Секретарь чудовища
Шрифт:
Правда, сам он домой совсем не торопился. Даже здесь, на пустом, вечерами, этаже ему было как-то комфортнее и менее одиноко, чем дома. Он меньше терзался мыслями о непринятии, меньше переживал, да и в целом слегка удавалось отвлечься от катастрофических провалов что на работе, что в личной жизни. «Забить свое время хоть какой-то деятельностью» — теперь так рассуждал Ротман, вместо того, чтоб снова идти в бар и превращать печень в безфункциональное нечто. Достаточно. Достаточно опозорился, достаточно просадил свое нерушимое, казалось, здоровье и удивительно крепкий
Он вновь пытался подловить секретаршу у входа, день за днем, но она куда-то таинственным образом исчезала. То раньше, то позже уходила, охранники лишь разводили руками, и молодой человек понуро шел к машине. Даже ехать с ним не хотела. Даже… ехать. В такие моменты опять нестерпимо хотелось выпить, однако, Нэд со злостью отрезал эти мысли. Попорченное здоровье так или иначе не сделает его привлекательнее.
Сегодня опять засиделся допоздна. Когда торопиться стало некуда, время внезапно потеряло счет. Мысли о наступающем Рождестве вызывали пустую, тяжелую улыбку.
Он встретит его в офисе. Один. Выключит телефон, чтобы его семейка не звонила, и жеманным тоном не диктовала ему поздравление с листка. Чтобы не видеть СМСок от идиота Бобби, который, в общем-то, идиотом не был, но очень хотел таким казаться. Будто бы. Другого объяснения некоторым его поступкам просто не находилось.
Ротман слышал, как скрипела швабра уборщицы за дверью, как плескалась грязная вода в ведре. Медленно встал и вышел в коридор, проводив её сгорбленный силуэт отчужденным взглядом. Даже если он просидит тут до ночи, ничего не изменится. Может, все же, стоило в какой-то момент поехать домой, и просто пораньше лечь спать. Хоть разок.
Мужчина глубоко вздохнул, затем, все же, забрал пиджак и вышел, заперев кабинет на ключ. Если в лифте он передумает, то всегда может вернуться. Разве нет?
На этаже горел приглушенный свет одной лампы и слышалось странное шевеление. В какой-то момент Нэд решил, что это все еще уборщица, но затем резко остановился и сдвинул брови. В тени фикуса раздавалось странное шевеление. Ротман подозрительно прищурился, медленно подошел, достал из кармана смартфон и посветил им на небольшой кожаный диванчик для сотрудников.
Глаза расширились сами собой. Мужчина нервно отстранился, сдвинул брови, от удивления едва не выронив мобильник.
— Одри? — Сипло прошептал он. — Добрый… добрый вечер.
Она внезапно вскочила с дивана, и стала нервно озираться по сторонам. Наткнувшись взглядом на начальника, слегка растерялась, но тут же взяла себя в руки и сжала кулаки.
— Да-да, добрый, я просто засиделась.
— Засиделась? — Лицо перекосило от шока. — Не понял. Ты что, ночуешь на работе?
— Нет. Прилегла и задремала. Уже иду домой. — Выражение из потерянного становилось пластмассовым, словно оправдаться сейчас пыталась не девушка, а восковая кукла.
— Нет, ты тут спишь. — Ротман заглянул ей за спину, видя на диванчике плед, и нервно похлопал глазами. — Какого черта?? Это из-за твоих родственников? Или у тебя что-то случилось?
— Ничего не случилось. Я просто прилегла, на минутку, устала. — Чуть дрогнул
— Если ты устала, то нужно есть домой, отдыхать. — Взгляд становился подозрительным. — А если у тебя проблемы, я могу, хотя бы, снять тебе номер в отеле. Что скажешь? Отоспишься нормально, и будем решать, что делать.
— Мистер Ротман, отстаньте. — Элс раскрыла глаза, затем тут же опустила их и вновь прикрыла. — Все нормально. Мне просто хочется побыть одной, а дома я не могу получить такой роскоши. Одной. Понимаете? Я немного побуду тут и поеду домой. Не берите в голову.
— Одной в Рождество? — Мужчина вздохнул. — Слушай. Я знаю, ты не хочешь меня видеть, проводить со мной время, и прочее. Но сегодня праздник. И я тоже один. Может, все же, куда-нибудь съездим? — Нэд улыбнулся, и в этой улыбке скользнула неловкость и печаль. — Куда захочешь. Могу… сделать тебе глинтвейн. Можем сходить к елке на площади. Обсудить… что ты хочешь обсудить? Наверняка выставку презентаций игр в начале следующего года? Без… любых обязательств с твоей стороны. Посмотрим фейерверк.
— Вы предлагаете мне встретить с вами Рождество? — Она горько улыбнулась.
На самом деле сейчас хотелось заплакать. Идти было некуда, и даже снять номер в отеле Одри себе пыталась, но не смогла. Номера под праздник либо забронированы, либо уже забиты. Единственное, куда Элс могла податься — квартира, где ждали папа с сестрами, которые наверняка орали друг на друга, ведь никто не хотел готовить закуски и мыть посуду. Даже диван в офисе выглядел, в очередной раз, более привлекательным, чем их завсегдатые высокомерные лица. Встретить праздник глядя на маленькую елочку на чьем-то столе, оттого хотелось заплакать. И единственная альтернатива такому празднику — мистер Ротман. Теперь сквозь слезы хотелось рассмеяться.
Близких друзей у нее, все же, не было. Как и родственников, которые в самом деле были бы рады ей, а не спальным местам в её квартире. От внезапно накатившего одиночества опускались руки, чернела тень начальника, которая падала на её лицо и слегка взъерошенные волосы.
— А знаете, что. — Глухо прошептала Одри. — Я принимаю ваше предложение. Сегодня у меня правда трудности, так что… черт с ним. Ну что, куда поедем, Нэд? — Она подняла глаза. Взгляд казался печальным и пустым. От осознания собственного положения было так плохо, что внезапно… стало все равно. Настолько плохо, что терять больше нечего. По крайней мере, он правда купит глинтвейн, и, может даже, апельсиновый пудинг.
Ротман медленно поднял брови, явно не ожидая услышать такой ответ. Молодой человек готовился к спору, готовился убеждать, как вредно спать на диване, и что не стоит встречать праздник в одиночестве, но… но. Он медленно выдохнул, губы растянулись в странной, потерянной, безумной улыбке.
— Ну что, тогда, куда хочешь поехать? Где… хочешь провести праздник? Есть желание пойти на прогулку? Или, может, я обзвоню рестораны, узнаю, есть ли где-нибудь свободный столик?
— На ваше усмотрение. — Она отстраненно опустила голову.