Сердце Малого Льва

Федина Елена

– В таком случае, ты святая, Фло, - усмехнулась Зела, - потому что даже мне самой

казалось, что я влюбилась. Он такой талантливый, Фло! Он просто гений, этот мальчик...

– Это у тебя пройдет. Гениев много, а Ричард один.

– Я знаю. Это уже прошло... Послушай, Фло, мы ведь поженились одновременно. Сорок

лет назад. Неужели у вас с Консом всё хорошо до сих пор?

– Конечно. Мы пока еще не ссорились.

– Разве так бывает?
– с изумлением и тоской спросила

Зела.

– Бывает, - Флоренсия кивнула, - когда редко видишься.

– Странно... а у нас все ссоры как раз из-за того, что мы редко видимся.

– Потому что у вас не любовь, а страсть. Вы оба сумасшедшие. Вам вообще нельзя

разлучаться.

– Нельзя, - согласилась Зела, ей эта мысль показалась очень даже правильной, -

совершенно нельзя. Только где он, этот Ричард? Наш внук в безвременье, я в больнице, а он

где?

– В полпредстве, - сказала Фло с явным желанием его оправдать, - задабривает комиссию.

Им совершенно не понравилось его трехдневное отсутствие.

– Мне тоже не понравилось.

– Ситуация экстремальная. Иначе он уже давно был бы здесь.

– Сомневаюсь, - с тоской посмотрела на нее Зела, - но это уже моя заслуга. Я ужасная

женщина, Фло.

– Ты знаешь, - подруга с сочувствием сжала ее руку, - он мог бы жениться на мне. И мы

жили бы спокойной и ровной жизнью, без ссор и истерик, без обид и ревности. Но он

выбрал тебя, женщину, от которой у любого голова заболит. Ему это всё нужно, понимаешь?

Ты ему нужна. Он тебя именно такую и любит. Так что не переживай хотя бы об этом. Мало

что ли у тебя других неприятностей?

– Фло, - округлила глаза Зела, - в первый раз слышу, что...

– Это было давно, - усмехнулась подруга, - и прекрати ревновать. В конце концов, ты

тоже спала с моим мужем. И великое счастье, что мы живем именно так, а не наоборот.

************************************************************

– Я отпущу тебя только завтра, - заявил Кондор, - здесь тебе будет спокойнее.

Зела почему-то боялась его строгих глаз.

– Почему?
– насторожилась она, - кажется, всё самое плохое я уже знаю. От чего ты меня

бережешь?

– Дома ты не отдохнешь, - сказал он, - а я хочу, чтобы ты отдохнула... и еще я хочу с

тобой поговорить. Правда, самое подходящее место? Скоро принесут ужин.

Палата была одноместная и дорогая, она почти не отличалась от уютной гостиной, разве

что аппаратурой в изголовье кровати. Кондор сидел на диванчике, скрестив ноги, он был без

халата, в черном свитере, ворот сливался по цвету с его черными волосами и глазами.

– Я не хочу есть, - сказала Зела.

– Значит, попьем чаю. Кофе

я бы тебе не советовал.

– Кофе я и сама не буду.

– Вот и отлично. Мы уже приходим к согласию.

Он был ровесником Герца. Но какие же они были разные! Конс и Леций отличались

сильно, но их сыновья отличались в квадрате. Зела знала, что Кондор - парень серьезный,

значит, и разговор у него был к ней серьезный. Это ее смущало и настораживало.

– О чем ты хочешь поговорить?
– спросила она.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как можно себя чувствовать, когда с внуком такое... и вообще.

– Что вообще?

– 308 -

Она задумалась. Слишком много пришлось бы рассказывать и долго объяснять, что с ней

творится. При этом она выглядела бы как нетерпеливая истеричка и неблагодарная дрянь.

– Я, наверно, просто устала, - сказала она, - устала от сцены, устала от людей, устала от

любви... от жизни, в общем. Только какое это имеет отношение к медицине?

– Прямое, - посмотрел ей в глаза Кондор.

Зела съежилась от этого взгляда. Привезли ужин на тележке. Кондор сам переставил всё

блюда на столик, ничего при этом естественно не говоря. Она накинула больничный халат и

присела на диван, движения были по-прежнему заторможенные, распущенные волосы

непричесанны, лицо не умыто, косметики на нем - никакой.

– Не буду оригинален, - снова посмотрел на нее Кондор, - но ты потрясающе красива.

От него она таких слов еще не слышала, но смысл они имели совсем другой, чем у

Герца, или у Кси, или у того типа с пером Жар-птицы. Удивительно, что все мужчины

находили в ее красоте совершенно разные оттенки!

– С каких пор ты стал замечать красивых женщин?
– усмехнулась Зела.

– Я не слепой, - ответил он и тоже усмехнулся, - к сожалению, даже слишком не слепой.

– Так ты видишь и через халат, и через рубашку?

– Конечно.

– О, боже!

– И через кожу, и через кости.

– Это еще ужаснее.

– Для меня это привычно.

– Для тебя - да. А мне как-то неловко тут с тобой сидеть.

– Почему? Разве я не сказал, что ты самая красивая женщина, какую я когда-либо видел?

– Сказал, - Зела слегка нахмурилась, она чувствовала себя совершенно голой перед этим

юным доктором, - только я опять не понимаю, какое это имеет отношение к медицине?

– Давай сначала поедим?
– предложил он вместо ответа.

Зела прожевала капустный салат, большего ее подавленная душа не приняла. Зато чашка

крепкого чая немного ее взбодрила. Кондор говорил что-то о больнице, о новой аппаратуре,