Сахара
Шрифт:
Мужчина вошел, плюхнувшись в кресло на против, угрюма сверля взглядом хозяина кабинета.
— Привет. Что у тебя тут происходит, средь белого дня, платка сопливого не допросишься… — Скиф сжал окровавленные концы рукава. Кровь все еще не желала успокаиваться.
— А ты это что? Маникюр решил сделать? — мужчина порылся в столе, достав запакованный бинт, — посмотрел я пси-паспорт твоей девочки — очень интересный экземпляр.
— Об этом потом. Что у нас с Северными караванами?
— А что у нас с ними? — выгнул бровь мужчина лет сорока, сложив перед собой
— Я про амброзию. Не думаю, что такая интересная вещь прошла мимо твоего взгляда.
Ворон встал, прошелся по кабинету, поправляя всякие мелочи: книги, стопки документов, маленький серебряный крестик, притаившийся в углу, папки с отчетами. Достал из мини-бара еще один стакан, вернувшись к столу.
— Грядут новые времена, — хозяин кабинета щедро плеснул гостю виски, — только подумай, толпа беспрекословно подчиняющихся солдат, всегда в боевой готовности, не имеющих личного мнения и не стремящихся действовать в своих интересах. Каждое твое слово будет законом для них, — он посмотрел куда-то поверх головы гостя, — я устал от всех этих мелочных дрязг, от торгашей, которые, в конец уже обнаглели, — мужчина глотнул коньяка, поморщившись, — хотят транзиты через наш стаб делать без досмотров! И главное есть те в совете, кто на это согласен! Каток, так, вообще, чуть слюной тут все не забрызгал, когда я им отказал.
Скиф усмехнулся. Кому как не уме известно, что значит послушная марионетка. Люди, лишенные собственной воли, не ведающие страха… Только они были не способны верно оценивать ситуацию, и часто гибли за зря. Необходимости в подобной армии, Скиф, не видел. А главное ради чего? С торгашами, раньше, всегда можно было договориться, а совет присматривал себе, Ворон, сам.
— И все согласны с такими нововведениями? — вопросительно выгнул бровь мужчина.
Взгляд хозяина кабинета стал пристальным и тяжелым.
— С каких пор тебя стало интересовать мнение аутсайдеров?
"Аутсайдеров?" — Скиф залпом допил виски: "Ворон записал в аутсайдеры своих верных помощников и главу торгашей до кучи? Как интересно…".
— Твоя послушная армия будет не способна два плюс два сложить, без твоей подсказки. Рискну предположить, те провалы в памяти у начальника охраны подстанции — результат амброзии?
Ворон нахмурился, взглянув куда-то в сторону.
— Нет, исключено. При употреблении амброзии память не страдает, сознание фиксируется на определённом предмете или человеке, после чего сам вид данного объекта начинает приносить ощущение радости и счастья. Я все же склонен предполагать, что это проделки торговцев, уж слишком сильно появление конкурентов сказалось на их характере.
— Ага, и зачем это им? — покивал головой Скиф.
— Списали они наш стаб, — Ворон, сжал кулаки, чуть не плюнув на пол, — продали Мурам, козлы.
— Интересная версия, — хмыкнул Скиф, поднимаясь, — ее то мы и проверим, — побарабанил он пальцами по столу, — Штирлиц троих на это дело выделяет, из Ирокеза двое пойдут…
— И кого ты из наших хотел взять? — слегка успокоившись осведомился Ворон.
— Лютого и крапового.
— Хороший выбор, —
— Завтра, с утра.
***
Выдернув из норы последнего зараженного, Паяц, одобрительно хмыкнул. Работа заняла добрых три часа. Пустыш был мертв, и судя по практически отрезанной голове, девчонка прибывала в добром здравии.
— Я туда не полезу, — с ходу заявил Тесла, нервно вытирая о карманы руки.
Возвращаться ни с чем совершенно не хотелось. Но и лезть непонятно куда тоже желания не было.
— Кто-нибудь, карту тоннелей захватил? — в предгорье тянулся целый лабиринт. Паяц упрямо взглянул на Теслу — надо бы спуститься.
— Не пори горячку, Паяц. Там под землей обитает особая порода бегунов — мерзость еще та. У меня тут один знакомый обитает, знает эти пещеры как свои пять пальцев. Давай сначала к нему?
— Надежный хоть знакомый? — с сомненьем прищурился парень.
— Не переживай, просто так не кинет, — улыбнулся Спец, потирая руки.
— Ладно, идем.
***
Тусклый свет пробивался сквозь сомкнутые веки. Ксюша, попыталась встать и не смогла. Пока она валялась без сознания кто-то плотно связал ее по рукам и ногам.
— Очнулась, — недовольно буркнул голос чуть в стороне.
Ксюша изогнулась, пытаясь разглядеть сидящую в углу фигуру. Мужчина мерно прикладывался к железной фляжке, не сводя с девушки глаз. В его позе чувствовалось какое-то напряжение, не смотря на плавность движений.
— Что, Боги Улья отвернулись от своей верной слуги? — незнакомец потянулся, почесав заросшую густой щетиной щеку.
— Здравствуйте… — не нашлась, что ответить Ксюша.
— Здравствуйте? — громкий хохот разлился по небольшому гроту, — ты обещала убить меня, если я еще раз встану на твоем пути. Ну давай, я жду, — развел он руками.
Девушка округлила глаза, захлопав ресницами.
— Я вас первый раз вижу…
Мужчина подавился, закашляв. Резко встав, незнакомец в два шага преодолел разделявшее их расстояние. Он оказался высоким и широкоплечим, едва не чиркая лохматой головой о своды грота.
— Память отшибло? — он присел на корточки, наклонившись, — так я напомню…
Свет от налобного фонаря больно резанул глаза, ослепив на несколько невыносимо долгих мгновений. Мужчина сбросил плотную, темно-зеленую толстовку, медленно стянул футболку с эмблемой какой-то рок группы, обнажив покрытое шрамами тело.
— Вот это помнишь? — палец уперся в розовый, паукообразный шрам на совсем светлой коже, чуть выше правой ключицы, — а это?
По самой длинной линии рука спустилась до второго паука на груди.
— Вы меня с кем-то путаете… — жалобно пискнула Ксюша.
— Я твое поганое лицо, Аска, ни с кем не перепутаю, ни в этой жизни, ни в иной.
Где-то с боку, у едва заметного лаза, послышалось заинтересованное урчание.
Мужчина тихо буркнул нецензурное проклятие в адрес не прошенных гостей, развязав ноги пленнице. Быстро примотал веревку меж связанных рук, потянув на себя.