Сатанинский дар

Якимов Сергей Сергеевич

– У него явный прогресс, если он подолгу разговаривал с тобой, – заметил Андрей.

– Почему подолгу? Ну, правда, недели две назад он пригласил меня на Лисье озеро и нарисовал там мой портрет.

«Он никогда не рисовал ничьих портретов», – подумал Андрей.

– Странно, он никогда не упоминал о тебе, – продолжила Ольга.

«Еще бы, разве будет он рассказывать о своем потенциальном сопернике! Он ведь влюбился в тебя, Оля, точно так же, как и я! И он не хотел упоминать обо мне, чтобы ты вдруг не заинтересовалась Андреем Ковалевым – известным писателем

и сценаристом, и к тому же молодым и чертовски (какой я все-таки скромный!) привлекательным парнем. Тебя, Игорь, понять можно. Ты боялся, что рядом со мной станешь для нее инвалидом, которого нужно жалеть, а не любить. Ты боялся, что при моем появлении, она тут же забудет о тебе. Но ты ошибся! Ты недооценил ее! А вот, что мне делать, когда ты, дружище, отыщешься? Я ведь не хочу терять ни ее, ни тебя…»

Андрей встряхнул головой.

– Ты чего? – удивилась Ольга.

– Да так, разгоняю мысли.

Войдя в дом Игоря, Ольга остановилась на пороге и присвистнула от удивления. Андрей был просто очарован.

– Ой, извини! – замялась девушка. – Но это одна большая комната?!

– Нет, это дом без перегородок.

Андрей вспомнил, зачем они сюда приехали, и поспешил к огромному столу у окна.

– Вот его последние работы: обложки, рисунок к первой и второй частям, вот неоконченный рисунок. Раненный полицейский догоняет преступника – просто две фигуры, а фона еще нет. Фоном должен служить лес…

– Откуда ты знаешь, книга ведь еще не издана?

– Но Игорю ведь прислали из издательства текст, и я посмотрел третью часть. Она начинается с этого эпизода. Теперь нам нужны наброски.

Андрей открыл верхний ящик, где раньше видел папку с ними, и выложил на стол. Здесь были наброски обложки, рисунков к частям книги, а также какие-то старые рисунки Андрей определил, как черновые варианты обложек предыдущих заказов издательств. Он стал рыться в ящике дальше, а Ольга с интересом рассматривала рисунки Игоря.

– Посмотри, – сказала она, – мне кажется, ты спешишь.

Андрей взял протянутый лист. Это был набросок к третьей части. Те же две фигуры, правда, изображенные более условно, и две надписи. Первая: «Фон – лес». Вторая: «Лисье озеро, заливчик, к югу от пляжей».

Мысль Андрея заработала, выстраивая всяческие догадки. Игорь, видимо, решил не придумывать пейзаж. Может быть, он бывал на этом заливчике, и вид его как нельзя лучше подходил к рисунку. Он едет туда, чтобы освежить память или сфотографировать, и замечает там что-то. Это что-то не дает ему покоя до самого момента исчезновения.

Странно, подумал Андрей, если он стал свидетелем какого-то преступления, то не стал бы держать его в секрете от милиции, и тем более не стал бы строить из себя героя, пытаясь в одиночку что-то выяснить.

Что же он тогда видел? Где он оказался не вовремя? Или просто несчастный случай? Вряд ли, Игорь очень аккуратен в этом отношении.

И тут Андрея осенило, правда, совсем по-другому поводу.

– Мы здесь ничего не найдем! – уверенно сказал он. – Все рисунки и фотографии, если они,

конечно, есть, в пропавшей машине Игоря. Предлагаю поиграть в детективов и отправиться найти этот заливчик.

– Ты бросаешься от одного к другому. Может стоит еще поискать тут? Ночью ведь пытались проникнуть сюда.

– Больше набросков нет. По завершении работы он их всегда выбрасывал, нужные же держал все вместе.

Андрей поразмыслил и понял, что она права.

Слишком уж много версий происшедшего можно было придумать и поэтому надо не спешить и ничего не упускать из виду.

– Тогда отложим ненадолго поездку к озеру.

– Соседи ничего не видели и не слышали, – сообщил сержант Фокин.

Он старался не смотреть на расплывшееся на постели пятно крови и на багровую дорожку, ведущую из спальни к прихожей, к месту, где наши Светлану Лановую.

– Он убил ее здесь, а потом стащил вниз? – спросил Фокин.

Он впервые оказался в доме с того момента, как стало известно об убийстве. Пока двое экспертов работали внутри, он опрашивал соседей.

– Нет, – ответил лейтенант Ващук, – он нанес ей удар ножом тут и, видимо, думая, что она мертва, ушел. Она же проползла в прихожую… – Ващук указал на кровавую дорожку, уходящую из спальни.

Фокин бросил на нее взгляд и тут же отвел глаза. Он думал, что у него крепкие нервы. Когда был этот несчастный случай два года назад, вид крови не заставил похолодеть всё у него внутри. Теперь же у него шумело в ушах, голова потяжелела, а в горле застрял неприятный комок. «Всё дело не в крови, – подумал Борис, – а в убийстве. Здесь пахнет смертью».

Видя состояние сержанта, Ващук спросил:

– Что-нибудь еще, Боря?

– Да, там внизу Ковров. Он говорит, что Ковалев поехал в кафе завтракать, и теперь ждет дальнейших указаний.

– Пусть едет в участок, там ведь никого, но перед этим пусть обязательно найдет Ковалева. Я хочу с ним поговорить.

– Привезти Ковалева сюда? – удивился Фокин.

– Существуют рации и телефоны, Боря. А теперь иди. Будь во дворе. Сейчас эксперты освободят охотничий нож – орудие убийства, и ты снова обойдешь соседей.

Сержант поспешил уйти, обходя пятна крови на полу. Ващук же подошел к раскрытому окну и выглянул в него, закрыв глаза и подставив лицо свежему ветерку.

– Лейтенант, у нас новости, – услышал он голос за своей спиной и, обернувшись, увидел одного из экспертов.

В руках тот держал полиэтиленовый пакет, в котором лежал большой охотничий нож.

– Мы сняли с него отпечатки и переслали в управление области. Там на них ничего нет.

– То есть убийца не имел неприятностей с законом в пределах области, – вслух размышлял Ващук.

– Нам кажется, он не профессионал, – продолжал эксперт, – его отпечатки повсюду: на рукоятке ножа, на входной двери, на двери в спальню, на поверхности стола в гостиной он оставил пятерню.

– Маньяк?

– Мы хотели сделать запрос в федеральную базу и по психлечебницам, но что-то со связью. Не можем связаться даже с Процевском.