Щит Спэрроу

Перри Девни

— Хорошо. — Эм, что, черт возьми, происходит? Когда она ушла, ее охватила паника, плечи напряглись, кулаки сжались. Я медленно подобралась к краю дерева, прижимаясь всем телом к шершавой коре и вглядываясь в общее пространство.

Они накатили, как тихая волна.

По меньшей мере пятьдесят вооруженных всадников вынырнули из леса, проникнув в Трео подобно туману.

Предупреждающих свистков не раздавалось, но люди в Трео, как было известно, были немногочисленны. Как?

Это были солдаты в металлических

щитках на руках и ногах. Волосы у всех мужчин были коротко подстрижены, лица чисто выбриты. И у всех на сверкающих серебряных нагрудниках была выбита одна и та же эмблема.

В сталь была вставлена голова волка, глаза которого были украшены зелеными драгоценными камнями.

Все солдаты остановились на общей площади, окружив туранских рейнджеров и Тиллию, стоявшую в центре.

В их строю образовалась брешь, освобождая место для человека верхом на жеребце с гладкой серой шерстью. Животное было почти таким же большим, как конь Стража.

Мужчина носил обруч, более толстый и замысловатый, чем тот, который Завьер носил на голове. Серебряная лента была вплетена в его темно-каштановые волосы.

Рэмзи — туранский король.

Мой тесть.

Был ли он причиной, по которой Тиллия велела мне держаться подальше от посторонних глаз? Почему? Мне нужен был здесь Завьер, чтобы представить меня или что-то в этом роде?

Я придвинулась ближе к краю дерева, чтобы лучше видеть.

Туранские рейнджеры свирепо смотрели на солдат Рэмзи. Солдаты свирепо смотрели на туранских рейнджеров. Казалось, ни одной живой душе не было дела до того, что происходило за пределами общего пространства. Никто не взглянул в мою сторону.

Рэмзи остановился рядом с Тиллией, его лошадь подняла хвост, чтобы плюхнуть кучу дымящегося дерьма на том самом месте, где несколько минут назад играли дети.

Тиллия склонила голову и опустилась на колено.

— Встань, — раздался низкий голос Рэмзи. Это напомнило мне о моем собственном отце. Оба они были мужчинами, которые всю жизнь подчеркивали свое превосходство каждым словом.

Она повиновалась, взяла его протянутую руку и поцеловала кольцо с печаткой на его среднем пальце.

Возможно, я не смогу разглядеть это кольцо, но готова поспорить на все золото моего отца, что это был тот самый серебряный волк, который был на солдатах.

— Я так понимаю, моего сына здесь нет, — сказал Рэмзи. Даже с расстояния в тридцать футов его голос был ясным и четким, с оттенком скрытого превосходства. Он говорил поверх ее головы, обращаясь к деревьям. Как будто он думал, что Завьер, как и я, прячется за деревом.

Тиллия покачала головой.

Завьер должен был быть здесь? Он избегал меня и своего отца?

Король жил в Аллесарии. Если Завьер не возьмет меня в столицу, то король возьмет? Был только один способ выяснить

это.

С сердцем, подступающим к горлу, я оттолкнулась от дерева и расправила плечи. Я уже собиралась перешагнуть через ствол, когда чья-то рука коснулась моего плеча.

Я подпрыгнула и прикрыла рот рукой, чтобы заглушить вскрик.

Кэтлин стояла у меня за спиной, качая головой. Она подкралась ко мне незаметно, даже не хрустнув веткой и не шурша сосновыми иголками.

— Не надо, — прошептала она.

Я могла бы проигнорировать ее, если бы не серьезность в карих глазах женщины. Поэтому я кивнула и прислонилась спиной к дереву.

Она прижалась ко мне, и мы обе уставились на солдат.

Король все еще разговаривал с Тиллией, теперь тише, так что только она могла слышать.

С каждым словом ее плечи, казалось, опускались все ниже.

— Вперед. — После команды короля тишина исчезла. Лошади заржали, когда их всадники спешились. Зазвенел металл доспехов и клинков, когда люди Рэмзи рассыпались веером, распространяясь подобно пожару на каждое здание. Каждый домик на дереве.

— Что они такое…

— Тихо. — Кэтлин прижала палец к губам.

Вопросы позже. Поняла.

Из общинного центра донесся грохот. Как и со стороны библиотеки.

Кэтлин закрыла глаза, словно не могла смотреть на происходящее.

Бросив еще один взгляд украдкой, я поняла почему.

Солдаты бросали книги из дверного проема в общую кучу. Другой мужчина вышел из соседнего домика на дереве, держа в руке стопку детских книжек. Они были брошены в ту же кучу, прежде чем он развернулся на каблуках, вероятно, чтобы поискать другие домики на деревьях.

— Что они делают? — спросила я, понизив голос. — Почему они… — Печаль в ее взгляде была всем объяснением, в котором я нуждалась. — Они собираются их уничтожить.

Кэтлин с трудом сглотнула и кивнула.

— Почему? — Это были просто книги.

Она стиснула зубы и ничего не сказала.

Солдат достал кусок кремня и чиркнул им по ножу, отчего на кучу посыпались искры. Пожар вспыхнул мгновенно, и пока он разгорался, солдаты, совершавшие набеги на домики на деревьях, продолжали подбрасывать свои находки в огонь, а Рэмзи наблюдал за этим.

Воздух наполнился горьким запахом дыма. Когда пламя разгорелось по-настоящему, когда уже нельзя было спасти ни одной книги, король натянул поводья своего жеребца, и солдаты исчезли так же быстро, как и появились.

Костер разгорелся, в воздух взметнулись искры.

В общинном центре не было ни души. Все рейнджеры стояли у костра, наблюдая, пока пламя не начало угасать, чтобы оно не распространилось дальше. Пока от библиотеки Кэтлин не осталась лишь дымящаяся кучка белого пепла.

— Мне жаль, — прошептала я.