Седьмая раса

Нечаева Наталья Георгиевна

Она тут же оказалась в кольце чьих-то невидимых крепких рук, но не защищающих и ограждающих, как руки Барта, а злых, холодных и не обещающих ничего хорошего.

Вокруг толпились призрачные фигуры в белых балахонах. Ольге показалось, что их невероятно много, целая толпа, значительно большая, чем там, во время обряда. Едва различимые в темноте глаза источали ненависть. Чуть справа, поддерживаемая под руку кем-то высоким, стояла блондинка. Звезды на голубом плаще волшебно и странно сияли.

— Она! Это она убила Фридриха! — вдруг рванулась

вперед женщина.

— Тише, Грэтхен, — удержал ее тот, высокий. — Она ответит за все!

— Куда их? — услышала Славина мужской голос сзади.

— Этого, — Рощин брезгливо тронул ногой лежащего Барта, — скиньте в озеро, а девчонку — к магистру.

— Влад… — Ольга во все глаза смотрела на спасителя, мгновенно переквалифицировавшегося в злодея. — Влад, что происходит? Ты — с ними?

Он взглянул на нее с явным сожалением, даже, как показалось Ольге, с жалостью.

— Оля, твоя жизнь в твоих руках. Будь благоразумна… Сейчас тебя отведут к магистру…

К магистру? Значит, она сейчас увидит Шубина? Ведь это его посвятили в магистры? И все объяснится? Что здесь, черт возьми, происходит?

Ольга неожиданно разозлилась и сильно дернулась, пытаясь высвободить руки. За что тут же была вознаграждена ощутимым тычком по затылку. Даже в ушах зазвенело.

Как она уже поняла, ее вели по окружности пещеры. Ярко освещенный центр оставался все время где-то позади и слева, словно они его сознательно огибали по скудно подсвечиваемой факелами дорожке между громадных колонн. Очень похожих на мощные лапы неведомого гигантского чудища. То ли естественных, то ли сооруженных человеком…

Вот ноги ощутили подъем, свод над головой опустился, Ольгу протащили по небольшому каменному коридору, снова подъем, на этот раз значительно круче. Короткий и сильный толчок в спину, и она оказалась в небольшом овальном помещении — пещерке, судя по каменным стенам. Хватка ослабла, Ольга огляделась и тут же увидела старика. Он восседал на импровизированном каменном кресле, покрытом попоной из рыжего искусственного меха.

Старик сделал повелительный жест рукой, и Славина почувствовала, что те, за спиной, ее неумолимый конвой, исчезли.

— Садись, — указал старик на камень против себя. — Здесь нам никто не помешает.

* * *

Ольга осторожно присела на краешек валуна. Глаза помимо воли ухватили темный деревянный ящик, доверху заполненный странными ровными палками, чем-то обмотанными с одной стороны.

Факелы, — поняла девушка. — Сколько же их!

На гладком, словно отполированном темном скосе стены за спиной старика кроваво алела громадная свастика. На каменном подобии стола слева лежали какие-то непонятные предметы, выглядывающие из плотного полиэтилена. Рядом — открытая коробка из блестящего металла. В ней — книги.

Куда она попала? Какая-то секта? Тайное нацистское

общество? Вдруг показалось, что сейчас в темный проем войдет кособокий фюрер и выкинет руку в бесноватом приветствии «Хайль».

Ольга передернула плечами, отгоняя жуткое видение. Старик молча наблюдал за ней сквозь полуприкрытые глаза.

Наконец, он сделал птичье движение плечами, словно у него ломило шею, и он пытался найти голове положение поудобнее.

— У тебя много вопросов, — не спрашивая, а утверждая, начал он. — Ты можешь их задать, прежде чем мы перейдем к сути дела.

— Кто вы? — тут же спросила Ольга. — Что это за пещера? Что за обряд? Это вы убили моих ребят? Что вы сделали с Бартом?

— Ты торопишься, это понятно, — спокойно взглянул на нее старик. — Но ты не задала главного вопроса, с которого и следует начать.

— Вы сказали, что я могу спрашивать… — Ольге было страшно. Даже не страшно — жутко. Сознание напрочь отказывалось поверить в то, что все происходящее — реальность, и что она, Ольга Славина, в этой реальности существует.

— Ты не спросила, кто ты, — откинул голову старик.

— Я? — девушка опешила. — Кто я, мне известно.

— Не думаю, — высокомерно отозвался собеседник. — Иначе ты бы здесь не сидела. Но — обо всем по порядку. Сначала — твои вопросы. Первый. Кто я? Я — магистр великого германского ордена «Туле». Хранитель нашей прародины. Хранителями были все в нашем роду. Сейчас им стал мой сын. Ты с ним знакома.

— Вице-губернатор?

— Это оболочка. Очень удобная. Которая позволяет иметь практически неограниченные ресурсы. В наших рядах — первые руководители области и города, военноначальники, священнослужители, банкиры и бизнесмены. Мы все служим великому делу. Постепенно, шаг за шагом, мы сделали этот край своим. И теперь ничто здесь не может произойти без нашей воли и согласия.

— Но на обряде было совсем немного народа…

— Обряд — для высшей касты. Ты узнала лица?

— Нет, я никого здесь не знаю, кроме вашего сына…

— Напрасно. Прокурор области. Командующий ВВС. Председатель областной Думы…

— И все они — члены вашего ордена?

— Да. И еще около пяти тысяч человек. Мы живем здесь почти сто лет. Без малого. И ждем срока.

— Какого срока? — Ольга вдруг поняла, что старик — сумасшедший. И все эти, в белых балахонах, включая стильного вице-губернатора, — тоже…

— Пятнадцать тысяч лет назад после вселенского катаклизма наши великие предки, арийцы, покинули свою благословенную родину — остров Туле и отправились на поиски новых земель. Это изгнание длится по сей день. Но ни на миг мы не забывали о земле предков! Чтобы не забыть традиции, мы везде ставили полярный символ — свастику.

Ольга еще раз взглянула на кровавого паука за спиной старца, по коже побежали ощутимые влажные мурашки.

— И теперь вы делаете свастику из людей? И для этого их убиваете? За что близнецов? Зачем?