Секта для бога
Шрифт:
— Прошу сдать телефон и личные вещи! — проговорил Григорий.
Игнат подавил в себе желание утаить сотовый телефон. Он молча достал все вещи и передал в руки Григорию. Тот аккуратно уложил их в крайнюю ячейку.
— Прошу снять ремень и обувь, — невозмутимо проговорил он.
— А это еще для чего?! — воскликнул Игнат, но умолк, наткнувшись на суровый взгляд. — Словно заключенного...
— Вы сами согласились на это, — напомнил Григорий. — Отказаться еще не поздно.
— Ни за что! — проговорил Игнат неожиданно для себя. Отказаться значило потерять мечту. Главный редактор имел много недостатков, но он не был ни вруном, ни шутником. Если он сказал про возможность публикации
— Встаньте сюда, — указал Григорий на коврик перед дверью.
Игнат удивился — все-то у них предусмотрено. Только все равно этой комнатой не пользовались очень и очень давно. Если вообще когда-то пользовались.
Игнат встал на коврик и отдал ботинки. Григорий поместил их на нижнюю полку шкафчика, стукнула створка, Учитель вернул замок на место.
— Прошу, — Григорий указал на дверь.
Игнат вошел внутрь и пораженно остановился на пороге. Небольшая комната без окон и с одной дверью была поделена решеткой пополам. В решетке не было дверей. В ту часть комнаты попасть было невозможно, неведомыми строителями такой вариант даже не предусматривался. Решетка была прочно замурована в пол и в потолок.
— Вот ваша обитель до завтрашнего утра, — проговорил Григорий. — Здесь нет ничего, пустая комната. Здесь вы наедине с самим собой должны будете провести двадцать четыре часа.
— А что я должен делать?!
— Что хотите! — последовал ответ. Григорий указал на едва заметную кнопку рядом с дверью. — Это звонок. Если вы по каким-либо причинам пожелаете досрочно выйти из этой комнаты, необходимо позвонить вот так...
Григорий изобразил незамысловатую мелодию. Игнат вскинул брови. — Несколько звонков разной длины нужны для того, чтобы знать, что решение ваше осознанно, — сказал Григорий. — На другие комбинации ответа не будет. Так что советую попробовать! Это даст вам возможность в любой момент выйти отсюда.
— А что будет, если я выйду отсюда досрочно?!
— Вам будет отказано во вступлении в секту, — сказал Григорий.
— Все понятно! — кивнул Игнат. — В таком случае я покидаю вас.
С этими словами Григорий отступил за дверь. Игнат видел, с каким усилием он тронул толстую створку. Глухо стукнуло, затем звонко щелкнул замок. Игнат словно наяву увидел широкие стержни, вдвигающиеся в пазы. Все! Он замурован.
Именно эта мысль пришла на ум первой! Замурован. Игнат огляделся и прошелся по комнате. Маленький лоскуток пространства. Два шага в длину и шаг в ширину. Еще столько же отгорожено загадочной решеткой. Зачем она здесь, что она отгораживает?! Игнат терялся в догадках. Такое ощущение, словно она предназначена, чтобы уберечь его от... Холодок пробежал по спине. От чего?! Или от кого?! В голову полезли мысли о демонах из преисподней, которые появляются здесь в полночь. Игнат вздрогнул и попытался улыбнуться. Но улыбка вышла кривой и жалкой. Он поймал себя на мысли, что глазами ищет на полу пентаграмму.
Стоп! Игнат замер. “Я нахожусь в комнате без окон, за закрытой дверью. Здесь нет фонарей. Но я все вижу?! Откуда свет?!” Игнат огляделся, но так и не нашел вразумительного ответа на этот вопрос. Он все видел словно в сумерках, но ни единого источника света в комнате не было.
Тут же осознал еще одну странность. Откуда Григорий знает его имя? Да и остальных Учитель вызывал без запинки, не сверяясь с бумажкой. А ведь все они пришли на занятия впервые! Странно, что не подумал об этом сразу. Словно наваждение какое!
Игнат нахмурился. Это
Дейв сидела на коленях Гробовского и млела от счастья. О боже, как приятно сидеть на коленях такого парня. Как хорошо быть девушкой не кого-нибудь, а главаря уличной банды. Прямо как в американских фильмах. Уличные банды Нью-Йорка!
Она огляделась по сторонам. Мрачная обстановка заброшенного завода. Огромная коробка недостроенного трехэтажного здания глядела на мир темными провалами окон. На востоке к постройке вплотную подступал хмурый, загаженный лес. Ободранные, низкорослые ели изнывали под грудами мусора и испражнений. С другой стороны здания был двор, превращенный в свалку. Огромные кучи мусора кое-где уже сравнялись с некогда высоким бетонным забором. Сейчас бетон забора местами выкрошился, обнажая скелет ржавой арматуры.
Сразу за забором начинались гаражи. Длинные ровные ряды стальных дверей, а за небольшим леском начинается город. Дейв оглядела все это сквозь обширные выломанные окна. С запада из-за еловых крон в их логово заглядывало солнце. Щеки небесного светила румянились и алели, видя грязь и непотребства человеческие.
Дейв улыбнулась стыдливому солнцу и обвела взглядом обширное помещение. Это их логово, их пристанище. Это дом банды Псов. На дворе вечер — время для посиделок и возлияний. Почти все наши здесь.
В темном, угрюмом помещении всюду валяются кучи мусора. В трех местах пылают дырявые бочки. Кто-то из пацанов увидел подобное в американском фильме, попробовали здесь — прижилось.
Угрюмо гремят в углу гантелями качки. В банде их довольно много, и они только и делают, что качают мускулы и пьют пиво. В другом углу Бот остервенело лупит грушу. Слышны смачные удары и пыхтение. Рядом стоят несколько молодых членов банды и смотрят.
Из другого темного угла раздаются пыхтение и возня. Пьяный Заяц утащил туда Вику. Через некоторое время туда же отправились еще несколько парней. Дейв передернула плечиками. Грубые, требовательные руки, срывающие одежду, жирные, потные тела. Тычки и зуботычины, если кто-то недоволен. Мат и скабрезные шутки, все это сопровождающие. Бр-р! Воспоминания не из приятных. Через это проходят все девушки банды. И Дейв через это прошла. Так было до тех пор, пока она не стала девушкой главаря. Дейв покосилась на Гробовского. Как же все-таки славно быть девушкой главаря!
Во дворе несколько парней возятся со спортивными мотоциклами. Настоящие фанаты. С утра до ночи готовы в них копаться, что-то подвинчивать, подкручивать. Но зато как приятно потом прокатиться с любимым за его надежной спиной. Когда ветер рвет волосы, а между ногами грозно рокочет стальной конь.
Жека и Гера, неразлучная парочка, затеяли возню посреди помещения, — похоже, опять что-то не поделили. Дейв с удовольствием вдохнула ночной воздух, пропитанный вонью испражнений и гнили со свалки. “Это мой запах! Это запах нашей банды! Мы словно гной в теле больного гангреной, мы разъедаем отжившее старое, чтобы очистить мир. Так говорит Гроб”.
Дейв с теплотой повернулась к парню и впилась в его твердые губы жарким поцелуем. Сильные руки ухватили ее, до боли сжали ягодицы. Она вздохнула порывисто, по телу потекла горячая волна. Какое счастье быть девушкой главаря!
— А пошел ты в задницу, мудила! Ща ботинком по зубам дам, будешь на золотые коронки копить всю жизнь!
— Сам мудила! Ты мне ремень порвал, годзилла ты недоношенный. Я его только вчера снял...
— Не хрен по детским садам ходить! Снял бы с качка какого-нибудь, не порвался бы...