Седьмая луна

Габриэль Мариус

– А где же второй чемодан? – закричала Сакура, обращаясь к Клэю. – Где он?

Манро подошел к горящему джипу и вынул из-под обгоревших обломков раскалившийся чемодан. Слава Богу, что он не сострадал в огне.

– Этот сержант, по-моему, еще жив! – крикнул Клайв, осторожно приближаясь к лежавшему на дороге телу.

Не долго думая он вынул из его кобуры пистолет и приставил к виску.

– Нет, Клайв! – взмолилась Фрэнсин. – Не надо!

Клайв посмотрел на нее, а потом перевел взгляд на сержанта.

– Думаю, нам не стоит оставлять

живых свидетелей.

– Клайв, умоляю, не надо! – упрашивала Фрэнсин, понимая, что он прав.

Клайв немного подумал и забросил пистолет далеко в поле. А Манро тем временем складывал чемоданы в багажник «пежо».

– Ну и что же нам теперь делать? – уныло спросила Фрэнсин.

– По-моему, – спокойно ответил Клэй, – надо как можно быстрее добраться до аэродрома и сделать вид, что ничего не случилось. Вряд ли этот Кронг узнает о гибели Дьема до того, как мы отправимся к генералу. А дальше будем действовать по обстоятельствам.

– Но это же огромный риск! – застонала Фрэнсин, глядя на черный столб дыма.

– Выбора у нас нет, – поддержал Клэя Клайв. – Теперь нам остается лишь выполнять намеченный Сакурой план. Куда теперь, Сакура?

:Сакура молча показала рукой в сторону аэродрома.

– Ладно, поехали.

Они быстро сели в машину и двинулись в том направлении, которое указала им Сакура.

– Через десять минут здесь будет полно народу, – произнес Клэй, крепко вцепившись в руль.

Сакура напряженно вглядывалась в заднее окно машины.

– Ничего страшного, – сказала она. – Все подумают, что это дело рук партизан Патет-Лао.

– Да, но нельзя исключать и того, что кто-нибудь – мог нас видеть, – возразил Клэй.

– В этом городе все люди ненавидят полковника Дьема и его людей. Даже если нас кто-то видел, то все равно не сообщит об этом в полицию.

– Дьем, вероятно, мертв. – Клайв напомнил ей о том, что о мертвых плохо не говорят.

– Никто не станет сожалеть о нем, – отмахнулась она.

– Я не понимаю тебя, Сакура, – вмешалась в разговор Фрэнсин. – Ты говоришь так, словно человеческая жизнь для тебя ничего не значит.

– Этот мерзавец собирался украсть ваши деньги, Фрэнсин, – сердито заявила Сакура. – Он узнал, что мы везем деньги, и решил их присвоить. К тому же он погубил множество людей, с удовольствием наблюдая за их агонией. Так что не стоит сожалеть о нем. А о его верных псах-сержантах – тем более.

– А что, если бы Дьем все-таки добрался до Вьентьяна? – спросил Клэй, посмотрев на нее через зеркало заднего обзора. – Если бы твоя бомба взорвалась в людном месте и погибли невинные люди?

– Я все рассчитала, – спокойно ответила Сакура. – От отеля до города ровно двадцать минут езды. Я использовала запал на десять минут.

– А если бы они задержались, чтобы полюбоваться, например, архитектурными изысками отеля «Дипломатию»?

– Им было не до этого.

– Полагаю, мы не должны сейчас появляться во Вьентьяне, – прервал их разговор Клайв. – А как только заберем ребенка,

сразу отправимся в Таиланд.

– Да, там много хороших мест для посадки самолета, – поддержала его Сакура.

– Если нас не собьют таиландские зенитчики, – скептически произнес Клэй.

Сакура сжала ему руку:

– Сожалею, Клэй, но я не хотела обманывать тебя. Я просто знала, что ты не позволишь мне сделать то, что я задумала. А это был единственный выход из положения.

Фрэнсин молча смотрела на нее, окончательно утратив дар речи.

Наконец они добрались до местного аэродрома. Фрэнсин со страхом огляделась вокруг, ожидая увидеть вооруженных до зубов солдат и услышать грозный приказ арестовать террористов. Однако на заросшем травой поле было тихо, и только одинокая фигура Кронга маячила неподалеку от терминала.

Они подошли к самолету, сдержанно поприветствовали Кронга и забрались в чрево небольшого самолета. Ничего не подозревавший пилот помог Клэю разместить оба чемодана между сиденьями, тщательно проверил приборы, включил единственный мотор и запросил разрешение на взлет. Фрэнсин не понимала лаосского языка, но ей почудилось, что им не позволят взлететь и пришлют полицейских, чтобы их арестовать.

– Успокойся, Фрэнсин, – прошептал ей на ухо Клайв, – все будет хорошо.

– Она сумасшедшая, – ответила та, искоса поглядывая на Сакуру.

Клайв иронически улыбнулся и покачал головой:

– Не согласен с тобой. Она, конечно, совершила отчаянный поступок, но не потому, что сумасшедшая, а в силу безвыходного положения.

Манро охотно поддержал его:

– Она действительно отчаянный человек.

– У меня просто не было другого выхода, – упрямо повторила Сакура.

– Может быть, ты и в постель меня затащила только для того, чтобы отвлечь внимание и усыпить бдительность? – спросил он, подозрительно глядя на нее.

– Нет, Клэй, мы занимались любовью совсем по другой причине, – улыбнулась она и положила руку ему на плечо.

– Не трогай меня, между нами все кончено! – Он сердито дернул плечом и отодвинулся от нее.

Сакура прикусила губу, но промолчала.

А Кронг тем временем курил, дожидаясь разрешения на взлет. Он все делал неторопливо, как и жители страны, которую называли Страной миллиона слонов и белого зонтика.

– Господи, помоги нам выбраться отсюда, – беззвучно молилась Фрэнсин, из последних сил стараясь держать себя в руках.

В наушниках Кронга что-то крякнуло, а потом послышался хриплый голос диспетчера. Все вздрогнули и приготовились к худшему. Но самолет завибрировал, натужно загудел и стал медленно выруливать на взлетную полосу. Все облегченно вздохнули и пристегнулись ремнями к жестким металлическим сиденьям. Пробежав ярдов тридцать, самолет оторвался от земли и взмыл в небо. Фрэнсин посмотрела на красные крыши домов, на огромные рисовые поля, на сверкающую на солнце излучину Меконга и поклялась себе никогда больше не возвращаться в эту страну.