Селеста, бедная Селеста...
Шрифт:
Я рассмеялась, пошевелила пальцами вытянутых ног.
— Сиди так, — велел Лешка и ушел, унося таз.
Я обрадовалась его уходу. Пришла пора побыть одной, разобраться что к чему. Но я чувствовала себя удивительно хорошо, мне не хотелось двигаться, не хотелось ничего выяснять и ни в чем разбираться. Блаженное состояние довольства снизошло на меня. Что явилось причиной: выпитое шампанское или Лешка?
В эту минуту Лешка вернулся, по обыкновению, не с пустыми руками. Принесенное им розовое полотенце оказалось мягким и теплым. Лешка сидел на полу и старательно
Я вздрогнула, когда он прижался губами к чувствительному местечку под большим пальцем. Лешка оторвал губы, но дрожь не прекращалась. Меня просто колотило, и рука дрожала, когда я нерешительно протянула ее к коротко стриженной круглой голове. На ощупь голова оказалась плюшевой. Я очередной раз испытала потрясение.
Лешка прижался грудью к моим ногам, бережно прижал ладони к моим бедрам, попросил:
— Поцелуй меня.
Мои ладони лежали на его нежной шее. Я сдвинула их к плечам и, опираясь на них, нагнулась к поднятому ко мне лицу. Раньше мне не случалось смотреть на Лешку сверху вниз. В таком ракурсе знакомое до мельчайших подробностей лицо удивило меня детской беззащитностью. Я легко коснулась губами приоткрытых ждущих губ. И опять ощущение новизны, неизведанности происходящего пронзило меня.
Лешка закрыл глаза и остался неподвижным после моего поцелуя. И я снова поцеловала его, уже по-настоящему, и почувствовала ответное движение горячих губ.
Лешка пошевелился и опустил лицо мне в колени. Его пальцы дрожали на моих бедрах, горячее дыхание обжигало. Я погрузилась в странное, совершенно новое состояние — томление, и в забытьи гладила прильнувшее ко мне тело. Лешка уже не казался таким огромным, его податливое тело вызывало щемящую нежность. Мне захотелось снова почувствовать вкус его губ. Я по-хозяйски решительно взяла в ладони его голову, оторвала от своих ног. Удивилась собственной смелости и забыла о ней. Забыла обо всем, встретив взгляд черных глаз. Взгляд, полный любви и желания.
Впервые такой Лешкин взгляд не испугал меня. Я обвила руками его шею, притягивая к себе.
Лешкины губы прижимались к моему лицу. Я закрыла глаза, вбирая поцелуи.
Не знаю, как я догадалась, что Лешка хочет целовать мою шею, но я откинула голову, и тут же его губы, горячие, жадные, припали к моему горлу.
Лешкины руки неторопливо, нежно ласкали мою спину. Я уже не боялась, не думала... Я отвечала на поцелуи, сама целовала его разгоряченное лицо. Мои руки заползли под его майку, коснулись восхитительно гладкой кожи.
Лешка оторвался от меня. Я с тихим вздохом покорно отстранилась. Мне тоже требовалась передышка. Лешка тяжело дышал, его глаза лихорадочно блестели, а голос охрип:
— Аль, у тебя уже кто-нибудь был?
Я покачала головой, краснея и чувствуя слезинки смущения на щеках.
— У меня тоже, — спокойно сказал мой невозможный Лешка.
Мы засыпали, просыпались и снова засыпали. Сквозь сон я слышала, как Лешка вставал и ел пирог. Один раз мы проснулись одновременно и лежали рядом, касаясь друг друга плечами и сплетя пальцы вытянутых
— Я долго не был влюблен в тебя. Правда. Я не понимал...
Он замолчал и молчал долго. Я почти уснула, а он заговорил снова, все тем же ночным, но вовсе не сонным голосом:
— В самый первый день, когда шел в институт, я отчаянно трусил. У меня там не было ни одного знакомого. Я в первый раз попал в такое место, где все чужие. Я вошел в аудиторию и растерялся. Все перемещались, смеялись, разговаривали друг с другом. Мне показалось, что все между собой знакомы. Я не знал, что мне делать.
Вдруг мой взгляд выхватил девичье лицо. Очень белое, чистое и спокойное. Девушка сидела среди гама одна и не волновалась. Длинная толстенная коса была перекинута на грудь. Девушка тоненькими пальчиками расплетала и заплетала косу. Это сейчас я знаю, что так у тебя выражается крайняя степень волнения. Тогда ты казалась безмятежной и притянула меня к себе. Я сел рядом, и ты посмотрела на меня понимающе и одобрительно. Потом всегда, что бы ни случилось, я оборачивался и встречал твой взгляд, понимающий и одобрительный.
У меня долго все силы уходили на учебу. Я не сразу понял, что за тобой ухаживают.
В этом месте я заснула, так и не узнав, что послужило толчком к Лешкиной влюбленности.
Проснулась я довольно рано, сразу поняла, что Лешки рядом нет. Некоторое время я лежала на спине, глядя в синеющее окно и пытаясь определить, что чувствую после этой ночи: облегчение или разочарование.
Когда Лешка сел рядом со мной и взял мою руку в свою, я приготовилась к серьезному разговору. После поцелуев моя бедная головушка сладко кружилась и разговаривать не хотелось, а хотелось гладить плюшевую голову, целовать тугие щеки, чувствовать его губы, руки, сильное тело, уже не страшное своей силой, а волнующее, влекущее.
Но после того, как мы выяснили, что ни у кого из нас нет опыта, нам следовало поговорить. Я читала советы специалистов о начале интимных отношений и знала, что прежде, чем лечь в постель, надо договориться по ряду пунктов, например о том, как поступить в случае беременности.
Я не знала, как бы я стала поступать и чего мне следует требовать от Лешки. Я вообще не была способна рассуждать, договариваться, вырабатывать позицию. Поэтому предоставила право говорить Лешке.
— Аля, — торжественно начал он, — я тебя люблю. Я хочу, чтобы ты стала моей первой женщиной.
Здесь он вдруг замолчал, покраснел и заговорил, быстро, сбивчиво, больно тиская мою ладонь и не замечая этого:
— Я хочу тебя. Все время. Если бы ты знала, как я тебя хочу.
Разговор перестал мне нравиться. Я затосковала, теряя решимость. Стало ясно, что я совсем не готова приобретать опыт. В панике я не сразу поняла слова Лешки.
— Я не хочу просто так. Вдруг тебе не понравится? И ты больше не захочешь. Я боюсь тебя потерять.
— Что же делать?
Я облегченно вздохнула, радуясь, что не надо на что-то решаться немедленно.