Сабриэль
Шрифт:
— Две минуты, — повторили женщины. Сабриэль быстро достала из своего рюкзака «Книгу Мертвых», две книги по магии Хартии и положила их на сиденье за спящим Тачстоуном. После секундного раздумья она надела клеенчатую рыбацкую куртку.
— Следующая остановка у Стены, — пробормотала Сабриэль, вскарабкиваясь в кабину и стараясь не думать о том, что может случиться, если им придется сесть в каком-нибудь незнакомом месте.
Клэйры уже были в своем серебристо-зеленом кораблике, и Сабриэль услышала, как они начали свистеть и магия Хартии устремилась в воздух. Девушка облизала губы, набрала
Сабриэль замолчала, отдышалась и погладила гладкую поверхность кораблика. В это время она вспомнила о первом Бумажном Крыле, упавшем и сгоревшем в глубине Хоулхаллоу.
— Надеюсь, что этот путь будет удачным, — прошептала она прежде, чем соединилась с Клэйрами в последнем свисте, в чистом ясном звуке магии Хартии, который поднял в воздух два Бумажных Крыла.
Через секунду кораблики взвились над разрушенным дворцом Билайзера, кругами поднимаясь все выше и выше в небо. Один, серебристо-зеленый, повернул на северо-запад. Другой, красно-золотой, — на юг.
— Что происходит? — пробормотал заплетающимся языком Тачстоун, которого разбудил свежий ветер.
— Мы летим через Стену в Анселстьерру, — крикнула Сабриэль. — Нам надо найти и уничтожить тело Керригора!
— Ох, — простонал Тачстоун. — Хорошо…
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
— Прошу прощения, сэр, — сказал солдат, отдавая честь у входа в офицерскую ванную. — Вас приветствует дежурный офицер. Вы можете выйти прямо сейчас?
Полковник Хоурайс вздохнул, положил бритву и вытер мыльную пену. Его регулярно прерывали утром во время бритья. Возможно, это был знак — надо отпускать усы.
— Что случилось? — безропотно спросил он. Что бы ни произошло, наверняка это что-нибудь нехорошее.
— Самолет, сэр, — последовал бесстрастный ответ.
— Из армейского штаба? Какое-то сообщение?
— Я не знаю, сэр. Он с другой стороны Стены.
— Что? — воскликнул Хоурайс. Он быстро схватил шлем и меч и кинулся к двери. — Это невозможно!
Но когда он добежал до первого наблюдательного поста, который находился в пятидесяти ярдах от Стены, он понял, что возможно. Уже темнело, день подходил к концу, но видимость еще была достаточной, чтобы заметить вдали, за Стеной, в Старим Королевстве, силуэт постепенно снижающегося летательного аппарата. Дежурный офицер наблюдал за ним в бинокль. Хоурайс на минуту задумался, вспоминая имя офицера, он был новеньким в гарнизоне Периметра, затем прикоснулся к его плечу.
— Джорберт, можно мне посмотреть?
— Это точно самолет, сэр, — отдавая бинокль, сказал офицер, — Абсолютно нелепый, но очень мощный. Очень маневренный и красиво раскрашенный. Там два человека, сэр.
Хоурайс ничего не ответил, взял бинокль и оперся локтями о песчаный бруствер. Он не сразу смог поймать самолет в окуляры бинокля, но наконец увидел его. Вот он, ниже, чем казалось полковнику, почти уже у самой земли.
— Внимание! Тревога! — резко сказал полковник. Его будто что-то ударило, когда он понял, что самолет приземляется в каких-нибудь ста ярдах от ворот.
Он слышал, как Джорберт повторил
Сначала было трудно разглядеть, кто сидит в самолете, но внезапно полковник узнал лицо Сабриэль. Сабриэль, дочь Аборсена, и с ней неизвестный мужчина или что-то, одетое как мужчина. Полковник подумал было отменить команду, но он уже слышал грохот солдатских сапог, крики сержантов и капралов. И тут у полковника возникло сомнение: может быть, в самолете не настоящая Сабриэль…
Солнце садилось, наступала ночь, первая ночь полнолуния.
— Джорберт! — рыкнул полковник, возвращая бинокль удивленному офицеру. — Пойдите к майору и попросите его лично возглавить отделение скаутов — мы выйдем, чтобы рассмотреть самолет поближе.
— Большое спасибо, сэр! — обрадовался лейтенант Джорберт, несомненно решивший, что «мы» относится и к нему. Его энтузиазм удивил Хоурайса.
— Скажите, мистер Джорберт, — спросил он, — вы не пытались перевестись в Воздушные силы?
— Да, сэр, — ответил Джорберт. — Восемь раз…
— Теперь вспоминаю, — сказал Хоурайс, перебивая его. — То, что вы увидели в бинокль, вполне может быть каким-либо летающим созданием, а вовсе не обычным самолетом. А пилот может оказаться полусгнившим чудовищем, которое давно умерло. Или произведением Свободной магии, которое вовсе никогда не было живым.
Джорберт не по-военному кивнул, затем отдал честь и повернулся на каблуках.
— И в другой раз не забывайте брать на дежурство свой меч. Разве вам не говорили, что револьвер может не выстрелить? — вдогонку ему крикнул полковник.
Джорберт снова кивнул, покраснел и побежал по траншее. Один из солдат наблюдательного поста, капрал со знаком Хартии на лбу и с множеством нашивок на рукаве, обозначающих двадцатилетнюю службу, покачал головой, глядя в спину бегущего офицера.
— Что это вы покачиваете головой, капрал Энши? — рявкнул Хоурайс.
— Мозги жидкие, — шутливо, но двусмысленно ответил капрал.
Хоурайс открыл было рот, чтобы оборвать его, но непроизвольно его губы растянулись в улыбке, и он двинулся к траншее, где его уже дожидались солдаты. Через пять шагов улыбка исчезла с его уст.
Бумажное Крыло благополучно приземлилось. Сабриэль и Тачстоун, дрожа от холода, выбрались и оказались по колено в снегу. У Тачстоуна покраснел нос и заиндевели брови, он улыбнулся и сказал:
— Удалось!
— Сколько же мы пролетели! — откликнулась Сабриэль, тревожно оглядываясь по сторонам.
Перед ними возвышалась серая масса Стены, за ней медовым светом светило осеннее заходящее солнце Анселстьерры. Здесь же солнце скрылось за облаками и близилась ночь. Наступало темное время, время слуг Смерти.
Тачстоун, уловив настроение Сабриэль, перестал улыбаться и взял из Бумажного Крыла свой меч.
— Я заберу книги, — сказала Сабриэль и наклонилась, чтобы вынуть книги из кабины. Две книги по магии Хартии были в порядке, а «Книга Мертвых» вымокла под снегом. Однако, когда Сабриэль вытащила ее, оказалось, что пятна на книге не от сырости. На обложке выступили темные пятна крови. Набрав в руки снега, Сабриэль молча стерла пятна, насухо вытерла обложку и положила книгу в карман.