Секта для бога
Шрифт:
Оксана увидела, как страшные фигуры надвигаются. Второй парень положил ей на шею огромную лапищу, прижал к стене. Оксана поняла, что стоит на цыпочках, размазанная по стене.
— Пикнешь — шею сломаю как цыпленку! — почти ласково проговорил здоровяк. Потом повернулся к другу: — Так удобно?
— Молоток, Гера! — осклабился Жека. — Сейчас я тыркну, потом для тебя подержу...
Оксана почувствовала его руки на своем теле. Никогда в жизни не ощущала она себя такой беззащитной. Гера держал ее мертвой хваткой, чуть не на весу. Горло передавило, кислород едва поступал в легкие, ни крикнуть, ни всхлипнуть.
Оксана попыталась закричать, но из горла донесся лишь еле слышный сип. Она попыталась лягнуть насильника, но тот лишь схватил ее ногу и резко отвел в сторону. Захрустели суставы — едва не вывернул ногу. Оксана закричала от боли, Гера нажал сильнее, задушив всхлип. В глазах Оксаны помутнело, еще чуть-чуть — и спасительная бездна накроет с головой.
Но Жеку это не устраивало.
— Не придуши раньше времени! Я хочу видеть ее глаза.
Оксана почувствовала, как неумолимая рука лезет под юбку...
— Эй, ребята, вы что делаете?! — раздался странный голос из темноты. Это произошло так внезапно, что Гера с Жекой подпрыгнули от неожиданности. Гера даже осла бил хватку и едва не выронил Оксану. Ноги отказывались ее слушаться, если бы Гера отпустил, сползла бы на землю вдоль стенки.
— У, бля! Кто говорит?! — недоуменно огляделся Жека.
— Я! — На границе круга света появилась маленькая, приземистая фигура. Ее не было видно в тени, лишь два блестящих глаза странным образом висели на расстоянии полутора метров от земли.
— Кто это — я?! — Жека уже взял себя в руки. — Что еще за фраер?
— Оставьте девушку мне! — вдруг квакнул незнакомец. — Она мне нравится!
— Что?! — в два голоса изумились Жека и Гера. Потом переглянулись и разразились хохотом.
— Ну уморил, — утирая слезы, проговорил Жека. — Она ему нравится... Ха-ха-ха.
— И вы мне ее отдадите! — невозмутимо закончил незнакомец.
— Отдадим! — вдруг согласился Жека. — Только сначала я ее тыркну, а потом мой друг. После можешь забирать и пользоваться, она нам ни к чему!
Гера слушал дружка, горло Оксаны отпустил, но стоял рядом — не убежишь. Она всхлипнула, руки неловко пытались спрятать грудь за обрывками рубашки.
— Ты покажись, умник! А то квакает из темноты, — сказал Гера.
— Пожалуйста. — И незнакомец шагнул в круг света.
Оксана напряглась, десятки виденных фильмов, множество прочитанных книг кричали, что сейчас в круг света должен ступить смазливый, хорошо сложенный незнакомец, он красивыми ударами раскидает этих уродов и увезет ее... Но действительность вызвала у нее лишь непроизвольный вздох разочарования. Одновременно Жека и Гера загнулись от хохота. Незнакомец являл собой поистине живописное зрелище. Маленький, не больше полутора метра ростом, и жутко уродливый, он походил больше всего на жабу. Толстые щеки, тонкая полоска рта, огромные глаза навыкате и узкий лоб, теряющийся под круглой вязаной шапочкой. Ножки короткие и толстые, из-под вязаного засаленного свитера выпирает заметное брюшко, придающее незнакомцу еще более комичный вид. Единственно, что в незнакомце внушало уважение, так это мощные, мускулистые
— Ну уморил! Ха-ха-ха! — ржали дружки, — Жабики в городе! Почем лягушачьи лапки...
— Жабики?! — встрепенулся незнакомец. — Хорошее имя! Спасибо!
Он улыбнулся странной улыбкой, не показывая зубы. Плоский рот просто растянулся, прорезав лицо от уха до уха.
— Ладно, зелень! — отсмеявшись, благосклонно сказал Жека. — Я, пожалуй, погляжу на то, как ты тыркнешь эту девку. Интересно будет поглядеть на такое шоу... Только после меня! А то я не рискну после тебя трогать... Заразишь еще чем... болотным.
И он опять загоготал. Оксана съежилась. Незнакомец не внушал доверия. Бомж какой-то. Вряд ли такой поможет, разве что воспользуется моментом вместе с этими. Нужно попытаться бежать. Может быть, как-нибудь незаметно позвонить Игнату? Но ничего сделать она не успела.
— Жабики не любят, когда при них обижают красивых женщин! Жабики обижаются! — сказал незнакомец в шапке. Его глаза странно блеснули.
— Не понял! — оборвал смех Жека. — Ты шути, парень, да не зашучивайся. Мы из “Роста”, с нами связываться не след!
— Ква-ква! — вдруг сказал Жабик и расплылся в улыбке. На сей раз он показал зубы. Все трое одновременно увидели их и вздрогнули. Вдоль спины Оксаны пронесся холодок. У Жабика был полный рот нечеловеческих треугольных зубов, на вид очень острых.
— Что за... — начал говорить Жека.
— Жабик делает последнее предупреждение... — начал Жабик, но Жеке надоели препирательства. Незнакомец был проблемой, а все проблемы Жека решал хорошим ударом кулака. Поэтому он замахнулся и изо всех сил залепил в оскаленную морду. Странным образом морда исчезла с того места, где была, кулак провалился в пустоту. Жека не удержался и вынужденно шагнул вперед. И тут в груди разорвался шар боли, одновременно в пах врезалось что-то острое и твердое, страшная боль иглой пронзила все тело. Жеку скрутило в тугой, хрипящий комок. Он упал на асфальт и скорчился, из горла едва слышно доносился сип.
Гера пораженно глядел на друга. Он не сразу понял, что случилось. Потом в глазах мелькнула ярость. Рука исчезла в кармане, тут же появилась снова. Блеснули в свете фонаря крылья “бабочки”, нож привычно лег в руку.
— Ну что, фраер! Теперь поговорим! — осклабился Гера. Нож в руке придавал уверенности. — Сейчас ты у меня попляшешь, жаба подколодная!
Маленький человечек глядел на него без страха. Его глаза навыкате внимательно, с любопытством разглядывали Геру. Тот прыгнул вперед, делая резкий выпад. Человечек неуловимо сместился в сторону, лезвие пропороло воздух в миллиметре от его обвисшего живота.
— Славно! Как славно! — проквакал Жабик.
Оксана глядела на всю эту непонятную сцену широко распахнутыми глазами, не в силах пошевелиться. Она хотела бежать, но что-то мешало. Непонятное оцепенение держало тело в объятиях.
— Чего ты славного увидел, падаль лягушачья?! — воскликнул Гера. С новым ударом не спешил, видел, как странный незнакомец вырубил Жеку, тот до сих пор корчится на асфальте.
— Ты сам позволил Жабику убить тебя, — сказал Жабик и показал в улыбке свои замечательные треугольные зубы.