Сатанинский дар
Шрифт:
– Урод! – процедил сквозь зубы Кочерга.
Он не знает, с кем связался! Да, лейтенант сегодня утром пропесочил им мозги, но только безрезультатно. Никакая защита не поможет Ковалеву избежать возмездия. Так, как он обошелся с ними в кафе, не смеет вести себя никто.
– Я недооценил тебя, писака! – неслышно, одними губами произнес он. – Постоять за себя ты умеешь, но только в следующий раз играть будем по моим правилам. То есть никаких правил не будет вообще! А потом мы поговорим и с тобой, старик Хомич, чтобы ты больше не вмешивался, когда
– Ты чего там бормочешь? – спросил Болт, но тут же забыл про свой вопрос, увидев темно-серую «шестерку» с тонированными стеклами, медленно приближающуюся к ним. – Это еще кто? – произнес он грубовато, как говорил всегда.
Машина остановилась прямо напротив них.
Кочерга слез с бочки, разглядывая ее. Стекло на водительской дверце опустилось, и в окне показалось улыбающееся лицо:
– Привет, парни! Скучаем?
– Опаньки!!! – воскликнул Болт, сразу же узнав говорившего. – Это что, твоя тачка?
– Нравится? Пивка не хотите?
Кочерга и Болт только удивленно заморгали в ответ, а из машины выбрался невысокий парень с ничем не примечательной внешностью. В глаза бросалась разве что копна рыжих волос, многочисленные веснушки на лице, да заметный синяк на лбу. В руке он держал упаковку из шести банок. Вытащив две, протянул их со словами:
– Налетай, парни!
– А чего это ты вдруг? – настороженно спросил Кочерга, но пиво взял.
– Соображаешь, – улыбаясь, проговорил рыжеволосый парень. – У меня для вас есть приятная, непыльная и хорошо оплачиваемая работенка.
– Почему именно для нас? – спросил Кочерга, осушив одним залпом полбанки.
– Имя Андрея Ковалева вам ничего не говорит?
Болт даже поперхнулся, забрызгав пеной свою куртку.
– Допустим, говорит, – ответил Кочерга.
– Его нужно припугнуть, – напрямую сказал рыжеволосый.
– Приятная работенка! – физиономия Болта расплылась в улыбке.
– Здесь упоминалась оплата? – полюбопытствовал Кочерга.
– Вы ведь сделаете это задаром, – загадочно произнес рыжеволосый парень.
Кочерга отбросил пустую банку, пристально разглядывая его. Припугнуть Ковалева…
– Хорошо бы сочетать приятное с полезным.
Парень полез в карман и извлек оттуда пять хрустящих купюр.
– Пятьсот «зеленых»?! – изумился Болт.
– После получите в два раза больше. Но при условии, что хорошо его припугнете.
Парень поставил упаковку с пивом на бочку, на нее положил деньги и вернулся в машину. «Шестерка» тронулась с места, Кочерга и Болт проводили ее долгими взглядами.
– Откуда у него такие бабки? – спросил Кочерга.
– Неважно! Полторы штуки – вот что важно!!! Полторы штуки за то, что мы бы сделали скоро сами и за бесплатно! Поехали найдем этого вундеркинда!
Кочерга медлил.
Странно всё это, очень странно…
Но колебания длились несколько секунд, их развеяло, словно ветер разгоняет утренний туман.
Прихватив упаковку с пивом и купюры, двое дружков вскочили на свои мопеды, и их стальные кони, выбросив
Глава 14
Отец Никитий жил в скромном одноэтажном доме из белого кирпича. Окно на фасаде было задернуто неплотно и, проходя мимо, лейтенант Ващук заглянул внутрь, однако ничего существенного не обнаружил. Они остановились перед дверью, и Ващук позвонил. Сержант Фокин оглянулся вокруг и махнул рукой двум любопытным, остановившимся на улице, чтобы они проходили мимо. Эксперт рассматривал дверную ручку с мыслью, не взять ли отпечатки с нее.
– Никого, – подытожил Фокин через минуту.
– Я обойду дом, может, есть открытое окно, – с этими словами Ващук скрылся за углом.
Долго искать не пришлось. Форточка на кухне была приоткрыта и, просунув в нее руку, Ващук смог дотянуться до шпингалета и распахнуть окно. Оказавшись в небольшой чистой кухне, он на всякий случай, достал пистолет и вышел в узкий коридор, из которого попал в просторный из-за полного отсутствия мебели холл. На стене висел календарь, изображавший какой-то церковный сюжет. Двигающийся красный квадратик не был переставлен на сегодняшнюю дату и всё еще стоял на вчерашнем дне. У Ващука дома имелся подобный календарь, и он забывал переставлять этот квадратик в выходные и в дни, когда по утрам случалось что-то важное, непредвиденное, поглощавшее всё внимание. Сегодня, например, он, как и отец Никитий, квадратик не передвинул…
Что же случилось у отца Никития?
Заглянув в гостиную и, убедившись, что там никого нет, лейтенант открыл входную дверь и впустил в дом Фокина и эксперта.
– Найдите отпечатки, – сказал он последнему, – а мы пока осмотрим дом. Похоже, священник его покинул.
– Неужели это он? – шепотом спросил сержант.
– Скоро узнаем.
Первым делом они внимательно осмотрели весь дом. Везде царил полный порядок, да и сохранить его было не так уж сложно. Никитий жил скромно, в доме было немного мебели и ковров, вообще отсутствовали какие-либо безделушки и декоративные украшения. Милиционеры не увидели ни видеосистемы, ни магнитофона, только старое радио на кухне и небольшой телевизор в гостиной.
– Остались подвал и чердак, – подытожил Ващук, – начнем сверху.
Опустив раскладную лестницу, лейтенант первым поднялся по ней и толкнул крышку люка. Она со скрипом приподнялась. Наполовину приоткрыв ее, лейтенант оглядел полутемное помещение, мрак которого рассеивал свет, струившийся в узкое окошечко. Ладонь Ващуку, сжимавшая рукоять пистолета, вспотела. Не то, чтобы он боялся, что кто-то набросится на него сзади, из закрывшего крышкой люка пространства. Просто нервы его были напряжены, то и дело перед глазами вставали залитые кровью стены в доме Лановых и эта кровавая дорожка из спальни в прихожую. К тому же этот воздух, в котором смешались запах сырости и пыли, навевал воспоминания о привидениях, демонах… маньяках.