорогу. Не пугали ее и ночные шорохи и звуки, и блестящие огоньки чьих-то глаз. Все это было ей знакомо с детства. Да и ничто на свете сейчас не могло бы испугать и остановить ее. Самым страшным казалось остаться дома, смириться или быть пойманной и возвращенной.
А вот лошадь Шимы не разделяла ее спокойствия. Она то и дело вздрагивала, шарахалась в сторону, фыркала и раздувала ноздри. Ей явно не нравилось это ночное приключение. Лошадь вдруг резко дернулась, заржала, вскинулась на дыбы и отскочила в сторону, унося Шиму в неверном направлении.
– Стой, Звездочка, стой! – громким шепотом говорила Шима. – Успокойся, милая. – но та ее не слушала. Что-то сильно ее напугало.
Они уже сбились с пути и рисковали заблудиться. И Шиме уже трудно было сориентироваться, насколько они отклонились от намеченного курса. Но внезапно она почувствовала тепло на своей груди и увидела яркий свет. Это сиял медальон, подаренный Десом. Она дотронулась до украшения рукой. Его кроваво-красный камень нагрелся. Лошадь быстро успокоилась, перешла на шаг и остановилась. Шима огляделась, потянула поводья, и вскоре смогла отыскать нужный ей путь. Это необычное явление удивило и растревожило девушку: подарок жениха оказался с сюрпризом. Он явно помогал своей хозяйке. Но не исключено, что мог и навредить. Его свет может привлечь чье-то ненужное внимание. Он виден издалека. И Шиму легко было заметить и догнать.
Конец ознакомительного фрагмента.