Сахара
Шрифт:
— Я не Аска, — прошипела Ксюша, пытаясь незаметно пощупать лицо.
— М-да… И кто же ты тогда? — недовольно буркнул блондин.
— Сахара, — в тон ему отозвалась девушка.
— И давно у тебя эти припадки Са-ха-ра? — издевательски растягивая имя произнес мужчина.
— Сегодня впервые.
Он внимательным взглядом окинул ее с ног до головы.
— Ладно, Сахара, — поморщившись, процедил он, — меня можешь звать Изгой. Нам надо уходить, место тут совсем нехорошее. Ты из Ирокеза или Рубежа?
Ксюша встала, отряхивая одежду. Говорить откуда
— А тебе не все равно?
— Я бы мог тебя проводить. Прости, что так вышло…
— Так вышло?! — жгучая обида заклокотала в горле. Чужие мысли накрепко сплавились с собственными воспоминаниями — Ты! Это ты виноват! Это из-за тебя все так вышло! И после всего, ты ее ненавидишь?
Мужчина потупил взор, невольно сжав кулаки.
— Что ты можешь знать обо мне, если ты не она?
— Я? — девушка покраснела, окончательно придя в себя. Она не хотела рассказывать о своем даре… И вот так просто, все выложила… — я иногда могу видеть прошлое… Не все… Какие-то моменты.
— Тогда, ты должна была видеть, что я искупил свою вину сполна. Идем, тут не стоит задерживаться.
Сначала, Ксюша, хотела демонстративно усесться на землю, раскрыв карту, но… Но сил храбриться в одиночестве не осталось, а он… Он просто был.
Она так сильно задумалась, что мужчина успел удалиться на достаточное расстояние. Ксюша, бросилась вдогонку, но уже на третьем шаге оступилась, застонав.
— Подожди, постой.
Мужчина вздрогнул, остановившись.
— А куда мы? — осторожно поинтересовалась она, доковыляв.
— Это место называют глоткой дьявола. Девятка основной своей частью плотно примыкает к горам, за исключением хвоста. Мы сейчас, как раз, между ним и горами. Тут одна дорога через Первомай мимо Шервуда.
Ясности такое объяснение не добавило, а скорее наоборот.
— А почему не тоннелями через горы?
— Там, — он неопределенно махнул себе за спину, — пещеры облагорожены, экскурсии, подсветка все дела. В этом месте без особой надобности и так лучше в систему не соваться. Тем более сейчас…
Они спустились в долину, густо заросшую кустарниками, меж которых, стелилась ровная, асфальтированная дорога. Вдали высился смешенный лес.
— Первомай — это деревня?
— Поселок городского типа. Домов пятнадцать.
Мужчина, не таясь шагал по краю обочины. Ксюша украдкой поглядывали на него, пытаясь разложить по полочкам все произошедшее. Изгой, молчал, всматриваясь в даль.
Хорошие поступки, плохие люди никогда не бывают однозначными… Тем более тут. В жизни Изгоя хватало всякого. Но не это было важным, девушка вздохнула, смакуя чужое прошлое: «Залитый солнцем луг, двое сидят на бревне в окружении ромашек, уплетая сгущенку прямо из банки. Одна ложка на двоих и один батон хлеба. Они смеются, обсуждая новый маршрут. Смеются в этом проклятом мире, не надсадно с издевкой, а просто от души…».
— Сюда, — мужчина сошел с дороги, направившись в придорожные кусты.
Девушка без раздумий поплелась за широкой
Продравшись через густую листву сирени, они углубились в лес.
Спустя минут пять вынырнув на выжженную поляну, Ксюша остолбенела от увиденного. В обрамлении корявых елей возвышались шесть деревянных крестов. Темные, железные штыри с остатками мяса, кровавые разводы, клоки разодранной одежды на черном выжженном насте. У центрального в ошметках растерзанного ватника кусок черепа с клоком длинных, черных колос.
Ксюша попятилась, столкнувшись с шершавым стволом. Девушка на автомате приобняла пахнущее хвоей и смолой дерево, пытаясь унять бешено клокочущее сердце. Эта ель успела застать и разрушительный огонь, выжигающий поляну и десятки пленных, брошенных под ней в ожидании своей незавидной участи, и его… Белобрысого мужчину примотали к стволу колючей проволокой. Он стоял практически не шевелясь, чуть глубже вдохнуть и металлические шипы впиваются в тело, уходя все глубже. Кровь неспешно вытекает из колотых ран. А рядом стоит она, безразлично смотря прямо в глаза.
— Что с тобой? Эй, ты меня слышишь? — обеспокоенный голос вывел из оцепенения.
— Да… Да, — Ксюша, будто ошпарившись отшатнулась от дерева, прижав руки к груди, — зачем мы здесь?
— Ну… В отличии от встреченных тобой пустышей, местные обувь не едят.
Мужчина отошел к противоположному краю поляны, что-то высматривая в траве.
— Что это за место?
— Жертвенник килдов, — мужчина поморщился, — у тебя какой размер обуви тридцать семь — тридцать восемь?
— Тридцать семь. Тут много зараженных?
— Сейчас нет. Все твари без исключения перед перезагрузкой уходят. Только не обольщайся, это не на долго. Как только перезагрузка закончится, они ломануться обратно.
— Легкая добыча, — покивала девушка, каким-то своим мыслям.
— Да. Если повезет — проскочим.
Он выпрямился, неся в руках пару пожеванных, бирюзовых балеток.
— Переобувайся. До Первомая дотянешь, а там найдем что-нибудь получше.
Глава 13
Возвращение в лагерь не вызвало привычной радости. Оно скорее угнетало, все время приводя к ненужным вопросам. "Всё ли они сделали, чтобы вернуть девчонку?". Задание изначально было провальным, но от этого легче не становилось. Паяц, сидел на широком подоконнике, скучая, следя за передвижениями Штирлица.
— А, что это у нас патрули увеличились? — спросил он, просто так, чтобы закончить бессмысленные препирательства на тему девчонки.
— Рус, с твоей знакомой успел столкнуться, до того, как она сбежала, — глава стаба поморщился, как от зубной боли, — Не знаю, что она ему наговорила, но охрану Северо-Восточного периметра он решительно увеличил. И вот, вчера, какие-то смертники в зеленке пол ночи копошились. Половину гостинцев обезвредить успели, пока Зика по кустам шугать не начал.
— Подстрелил кого? — заинтересовался парень, пододвинувшись ближе.