S. Синдром
Шрифт:
Глаза Марка разочарованно и смущённо поглядывали то на меня, то в пол.
— Энди — трепло, — с досадой уронил он.
— А ты тихушник, — парировал в ответ. — Я хочу видеть этого мерзавца.
— Уверен, что стоит? — Вайлет скептически качнул головой.
— Где его палата?
Коп нерешительно указал по коридору. Я заковылял туда. Сквозь жалюзи окна разглядел его фигуру. Ворвался, но увидел совсем не того, что знал раньше. Он давно не тот Чейз Ричер — болезненный покров кожи, опавшие скулы, истощённое тело, лицо изменившееся от побоев.
— Боже, —
— Можно, просто Чейз, — сердито буркнул заключённый и опустил голову.
— Жизнь и правда возвращает каждому своё. Бред какой-то! Обозлённый и недолюбленный Чейз Ричер стал героем? Не верится.
— Думай, как нравится, — он отвернулся от меня к окну.
— Скажи, каково это измываться над девушкой и любить её одновременно?
— А ты попробуй и узнаешь, — злобно процедил заключённый.
Я замахнулся, а Чейз зажмурился, просто ожидая удара. Чем же я тогда лучше тебя? Бить того, кто не способен ответить в его стиле. Кулак опустился сам собой.
— Из мучителя в мученики за несколько месяцев? Не верю, — хмыкнул, отступив. — Но тебя накажут. За Эмму, охранника, за всё. Максимально.
Он обреченно кивнул, съязвив:
— Уповаю на справедливое правосудие.
Окинул его ненавистным взглядом и вышел из палаты.
Смятение брало верх над моими чувствами. На вид этого ничтожества без слёз взглянуть невозможно. Он добровольно сел в амбар с рабами и ждал Джилл?! Этого не может быть! Но факт бил сильней моих эмоций. Все эти месяцы Ричер был с ней там и, возможно, только благодаря ему девушка до сих пор жива. Сердце невольно раздвоилось на два фронта. Благодарность за то, что был там и взял на себя все муки ада, но и презрение, выработанное прошлыми его деяниями.
Но этот единственный поступок не способен перечеркнуть в моей памяти истерзанное им женское тело. Мразь всегда останется мразью.
Новости о Джилл по-прежнему не утешали. Порнодом, побег. Новый фигурант на её дороге. Таинственный спаситель и спаситель ли? Но то, что она уже не в картеле, конечно же, радовало. Остаётся лишь надеяться, что девушка идёт к нам.
АНДРЕС
Её отчаянные крики посреди ночи, заставили сгрести девушку в охапку.
— Джилл, Джилл, Джилл, — кричал ей в ухо, гладил по голове. — Проснись. Всё хорошо. — Девушка широко распахнула веки, глаза полные ужаса. — Тихо, тихо… — Огляделась, окончательно приходя в реальность. — Это просто сон, Джилл, — прижал её к груди. — Всё хорошо. Всего лишь кошмарный сон.
Её фигурка испустила облегченный выдох, и девушка горько и неудержимо заплакала, вжавшись в меня. Оставил на коленях и стал укачивать, как обычно делал с Мореной, если девочке снились чудища по ночам. Через четверть часа Джилл затихла, и абсолютно вымотанная ночным кошмаром и слезами, отключилась прямо в моих руках.
Осторожно лёг с ношей обратно на кровать и завернул в свой защитный кокон. Посмотрел на вздрагивающие во сне
— Что же делали с тобой всё это время? — шепнул я, целуя девушку в лоб.
На утро проснулся от осторожных шевелений в моих руках. Джилл претихо и настойчиво пыталась высвободиться. Разжал объятия, выпуская, а сам перевернулся на другой бок и сладко засопел. Когда проснулся основательно, обнаружил её в кресле, снова заряжающей телефон.
— Доброе утро, — потёр веки. — Выспалась? — Кивок. — Поделишься тем, что тебе снилось сегодня? — Молчание. — Ладно. Но помогает, учти. Морена всегда мне рассказывает, чтобы сон не сбылся.
— Морена?! — Джилл не понимающе глядела на меня.
— Да, — встал и начал поправлять постель. — Самая необыкновенная женщина на свете.
Девушка улыбнулась уголком губ.
— Необыкновенная? — задорно подчеркнула.
— Да. Ей четыре. И от жутких чудищ спасти её могу только я.
Девушка умиленно засмеялась. Наконец-то.
— Ей невероятно повезло, — одобрительно закивала Джилл. — С таким спасителем ничего не страшно. Проверено мной, — и подмигнула в моей манере.
Изобразил смущение довольный тем, что пелена ночного кошмара ушла с её лица.
Завтракать пошли в закусочную вместе. В этот раз она попросила ложку вместо вилки. Пронаблюдал за её успехами и тоже принялся поглощать.
— Кто такой Чейз? — Всё-таки не удержался от вопроса.
— Лучше тебе не знать, — хмуро буркнула она.
— Отчего же? Из-за него я полночи не спал.
— Прости, — виновато склонила голову.
— Его убили или что? Живой ещё?
— Надеюсь, что да, — тень страха проползла по её лицу.
— Любимый, походу?
Мне было горько сейчас это понять, но лучше сразу знать о таком. Вскинула на меня немного дикий взгляд. Смотрит вроде на меня, но куда-то сквозь. Лицо словно осенило, как будто она получила ответ на какой-то мучивший её вопрос.
— Джилл, ты тут?
Встрепенулась. Фигура собралась в комок.
— Он остался в картеле, — уронила понуро.
Виновато замер.
— Прости.
Опустила голову. Мне больше не хотелось продолжать этот разговор. Она права, всего этого и правда лучше не знать.
В другой город мы пришли уже к обеду. Больница "Святой Магдалены". Остановился, собираясь с мыслями.
— Надо проговорить легенду.
— Легенду? — удивилась она. — Просто скажем, что нужно убрать.
— Ага, тебя на приём запишут и отправят ждать неделю, а нам нужно сейчас.
Джилл резко согнулась в три погибели. Застонала.
— О, Боже… Что это? — тяжело и истерично задышала, схватилась за живот.
Понял. Подхватил её на руки. В приёмном покое находилось несколько человек.
— Помогите, — закричал я одной из медсестёр. — Жене очень больно.
Каталка подоспела к моим рукам. Уложил артистку.
— Сеньора, где болит? Здесь? — медсестра пальпировала живот девушки.
— Дорогая, где болит? — гладил Джилл по голове, изображая бесконечно любящего и перепуганного мужа.