Сердце Малого Льва

Федина Елена

приносил ему книги, альбомы, фильмы и игры, но всё это лежало мертвым грузом на столе.

– Скоро мы тебя заберем, - сказал он как можно бодрее, - может даже, завтра, правда,

Фальг?

Фальг кивнул. Юный жрец был одет в обычный термостат земного производства, но

согласился только на кричаще-красный цвет, а за пояс прицепил свой кинжал. Вязаная шапка с

козырьком делала его совсем неотразимым. В руках он держал новорожденного пятнистого

скорлика.

–

А у нас прибавление семейства, - улыбнулся Эдгар, - Зибзабсуэ наконец разродился, то

есть разродилась. Вот, принесли тебе для компании. Нравится?

Фальг осторожно положил звереныша Антику на колени. Тот не поднял головы, но рука его

с изящными длинными пальцами медленно прикоснулась к мягкой шерстке малыша. В этом

движении появилась хоть какая-то жизнь.

– Как колено?
– спросил Эдгар, - уже не болит?

Ответа не последовало.

– Кондор говорит, ты уже можешь ходить?

Антик едва заметно кивнул.

– Вот и отлично! Значит, скоро будешь бегать. А потом и танцевать.

Мальчишка поднял лицо и посмотрел на него. Эдгар увидел золотисто-карие, такие же как

у Лауны глаза, совершенно не детские и полные бесконечной пустоты. И понял, что сказал

глупость. Антик уже никогда не будет танцевать.

– А вообще и кроме танцев полно интересных дел, - добавил он.

Зеленые веки опустились.

– Ну, вот что...
– Эдгар взглянул на часы, - у меня тут дела в больнице. Фальг, расскажи пока

Антику, чем этого зверя кормить, а я скоро вернусь.

– Ладно, - пожал плечом Фальг, снял кепку, расстегнул молнию на животе и достал

соответствующие принадлежности, - вот молочная смесь, вот бутылка, а вот соска. Он лакать

не умеет. .

На четвертом этаже этого корпуса проходили медосмотр студенты университета. Они

толпились в коридорах и вестибюле, ожидая своей очереди. Эдгар протолкался в кабинет к

Кондору и прикрыл за собой дверь.

– Ну что? Льюис Тапиа уже был?

– Был, - пронзительно взглянул на него брат.

– Ну? И что?

– А то, - Кондор поднялся из-за стола, - что нам еще обследовать двести студентов, и почти

все они аппиры, а значит, у каждого какие-то медицинские отклонения. И всё это только для

того, чтобы убедиться, что Льюис Тапиа - нормальный человек.

– Нормальный?

– Нормальный земной парень. Правда с повышенной энергетикой, но такое бывает в этом

возрасте.

– 264 -

– Ты не врешь?
– не поверил своим ушам Эдгар.

Кондор снова посмотрел на него строго.

– Он не васк. Эд. И не надейся. В том, что он землянин, я тебе ручаюсь.

– Слава богу!
– с

облегчением раскинул руки Эдгар, - прямо гора свалилась с плеч! Я

прокололся с Оливией, но хоть с парнем-то всё в порядке. А то я уж собрался посыпать голову

пеплом...

– У тебя гора с плеч, а у меня еще три дня вот такого столпотворения в больнице!

– Ну, извини!

– Исчезни, Эд. Не мешай работать.

Брат был как-то нетрадиционно невежлив. Обычно он всё делал с дежурной улыбкой и уж,

тем более, никогда так откровенно не выгонял своих родственников. Очевидно, двести

незапланированных пациентов в один день могут вывести из себя даже его.

– Работай-работай, - усмехнулся Эдгар, - от безделья мужики женятся, а это очень вредно!

Настроение улучшилось. Он никогда не сомневался в своих экспертных способностях и

поэтому не мог смириться с тем, что не разглядел на Земле Оливию Солла. Льюис оказался

обычным парнем, и это радовало. Гениальностью он не отличался, в Центр Связи попал чисто

случайно. Вряд ли этот Рой делал на него ставку. Просто чисто по-человечески привязался к

чужому мальчишке. В том, что такое возможно, Эдгар теперь не сомневался.

Накормленный скорлик крепко спал у Антика на коленях. Фальг что-то рассказывал, сидя у

него на кровати. Наверно, у двух мальчишек-лисвисов беседа клеилась лучше.

– Ну как?
– спросил Эдгар уже в коридоре, - поговорили?

– Он молчит, - сказал Фальг серьезно, - но это ничего. Он же всё слышит и всё понимает. И

кивает иногда. Вы не переживайте, Эдвааль, ему просто нужно время.

– Конечно, малыш, - улыбнулся Эдгар и обнял его за плечи, - застегни молнию, а то

замерзнешь.

Они прилетели в его резиденцию в посольском квартале. Там он выделил для своей семьи

несколько комнат, потому что во дворце оставаться не было никакой возможности. В комнатах

было жарко как в бане, а за запотевшими окнами без конца летел снег.

У Кантины сидели несколько лисвийских приятельниц из посольства и обсуждали, как

обычно, ужасные условия Пьеллы и странные обычаи этих придурочных аппиров. В то, что

Эдвааль ее муж, они, кажется, до сих пор не верили.

Он нарочно очень пылко и недвусмысленно ее поцеловал. От жары рубашка тут же

взмокла.

– Здравствуйте, Советник, - заулыбались эти кумушки.

– Мое почтение, вэи.

Пятиминутный вежливый разговор его утомил. Эдгар извинился и прошел в другую

комнату, где играла Аола.

– Но он ведь такой урод, - послышалось оттуда через полуприкрытую дверь, - совершенно