Сабриэль
Шрифт:
— Отец сказал, что вы будете нас ждать и расскажете, где найти тело Керригора.
— Да, — ответили женщины. — На сегодня нам было позволено стать Клэйрами, потому что мы хорошо управляем Бумажными Крыльями…
— Райил — самый лучший пилот, — сказала одна из женщин, указывая на другую. — Но оттого, что понадобилось два Бумажных Крыла…
— Сэйнар тоже прибыла сюда, — закончила Райил, показывая на сестру.
— У нас мало времени, — сказали они одновременно. — Вы можете взять красно-золотое Бумажное Крыло. Мы покрасили его на прошлой неделе в
— Да, — сказала Сабриэль коротко.
— Его тело в Анселстьерре, — продолжали близнецы. — Но мы не можем видеть сквозь Стену и поэтому не знаем, как называется место, где оно находится. Мы его только покажем, а вы должны все запомнить.
— Да, — согласилась Сабриэль, чувствуя себя глупым учеником, которому надо ответить на вопрос, ответа на который он не знает.
Клэйры кивнули и снова заулыбались. У них были прекрасные белые зубы. Одна из сестер, возможно Райил — Сабриэль путала их, — вынула из рукава своей одежды бутылку из прозрачного зеленого стекла. Легкие всплески магии Хартии показали, что раньше бутылки там не было. Другая сестра достала из рукава длинную палочку слоновой кости.
— Готовы? — спросили они одновременно и ответили «да» прежде, чем Сабриэль успела открыть рот.
Райил вынула из бутылки пробку и одним быстрым движением вылила жидкость вдоль горизонтальной линии. Сэйнар так же быстро провела палочкой через проливающуюся жидкость — и она застыла, превратившись в прозрачный лед. Перед Сабриэль возникло замерзшее окно.
— Смотри, — скомандовали женщины, и Сэйнар постучала палочкой по ледяному окну. В окне возникли облака, затем летящий снег, мелькнула Стена — все это быстро проносилось перед глазами, как будто они смотрели из окна быстро едущей машины.
Перед ними был типичный сельский пейзаж Анселстьерры: обширные поля пшеницы, готовой к жатве, с трактором, остановившимся посреди поля, потому что тракторист разговаривал с человеком на повозке, запряженной двумя лошадьми.
Изображение приблизилось к беседующим людям, обогнуло их и устремилось на дорогу, ведущую вверх по холму, через небольшой лес к перекрестку, где дорога, усыпанная гравием, пересекалась с шоссе. Там стоял указатель «Уиверли — 2 мили», направляющий путешественников по главной дороге к деревне Уиверли.
Через несколько минут движение замедлилось, стали отчетливо видны кузница, библиотека, аккуратный дом констебля. Все это было хорошо знакомо Сабриэль, но она смотрела очень внимательно, потому что боялась, что следующий район Анселстьерры будет ей неизвестен.
Со скоростью пешехода они прошли через деревню и свернули на дорогу, ведущую к красивому лесистому холму под названием Докки Пойнт. На нем располагалась плантация пробковых деревьев и стояла квадратная пирамида из камней. Здесь картина изменилась, показались огромные серо-зеленые каменные плиты, тесно пригнанные друг к другу. Сабриэль вспомнила урок по местной истории. Этим плитам почти двести лет, и однажды она хотела пойти посмотреть на них, но что-то
И снова картина поменялась, будто стала показывать то, что находилось внутри, зигзагом двигаясь между швами, добираясь до темного помещения в самом центре пирамиды. На мгновение в окне стало совсем темно, и тут же все снова осветилось.
Под пирамидой стоял бронзовый саркофаг, его стенки были искорежены искаженными знаками Хартии. В саркофаге лежало живое тело с клубящейся над ним субстанцией Свободной магии.
Изображение приблизилось к лицу. Оно показалось Сабриэль очень знакомым. Человеческое лицо Рогира подтверждало, что у них с Тачстоуном была общая мать.
Сабриэль не могла оторвать взгляда, поражаясь этому сходству, но картина внезапно помутнела, все закрылось серой дымкой и льющейся водой. Смерть. Что-то огромное и чудовищное вынырнуло из-под воды, возникла бесформенная тень, в которой синим пламенем горели два глаза. Казалось, они видят Сабриэль сквозь окно, и две огромные руки манят ее к себе.
— Отпрыск Аборсена! — проскрипел Керригор. — Твоя кровь прольется на Камни…
Его руки будто коснулись ледяного окна, но внезапно лед треснул, и его осколки упали на траву.
— Ты видела, — вместе сказали Клэйры. И это не было вопросом.
Сабриэль кивнула, мысли ее все еще были заняты сходством Рогира с Тачстоуном. Где развилка их общей дорожки? Что преобразовало Рогира в Керригора?
— До прихода мусорщиков осталось четыре минуты, — объявила Сэйнар. — Мы поможем тебе уложить Короля в Бумажное Крыло.
— Да, пожалуйста, — ответила Сабриэль. Несмотря на ужасный вид духа Керригора, она уже думала о том, как найдет его тело в Анселстьерре. Найдет и уничтожит, а потом уж возьмется за его дух. Но сначала надо добраться до тела…
Близнецы подняли Тачстоуна. Он, вообще будучи тяжелым, сейчас, в мокрой одежде, весил еще больше. Но Клэйры, несмотря на воздушный облик, без труда справились со своим делом и положили Тачстоуна в Бумажное Крыло.
— Мы желаем тебе удачи, кузина, — сказали близнецы.
— Кузина? — пробормотала Сабриэль. — Мы родственники?
— Кровные родственники, мы все дети Великой Хартии, — добавили Клэйры. — Хотя наш клан уменьшается…
— А вы всегда знаете, что должно произойти? — спросила Сабриэль, пока сестры привязывали спящего Тачстоуна ремнями.
Обе женщины рассмеялись.
— Нет! Наша семья самая многочисленная, и дар поделен между многими. Мы видим на короткое время и по кусочкам: мелькнет — и исчезнет в тени. Когда очень нужно, вся семья собирается вместе, и наш взгляд усиливается, как, например, это было сегодня. Завтра мы вернемся к мечтам и сомнениям, не зная, где, когда и что мы наблюдаем. А теперь у нас осталось всего лишь две минуты…
Они по очереди обняли Сабриэль, удивив ее любовью и теплом этого порыва. Она тоже с радостью обняла их. Ее переполняло чувство благодарности. Со смертью отца она оказалась так одинока! Но теперь, когда она узнала о сестрах Клэйр, когда Тачстоун…