Сердце Малого Льва
Шрифт:
– Можешь, - Ольгерд деловито расположился за столом, - только не со мной. Я найду тебе
другого провожатого.
И потянулся к переговорнику.
– Не надо!
– резко остановила его Олли, шагнула к нему и снова остановилась, - не надо
другого! И вообще... ничего не надо.
– В каком смысле?
– нахмурился он.
В синем свете фильтров ее бледное лицо со впалыми щеками казалось почти мертвым.
– Мне ничего не надо, кроме тебя. Вообще ничего, понимаешь?
Девчонки влюблялись в него часто, он к этому привык. Но здесь было что-то совсем
другое, здесь было чувство такое же сильное и непредсказуемое, как сама эта непостижимая
женщина. Ольгерд весь напрягся как перед прыжком.
– Месяц назад ты утверждала, что ненавидишь, - напомнил он.
– Я люблю тебя.
Надо было как-то реагировать, а он медлил. Всё в ней было зловеще: ее сходство с
царицей, ее связь с Роем, ее бледное лицо, ее впалые глаза, ее гениальность, ее страстность,
перепады ее капризного настроения...
– Я устала, - измученно проговорила она и опустилась на пол, обняла его колени, уткнулась
в них лицом, - я с ума схожу, я больше не могу тебя ненавидеть...
Он был в термостате, но даже сквозь него почувствовал жар ее ладоней и ее раскаленного
лба.
– Может, ты заболела, Олли?
– Называй это, как хочешь, - вздохнула она.
– Знаешь что... ты встань. Пойдем на диван, поговорим.
– Никуда я не пойду.
Олли обняла его колени еще крепче. Ольгерд почувствовал себя в капкане. Никаких
интимных отношений он с этой дьяволицей не хотел.
– Вообще-то я женат, - сказал он ей, как обычно отвечал своим несдержанным
поклонницам.
Она подняла к нему бледное лицо, глаза раздраженно сверкали.
– Женат? А когда ты меня целовал вот здесь, ты об этом помнил?
– Олли, я люблю свою жену, - сказал он твердо.
– А меня?
– она вцепилась ему в колени острыми ногтями, - меня ты тогда не любил?! Меня
ты тогда не хотел?!
– Теперь уже не важно, что было тогда. Встань. И давай прекратим этот бесполезный
разговор.
Жуткий у нее был в эту минуту взгляд. Дуги черных бровей надломились, на глаза
навернулись злые слезы.
– Это всё, что ты мне можешь сказать? Это всё?
Он хотел сказать, что на самом деле колени у него дрожат, а сердце колотится, что он готов
вытряхнуть ее из распахнутой шубы, из узкого комбинезона, из тонкого белья, впиться в ее
горячее тело губами и зубами, разрядиться от мучительного напряжения последних месяцев,
отомстить ей за ту звериную страсть, которую она ему внушает и даже за страх... но это были
только издержки мужского несовершенства. И говорить о них не имело смысла.
– Напрасно
Ее глаза еще чего-то ждали от него, в них была и боль, и ненависть, и отчаяние. Ольгерд
молчал, усмиряя стучащее сердце.
– 267 -
– Ну что ж, - она медленно поднялась, плечи ссутулились, как будто ее шуба весила тонну, -
напрасно так напрасно. Больше не прилечу.
Потом он сидел совершенно опустошенный в своем кабинете и тупо гонял программу
топологи раскопок во всех режимах масштабирования. Он ничего не видел в стереообъемах,
перед глазами было только бледное лицо Олли.
Скивры, чертовы скивры... откуда они взяли генетический материал для создания таких вот
демонических цариц? И зачем им понадобились именно васки? Ах, ну да, васки - их прямые
предки, а аппиры им не годятся.
Ольгерд вспомнил давний разговор с Анзантой. Она рассказывала, что некоторые скивры
предпочитают вернуться в плотный мир, но реально это невозможно, потому что матрикаты
быстро распадаются, а воплощаться через рождение в аппирские тела они не могут,
несостыковка у них с мутантами.
Это было так давно! Двадцать лет назад. Тогда за скандалом с Магустой все как-то забыли
о попытках васков захватить планету. И забыли... Ольгерд чуть не подпрыгнул в своем
вертящемся кресле... забыли о мумиях в подземелье Долины Лучников! Десять мумий
древнейшей цивилизации, возможно, что и васков. Не за ними ли охотился Грэф?! Одна из них
потом пропала.
Пропажа мумии тоже особой паники не вызвала, только недоумение: кому это старье могло
понадобиться? А мумия, скорее всего, принадлежала царице Нормаах, сбежавшей от ледников
на материк и вскоре там умершей. Никто не придал этому значения, а теперь эта воплощенная
царица снова бродит по планете как сорок тысяч лет назад! И если это действительно так, то
Оливия - пробный шар, так сказать, опытный экземпляр по внедрению.
От таких мыслей ему стало совсем не по себе. Он долго бродил по кабинету, сопоставляя
разные факты и выкуривая сигарету за сигаретой, потом позвонил Лецию.
– Надо обсудить кое-что важное, - сказал он, - собери Директорию.
*************************************************************
Эдгар собрался с духом и зашел к бабуле в гримерную. На его звонки она не отвечала, к
дому дед запретил приближаться, да и не застать их было дома. Всё это было очень скверно,
даже невыносимо. Он был так безоблачно счастлив с ними много-много детских лет!
Зела, как обычно, сидела у зеркала и расчесывала свои золотые волосы. Картина эта была