Сарай
Шрифт:
Я вздохнул. Пора было посвящать его в суть, хотя бы частично. Он это заслужил.
— Неправильно, Слав, — сказал я медленно, собирая мысли. — Бросать столь технологичные и ценные корабли — преступная расточительность. Да, они чужие. Но ключ к ним у нас теперь есть. — Я ткнул пальцем себе в висок. — Эти вычислительные кластеры с развёрнутыми на них искинами — не просто мозги. Это… поддельные адмиралы. С их помощью я планирую получить полный контроль над флотами Империи Зудо. Для своих, конечно, корыстных целей.
Слава внимательно
— Эти искины должны вживиться в системы флагманов, признать себя командующими. А дальше… они проведут ревизию. Сами, своими силами. Определят, что из их флота можно починить, что разобрать на запчасти, а что выбросить. А потом… потом они покинут Омегу-9.
— Куда? — спросил Слава, наконец проглотив.
— В удалённые, незаселённые звёздные системы. Туда, где их никто не найдёт. На просторе.
— Зачем? — в его голосе прозвучало искреннее непонимание. — Чтобы они там просто болтались? Тратили ресурсы?
Я ухмыльнулся. Вот мы и подошли к самому интересному.
— А вот для этого и нужно, чтобы они были на просторе, Слав. У меня есть… сведения. Очень обрывочные, из тех самых «воспоминаний». О некоторых технологиях Империи Зудо. Их флоты — они не просто воюют. Они… живут. Развиваются. Самовосстанавливаются. И даже… укрепляются.
Слава перестал жевать.
— Есть информация, — продолжил я, понизив голос, хотя кроме нас в кабине никого не было, — что в составе их флотов, среди кораблей сопровождения, есть нечто вроде мобильных верфей. И не только. Добывающие комплексы. Перерабатывающие заводы полного цикла. Они могут обеспечить флот всем необходимым, добывая ресурсы прямо на ходу — на планетах, в астероидных поясах, даже… ловя кометы и выцеживая из них нужные элементы.
Я увидел, как в глазах Славы загорается не просто интерес, а азарт первооткрывателя.
— Попробую объяснить на земном примере, — сказал я. — Флоты Зудо… они как огромные стаи саранчи. Летают по галактике, по системам, потребляют ресурсы и готовятся выполнить миссию, которую поставил им их Император. Но! — я поднял палец. — Сейчас, при условии, что эти флоты будут подчиняться мне и будут отрезаны от контроля этого самого Императора… всё изменится. Потому что Император, судя по всему, специальным образом контролирует и ограничивает рост. Количество кораблей в конкретном флоте. Даже… количество боевых особей — там, где они есть.
Я сделал паузу, давая ему вдуматься. Потом наклонился ближе, и на моём лице появилась та самая хитрая, почти безумная улыбка, которую я старался обычно скрывать.
— А представь, Слав… если убрать эти ограничители? Если дать этим «стаям саранчи»… неограниченный ресурс? И руководство, которое не будет их сдерживать, а наоборот — поощрять рост?
Слава замер. Его лицо стало совершенно неподвижным. Он не задумался —
— Ты хочешь сказать… — он начал медленно, словно проверяя каждый слог. — Что эти два дредноута… они могут… размножаться? Строить себе новые корабли?
— Не просто могут, — прошептал я, и в голосе зазвучала неподдельная, жадная надежда. — Это их естественный цикл. Они должны. И я, с помощью их же технологий… смогу создать флоты. Флотилии. Целые армады невообразимых размеров. Которые будут подчинены только мне. И которые будут расти, как раковая опухоль, поглощая безжизненные планеты и астероидные поля. И тогда, Слав… тогда никто. Никто и никогда не сможет даже подумать об угрозе Плацдарму. И… конкретно, Земле.
Тишина в кабине стала звонкой. Слава смотрел на меня широко раскрытыми глазами. В них читался не страх, а шок от осознания размаха.
И в этот момент на центральном экране мостика, словно подтверждая наши безумные планы, подсветился новый силуэт. Угрюмый, тяжёлый, весь в рубцах и вмятинах. «Неумолимый Мандриб». Второй спящий король.
— Тёма! Действуем, как в прошлый раз. Найди место для стыковки. И… пожалуйста, действуй аккуратно. Со мной, и с кораблём. Нам нужен он целым.
«Принято, Артём. Сканирую корпус на предмет подходящего разлома. Курс коррекции. Готовлю протоколы стыковки.»
Мы снова летели навстречу чуду и ужасу. Но на этот раз мы знали, зачем. И масштаб конечной цели заставлял забыть о страхе. Мы шли не просто оживлять корабли. Мы шли запускать механизм, который, возможно, изменит баланс сил во всём секторе. А может, и не только в нём.
Поначалу мне показалось, что на этот раз у нас всё получится быстрее и проще. Во-первых, опыт уже был. Во-вторых, Тёма нашёл для «Стрижа» идеальный «причал» — огромную, аккуратную пробоину в районе бывшего ангара истребителей «Неумолимого Мандриба», куда наш транспорт вписался, как влитой. Выход на палубу корабля через этот пролом казался почти удобным.
Но это было только на первый взгляд. Дальше всё оказалось сложнее и затратнее по времени.
«Мандриб», в отличие от «Улья», предпочитал не скорость, а броню и живучесть. Удар, который вывел его из строя, пришёлся, судя по всему, в самое сердце, и волна разрушения прошла по всем внутренним отсекам. Коридоры были не просто завалены — они были смяты. Силовые переборки толщиной в метр вдавились внутрь, словно их раздавила ладонь гиганта. Нашим дройдам пришлось не просто отбрасывать мусор, а в буквальном смысле резать и выжигать проход в этой металлической свалке. Плазменные резаки работали почти без перерыва, вырезая куски искорёженного металла размером с автомобиль. Мы со Славой, используя усилители скафандров, активно участвовали в процессе: подхватывали вырезанные дройдами плиты и оттаскивали их в сторону, чтобы расчистить хоть какой-то просвет.