Сценарист
Шрифт:
Взрыв был настолько мощным, что в течение нескольких секунд небо осветилось ярким светом, и тьма рассеялась на многие километры вокруг. Громкий рев и звук грома смешались в ужасающую симфонию, которая наполнила воздух. Здание превратилось в кипящую массу огня и дыма, а частички разрушенных материалов взметнулись в воздух, создавая страшный шум.
Когда взрыв прошел, в центре разрушенного здания образовалась огромная воронка, напоминающая остатки гигантского кратера. Множество человеческих жизней были унесены в этом безумном акте насилия, и несколько домов на соседних улицах тоже были повреждены.
Сиэль лежала на холодном
Её платье было потрёпано, словно она побывала в самой гуще битвы, а на теле было несколько травм и кровоподтеков. Кровь текла из её лба, и она почувствовала, как она покрывается холодным потом. Она попыталась встать, но её ноги не послушались её, и она упала обратно на землю.
Взглянув вперёд, где, буквально, минуту назад было большое здание, она увидела, что теперь на его месте, практически, ничего нет, кроме горящих обломков. На неё нахлынул невиданный ранее ужас, а из уст донёсся только отчаянный крик:
— Син?... СИН! — прокричала она, осознавая, что парень, скорее всего, был в здании в момент взрыва.
Глава 37. Последний шаг к свободе. Часть 2.
Кошка наблюдала за горящими обломками с невиданной ранее болью в глазах, а внутри неё бушевал праведный гнев, готовый вырваться наружу в самый ближайшие момент. Она скрежетала зубами, стонала от боли, но всё ещё пыталась подняться на ноги, дабы сделать хоть что-то, но ничего не получалось. Раз за разом она вновь падала на холодный асфальт с болью в бедре, но каждый раз она продолжала подниматься, пытаясь вытерпеть всё, что ей мешало.
Как итог, на ноги встать она всё же смогла, хоть это и стоило ей больших трудов. Теперь она наблюдала за ужасающей картиной в живую: большое количество сгоревших трупов людей, что совсем недавно были живы, множество криков, которые молили о помощи, множество разрушенных судеб, уничтожить которые этой ночью решил Вильям. Внутри Сиэль пылала ярость — ярость на человека, что всё это устроил, и прямо сейчас она хотела свести с ним счёты.
Она попыталась оглядеться, но ничего странного и примечательного не видела: ни знакомых силуэтов, ни машин, ни чего-либо ещё. Ничего. Это было самым ужасным для девушки, ибо это означало, что Вильям может вновь скрыться от её взора, спрятавшись в новом месте, которое уже она найти не сможет. Этот человек вновь всех переиграл. Он вновь оказался победителем, и Сиэль корила себя за то, что вновь оказалась жертвой, а не охотником, коим она сегодня хотела быть.
— Син? Ты слышишь… меня? — спрашивала она, тыкая пальцем в наушник. — Пожалуйста… пожалуйста, ответь. — тихим голосом просила она, но ответа так и не было.
Кошка медленно направилась в сторону остатков разрушенного здания, остервенело шагая по обломкам и подавляя боль в своём теле. Её мрачный силуэт пробивался сквозь пелену дыма и пепла, словно призрак, пришедший наказать своего обидчика.
Сиэль
Она облегчённо выдохнула через боль и слёзы. Её глаза уже не горели яростью, а были лишь отражением пустоты и горечи. Она попыталась ещё раз связаться с Сином, но в ответ осталась только тишина. Её последняя нить надежды была перерезана, и теперь она была полностью одинока в своём отчаянии.
Сиэль остановилась на мгновение, смотря на горящие обломки вокруг неё. Они были свидетелями её поражения, монументами того, как беспощадная реальность разрушает мечты и жизни. Горькая ирония заключалась в том, что она сама стала частью этого разрушения.
Однако, в этот же момент краем глаза она заметила странный автомобиль, что проехал по дороге, на которую её выбросило взрывом. Разумеется, это могла быть самая обычная машина, хозяин которой просто свернул не туда, но было одно главное «но» — сквозь прозрачное стекло водительской двери она увидела лицо Вильяма, которое прямо сейчас было в весёлом настроении, если судить по улыбке. Девушка тут же поднялась на ноги и стала собираться силами, ибо, если прямо сейчас она упустит его, есть шанс, что они больше не встретятся.
«Ты заплатишь за всё, Вильям. Я не позволю тебе сбежать!» — решительно произнесла Сиэль в своих мыслях, после чего, несмотря на адскую боль в бедре, она побежала за машиной в надежде догнать свою цель.
Сиэль впала в состояние чистой адреналиновой ярости. Её больше не останавливало ничто. Сорвав с себя платье, она осталась лишь в коротких чёрных шортах и таком же чёрном топике, которые всё это время были скрыты под платьем. Затем, она сбросила с себя туфли с каблуками, после чего тут же рванула вперёд, ступая на землю босыми ногами. Она прыгала через разрушенные стены, ловко перебегала через автомобили и поднималась на крыши зданий. Ночной город окутывал её вихрем звуков, света и движения.
Вильям, понимая, что его преследуют, надавил сильнее на газ и пустился в безумную гонку сквозь нью-йоркские улицы. Машина рвалась вперёд, разрывая тишину ночи и оставляя позади беспомощную Сиэль. Но она не сдавалась. Она бежала во всю мочь, преследуя свою жертву с заветной надеждой на справедливость.
Огни города мигали перед её глазами, уличные фонари освещали её путь. Крыши зданий становились её мостиками к достижению цели, и она бесстрашно перебегала через пропасти между ними. Сиэль не была больше просто девушкой, она стала самым настоящим гонщиком, стремительным и неудержимым, способным сделать невозможное — догнать автомобиль, несущийся на полной скорости, при помощи лишь обычного бега.