Сердце Малого Льва
Шрифт:
Ольгерд улыбнулся, и улыбка на его небритом, суровом лице выглядела как-то странно.
– А если тебе надо просто подкову согнуть, то сам знаешь, к кому обратиться.
Азол Кера в это время уже обливался из ведра. Льюис почему-то сразу вспомнил
Анастеллу, а потом и вечеринку у них дома, где играли в фанты, и она поцеловалась с Руэрто,
наверно, тогда и влюбилась в него. А они с Ольгердом Оорлом изображали восьмилапого
тави-тави с планеты Сакун в брачный
изменилось...
«Бедная Анастелла», - подумал он уже без всякой ревности», - что там с ней сейчас?
Теперь уж ей не до рисунков и не до бабочек на стенах. Ни отца, ни жениха, ни ее
троюродных дядей-Прыгунов... а мой отец...»
Тут ему снова стало худо, как будто весь воздух вокруг стал ядовитым. Он до боли
стиснул руки.
– Ну?!
– огляделся облитый Азол Кера, - и когда мы будем есть?
– Действительно, - усмехнулся Руэрто, - где слуги и подносами?
– На лепешках мы долго не протянем, - согласился Конс.
Все молча посмотрели на барана, привязанного к дверце сарая. Баран посмотрел на них.
– Первый раз мне подают ужин в таком виде, - признался Леций.
– Мне тоже, - сказал Конс, - ну и что будем делать?
Правитель аппиров посмотрел на брата и раздраженно развел руками.
– Откуда я знаю, что делают с баранами?!
Этого, кажется, не знал никто.
– Может, подождем Элгиру?
– несмело предложил Льюис.
Он готов был побороться с голодом и перебиться кислым молоком, лишь бы не трогать
несчастное животное, но вряд ли другие были на это согласны.
– На Земле из баранов делают шашлык, - заявил Ольгерд.
– Каким образом?
– На костре, на слабом огне. Мясо нанизывают на шампур и кладут на жаровню...
– Погоди, - Леций поморщился, - какое мясо? У нас пока баран.
– А внутри у него баранина.
– Так то внутри.
– Что ты на меня так смотришь?
– недовольно отвернулся Ольгерд, - думаешь, я буду
потрошить твоего барана?
– Почему это моего?!
– возмутился Леций, - я что, один есть хочу? Кто у нас самый
голодный? Азол?
– Я?!
– Кера попятился, - да вы что...
– 348 -
Прыгуны были эстетами. Кера, Леций и Руэрто преуспевали в этом особенно. Льюис
даже не представлял, как они из этой ситуации будут выпутываться. Препирались все минут
десять, не меньше. Убивать беззащитное животное никто не хотел.
– Пора тебе самому засучить рукава!
– наступал Конс на Леция, - дрова ты не пилишь,
воду не носишь, только командовать умеешь!
– А ты и этого не умеешь, - отмахивался Леций, - тебе бы только
– А кто тебе еще скажет правду?! Только старший брат!
– Старший пока еще я. И не смей мне приказывать.
– Ты младший! Поэтому я и распустил тебя до неприличия! Пока ты тут отплясывал свои
энергетические танцы, мы уже напахались. Теперь твоя очередь. Иди и убей барана.
– Я еще никого не убивал. В отличие от тебя!
– Подумайте, какой святой Леций отыскался!
Льюису было неудобно, что он присутствует при этой сцене. Он не знал, что это
совершенно нормальный и давно установившийся стиль общения между братьями.
– Давайте, я приведу Млаю, - сказал он в паузе, когда Конс вдыхал, а Леций выдыхал, -
она нам что-нибудь посоветует.
– Иди, - подтолкнул его под локоть Ольгерд, - беги!
Млая копалась в грядках. Она радостно улыбнулась, увидев Льюиса на своей
территории. Вообще, эти золотые львы и особенно львицы были очень улыбчивы. Они были
счастливы, едины с природой, сильны, ничего не боялись, ничего не стеснялись.
Удивительный был народ!
– Млая! Мы не знаем, что делать с бараном!
– в отчаянии признался ей Льюис.
Четыре льва и два тигра оказались совершенно беспомощными в такой первобытной
ситуации. В этом стыдно было признаться, особенно после того, как они согласились
защищать деревню.
Девушка вытерла руки о передник, на круглом личике разливался румянец.
– А что вы хотите от барана?
– Мы... вообще-то мы хотим его съесть.
– И в чем дело?
– Как в чем?
– Льюис потупился, - его же сначала надо убить. А он смотрит.
– Смотрит?
– Ну да.
– Почему же Элгира не усыпит его? Ему не будет больно.
– Элгира в лесу.
– Хорошо, - Млая снова улыбнулась, - пойдем.
Она погладила барана по спине, что-то шепнула ему на ухо, пропела какую-то короткую
песенку-заговор. Животное опустилось на колени, а потом и вовсе свалилось на бок.
– Вот и всё, - поднялась с земли юная ведьмочка, - он вас простил. Теперь его мясо не
отравит вас.
– Учись, - зыркнул на брата Конс.
Леций не обратил на это никакого внимания.
– Спасибо, девушка, - сказал он, подходя к ней, - может, теперь научишь, что дальше с
ним делать?
– Научу, - согласилась она.
Правитель аппиров вздохнул и закатал рукава.
На закате, когда на костровище за домом полыхал огонь, а туша барана целиком
крутилась над ним на вертеле, как в фильмах-сказках о лесных разбойниках, когда вдали от