Сабриэль
Шрифт:
— Сабриэль! Я надеялся, я ждал, что ты придешь!
— Отец!.. — начала Сабриэль, глядя все-таки на дух отца, а не на говорящего. — Отец…
Она упала на колени и заплакала. Пройти весь этот путь, преодолеть столько препятствий и найти отца в ловушке, из которой его нельзя освободить! Она не знала, что можно заточить пленника внутри Ворот!
— Сабриэль! Дочка, замолчи! У нас нет времени на слезы. Где твое физическое тело?
— В резервуаре, — всхлипывая, ответила Сабриэль. — Рядом с твоим. Внутри алмаза защиты.
— А Смерть? Керригор?
— Там
— Да, я знаю, он появится, — пробормотал Аборсен чужим ртом. — Боюсь, он будет рядом с резервуаром. Нам нужно двигаться очень быстро. Сабриэль, ты помнишь, как звонить двумя колокольчиками одновременно? Мозраэлем и Кибетом?
— Двумя колокольчиками? — растерянно спросила Сабриэль. — Возбуждающим и Гуляющим одновременно? — Она не знала, что такое возможно.
— Подумай, — сказал Аборсен. — Вспомни. «Книга Мертвых».
В памяти стали медленно перелистываться страницы книги, будто листья падали с дерева от порыва ветра. Колокольчики могут звонить в паре или даже сразу несколько в том случае, если звонит не один волшебник. Но это очень рискованно…
— Да, — медленно сказала Сабриэль. — Я вспомнила. Мозраэль и Кибет. Они тебя освободят?
Долго не было ответа.
— Да. На время. Надо сделать то, что должно быть сделано. Поторопись.
Сабриэль кивнула, не пытаясь понять, что только что сказал отец. Подсознательно она всегда боялась того, что дух Аборсена слишком долго был разлучен с его телом и слишком давно погружен в царство Смерти. Он никогда не будет снова истинно живым. Но при этом она сознательно не давала волю этим мыслям.
Сабриэль вложила меч в ножны, спрятала Ранну и вытащила Мозраэля и Кибет. Это были два очень опасных колокольчика, тем более в таком соединении. Она освободила свое сознание от всех мыслей и чувств, сконцентрировавшись на колокольчиках. Затем привела их в действие.
Мозраэль описал над головой Сабриэль три четверти окружности, а Кибет — восьмерку. Танец колоколов сопровождала тревожная, полная диссонансов, энергичная мелодия. Какая-то сила повела Сабриэль к водопаду, хотя ей хотелось остаться на месте.
И вот Аборсен стал освобождаться из западни в Четвертых Воротах. Сначала высвободилась его голова, и он согнул шею. Затем обозначились плечи, и он поднял над головой руки. Но Сабриэль все шла вперед, пока не остановилась в двух шагах от края, пока не глянула вниз на бурлящую воду. При этом звон колоколов все звучал в ее ушах, заставляя двигаться вперед.
Наконец Аборсен был свободен! И в тот же миг он кинулся к Сабриэль, прижал ладони к отверстиям в колокольчиках и заставил их замолчать. Наступила тишина, и отец с дочерью обнялись на краю обрыва у Четвертых Ворот.
— Получилось, — сказал Аборсен. Его глубокий родной голос окутал теплом, как в детстве. — А теперь нам надо быстро возвращаться в Жизнь. Прежде чем Керригору удастся осуществить свои замыслы. Дай-ка мне Саранет… Нет, держи наготове меч и Ранну. Пошли!
Аборсен пошел впереди, Сабриэль последовала за ним.
— Отец! — воскликнула Сабриэль, стараясь не отставать. — Что же произошло? Что за планы у Керригора? Я не понимаю. Ты знаешь, что я имею в виду. Старое Королевство! Я — единственный из Аборсенов, который не ведает, что происходит! Почему? Почему?
— На эти вопросы нет простого ответа, — сказал Аборсен, на секунду оглянувшись через плечо. — Я оставлял тебя в Анселстьерре по двум причинам. Во-первых, там ты была в безопасности. Я уже потерял твою мать, и было только две возможности сохранить тебя живой и невредимой в Старом Королевстве: либо ты должна была всегда быть со мной, либо жить в моем доме — практически в тюрьме. Я не мог держать тебя при себе, потому что жизнь в Старом Королевстве после смерти Регента становилась все хуже и хуже, и это началось еще за два года до твоего рождения. А во-вторых, Клэйры посоветовали мне оставить тебя в колледже. Они сказали, им будет нужен кто-нибудь, кто знает Анселстьерру. Тогда я еще не понимал зачем, но теперь, мне думается, я знаю.
— Так почему же? — спросила Сабриэль.
— Из-за тела Керригора, — ответил Аборсен, — или Рогира, если называть его настоящим именем. Он никогда не стал бы по-настоящему мертвым до тех пор, пока его тело, сохраняемое Свободной магией, находилось бы где-то в Жизни. Каждый Аборсен с момента разрушения Великих Камней искал это тело, но никто из нас, включая меня, не мог его найти, потому что мы не могли предположить, что оно в Анселстьерре, очевидно, где-то поблизости от Стены.
Они подошли к Третьим Воротам. Аборсен произнес заклинания. Сабриэль было странно слышать их и ощущать себя сторонним наблюдателем.
Перед ними выросли ступени, разрезавшие водопад и туман. Аборсен быстро двинулся вверх, перешагивая сразу через две ступеньки. Сабриэль старалась не отставать. Она очень устала, у нее ныли все мышцы.
— Бежим? — спросил Аборсен. Как только кончилась лестница, он взял дочь за плечо удивительно знакомым жестом, как он делал это раньше, когда она была маленькой девочкой и он, навещая ее в школе, устраивал пикники в лесу.
Рассекая туман, они бежали впереди Волны все быстрее и быстрее. Ноги уже не слушались Сабриэль, казалось, она не выдержит и упадет.
Но она выдержала, и Аборсен произнес заклинание, которое открыло им путь сквозь Вторые Ворота.
— Как я уже говорил, — продолжал Аборсен, не останавливаясь ни на секунду, — Керригор никогда не мог делать все, что хочет, пока Аборсены искали его тело. Все мы неоднократно отправляли его обратно в Смерть, даже к Седьмым Воротам, но это только усугубляло проблему. Он с каждым разом становился все сильнее, потому что разрушались меньшие из Великих Камней и Королевство приходило в упадок. А мы становились все слабее.