Сахара

Щербакова Надежда

Ксюша забуксовала ногами, кубарем скатившись на дно. Урчание подхватило еще несколько глоток. Девушка за озиралась в поисках выхода. Зараженный, в синей куртке, сделал шаг вперед, покатившись вниз, совершенно не заботясь о сохранении собственной шкуры. Справа, в самом конце, другое зрение выхватило узкий лаз, прикрытый валуном.

Ксюша со всех ног кинулась туда, слыша, как сваливаются на дно другие преследователи. Она, что есть сил навалилась на камень. Первый пустыш поднялся на ноги, глупо тряся головой. Камень дрогнул, открыв лаз размером чуть меньше, чем вход в собачью конуру. Девушка

скинула рюкзак, пинком отправив его в дыру. Тварь ускорилась. Трезубец принял на расширенные концы серую плоть, войдя в нее по самую рукоять. Ксюша ногой спихнула зараженного с зубцов бросившись в щель.

Узкий лаз поворачивал влево уходя вниз. На щиколотке сомкнулись сухие, шершавые, будто наждачная бумага, пальцы. Ксюша уперлась свободной ногой в потолок. Рюкзак с шорохом сполз куда-то вниз. Девушка изо всех сил рванула вперед, сбивая кожу рук о земляные стены. Что-то впилось в пятку кроссовки. Ксюша сделала еще один рывок, оставив пустышам прокушенный ботинок.

Горловина лаза становилась все уже. Сзади упорно урча, полз зараженный. Страх подступил к самому горлу. В кромешной тьме, постоянно чиркая макушкой об потолок, девушка боялась навсегда застрять в этой земляной норе. «Что, если лаз закончится тупиком» — постоянно крутилось в голове.

В этом месте еще никогда не бывал человек. Из года в год потоки воды, сходящие с гор, проточили множество ходов, но мог ли хоть один из них вывести на поверхность человека?

Ксюша боком протиснулась в щель, между двух каменных плит, ободрав поясницу об острый выступ.

Земляные своды неожиданно расступились, явив другому зрению продолговатый грот. Это было странное ощущение, Ксюша не видела ничего вокруг, но точно знала, что где находится. Камни когда-то бывшие потолком, и те, которые однажды станут полом, не просыхающая грязь в центре залы, капли стекающие по сталоктиту где-то справа… Девушка отползла в сторону, схватив вилы. За ней ползло неугомонное умертвие. Сколько их на самом деле там? Единственно верное решение — избавиться ото всех здесь и сейчас.

Зубцы проткнули шею мертвяка у самого основания. Пальцы монстра сомкнулись на щиколотке, потащив на себя. Ксюша повалилась на спину, больно ударившись копчиком. Пустыш захрипел. Нож без сожалений покинул ножны. Маленькие пальчики впились в жесткие волосы, приподнимая голову. Ксюша с отчаянным злорадством полоснула по горлу. Тварь задергалась, забулькала. Лезвие с садистским наслаждением разрезало плоть снова и снова.

Темнота, звук капающей воды где-то поблизости. Девушка оперлась на стенку грота, запрокинув голову. Черное, непроглядное пространство, тонны грунта сверху… Тихий скребущийся звук из той дырки, из которой она вылезла. Пальцы немеют… Совсем скоро начнется ломка…

«Вот тебе и возможность научиться пользоваться даром» — усмехнулась она, прикрыв глаза. «Имеет-ли смысл барахтаться дальше?» — Ксюша растерла начинающие ломить виски. Шорох стих, оставив мир в объятиях ватной тишины. Ей впервые в жизни захотелось напиться до синих чертиков. Забыться, убежать от этого мира… Она нашарила рюкзак, достав оттуда, подаренную Паяцем, бутылку Мартини.

***

— Вот скажи мне, Паяц, разве я похож на ищейку? — не унимался Тесла,

щуплый и невысокий мужчина с по лошадиному вытянутым лицом, — нет, ты ответь…

К тому моменту, как группа была готова выдвигаться, Скифа уже и след простыл. Штирлиц не говорил на прямую, что хочет оставить девчонку у себя, но что-то такое все время витало между строк, проскальзывало в задумчивом взгляде. Или он просто хотел так думать?

— Меньше знаешь — крепче спишь, — отозвался парень, влезая на громадную глыбу.

— Там что-то есть, — нахмурился Спец, махнув в сторону очередной промоины.

Паяц быстрым шагом направился в указанную сторону.

В яме заторможено покачивались чумазые пустоши. У двух из них виднелись открытые переломы, вполне свежего вида. Один, стоящий на небольшом отдалении, выделялся здоровенным красным пятном на куртке.

— Ну, что, можем считать свой долг выполненным? — подал голос молчаливый Вайс, потирая гладковыбритый подбородок.

— Нет. Надо спуститься, посмотреть, — Паяц достал болт, с тоской подумав о втором арбалете, что он подарил Сахаре.

— В пустую время потратим, — с сомнением покосился на яму Тесла, поправляя явно великоватый, военный бушлат.

Первый болт пробил голову ближайшего зараженного.

***

Бывший опорный пункт полиции хозяева Мирного использовали под собственные нужды. Бежевая краска стен слегка потрескалась по углам, но была бережно подкрашена, точно также как регулярно счищалась и закрашивалась ржавчина с железных дверей. В неприметном кабинете, Скифа, уже ждали. Худощавый брюнет протянул ему руку:

— Как съездил?

— Потом, — твердо отрезал Скиф, пожав сухую, теплую ладонь — что у нас тут?

— Начальник охраны и техник, работавший в ту смену.

— Что говорят?

— Валят друг на дружку, а сами как бы не при делах, — развел руками мужчина.

— А сам, что думаешь?

— Да какие из них диверсанты… — закатил он глаза, — Шпала до Улья электриком всю жизнь проработал, а Викинг только вступил на должность, там все раз тридцать перепроверено.

Скиф тяжело вздохнул, растерев переносицу.

— Давай их по одному.

И потянулись минуты придирчивого допроса. Раньше использование дара доставляло ему особое удовольствие, не легкое выманивание сокровенных мыслей, а ломающее психику давление. Он упивался властью, но все рано или поздно проходит… На смену головокружительному чувству собственного превосходства пришло равнодушие, вкус победы приобрел плотный цвет обыденности, череда испытаний сменилась ежедневными заботами о своем мирном курятнике. Казалось, он уже стал забывать, как это когда все кругом против тебя.

— Так ты говоришь, провел ночь у Скарлет, а с утра отправился на работу?

— Да.

Рыжеволосая бестия была даже не за цепкой, а скорее стопроцентным алиби, от нее вовремя еще никто не уходил. Стоило-ли дальше расспрашивать мужика, который, пришел на место уже после того, как все случилось? Время шло, а продвижений в деле так и не было…

— Хорошо, на сегодня все свободны, — Скиф повернулся к притаившемуся в угли писарю, — все записал?

Парень утвердительно кивнул.

— Потом с отчетами ко мне на стол.