Русалки. Выбор
Шрифт:
— Слезами ты ничего не изменишь. Поэтому давай уже, успокаивайся, — это прозвучало довольно резко, но, кажется, не потому что он хотел меня задеть, а потому что был… растерян? Третий Лорд, любимчик дам самого разного возраста и положения, не знающий от них отбоя, красавчик и к тому же разменявший то ли четвертую, то ли пятую сотню лет мужчина, кажется, понятия не имел, что делать со мной и моими слезами. Иначе почему эта резкость и, едва ли не впервые, обращение без соблюдения высокосветских норм речи? От удивления у меня даже слёзы почти закончились.
— А вы сами разве не можете? — вяло удивилась я
— Такое сильное нет, — спокойно признал Анхель. Не похоже, чтобы его это беспокоило. Он и разговор, поддерживал, наверное, только чтобы как-то меня отвлечь. — Разве что через Слово Лорда. Но на «свободных» русалок оно действует слабо.
Не удержалась от напоминания:
— Вы же на мне его уже применяли!
— Будь другой вариант, предпочёл бы не применять. Но ничего другое просто не помогало. Оно и сработало только потому, что ты была сильно ослаблена и не могла сопротивляться.
— Сейчас как будто смогу.
— Может и нет, но лучше не усугублять. И так на зомби похожа, а не на юную леди.
Я натянуто улыбнулась и ухватилась за поданную вставшим женихом руку. Нам предстояло вернуться к наверняка перемывающей нам кости публике. Как будто нет у них других тем для обсуждения! Особенно сейчас, когда мы все собрались по такому поводу! Но, как негромко заметил на моё замечание об этом жених, жизнь продолжается, а люди остаются людьми, даже становясь мерфитками.
Надолго задерживаться на этом странном мероприятии мало напоминающем в моём понимании похороны не стали, всё-таки чувствовала я себя ещё слишком плохо для долгого даже просто стояния: поле Селестины ещё толком не усвоилось. Асавен бы понял. А на остальных плевать.
Мы уже собирались уходить, когда нас перехватил дедушка. Когда он вообще появился, я не заметила. Одетый в нечто среднее между парадными одеждами настоятелей и обычным балахоном, мамин отец чопорно поприветствовал сначала жениха, а потом меня, после чего заявил, что нам нужно поговорить, но желательно не в Мерфите. Анхель обернулся, выразительно посмотрел на тенью следующую за нами расстроенную Эржебет, которая, похоже, тоже тяжело перенесла случившееся, и… согласился.
Портал, открытый настоятелем, вынес нас в, по всей видимости, дедушкину квартиру.
— Мама? — изумилась я.
— Света! — кинулась ко мне мать. Я уткнулась в её плечо и едва сдержала желание тут же разрыдаться. Но не при женихе же!
— Я так понимаю, это и есть причина секретности, — подал голос Третий Лорд.
Я поспешно отстранилась, судорожно думая, как теперь их друг другу представить и при этом избежать скандала. Как оказалось, не о том думала. Мама перевела взгляд на Анхеля и… По выражению её лица я поняла страшное: они были знакомы.
— Какие люди, — усмехнулся подводноветренник, выделив голосом расу. В противоположность
— Я тоже чрезвычайно рада встрече.
— Мам, ты ничего не хочешь мне объяснить?
На мгновение взгляд жениха, пойманный мной, стал каким-то оценивающим. Но это выражение так быстро исчезло, что я твердо решила, что мне показалось.
— Да, Валя, — поддержал меня дедушка. Для него знакомство дочери с Третьим Лордом, похоже, тоже стало неожиданностью. Весьма, судя по отдельным ноткам в голосе, неприятной.
— Как-нибудь потом, — пообещала она под выразительно ироничным взглядом Анхеля.
— Надеюсь, это не то, что я думаю, — оценивающе глядя на чем-то очень довольного жениха, вздохнула я.
— Надейтесь, моя драгоценная невеста, — легко согласился тот.
Мама побледнела. Кажется, кто он такой она до этого не знала. Интересно…
Пока не было сказано явно лишних эпитетов, дедушка поспешил хоть как-то сгладить ситуацию:
— Валя, познакомься, это Анхель Агилар, Третий Лорд Подводного ветра и Светин жених. Лорд, это моя дочь Валентина Наррейнер.
— Признанная? — вскинул бровь подводноветренник. Похоже, теперь через удивляться пришёл ему. Что было странно, учитывая историю нашей помолвки, но я эту мысль тут же отбросила.
— Разумеется, — подтвердил настоятель. И, взглядом указав маме на меня, спросил у жениха: — Не возражаете, если дамы поговорят наедине?
Тот внимательно посмотрел на меня и отрицательно качнул головой, позволяя храмовику увести себя в другую комнату.
Не зная как начать разговор, я поправила подол платья, старомодного для человечества, но достаточно обычного для магического мира.
— Мне жаль, что всё вышло так, — вдруг сказала мама. Я вскинула голову, пытаясь понять, о чём она сейчас. — Я ведь понимаю, Свет, что тебя использовали для какой-то политической интриги. Мне стоило тебе рассказать о магическом мире.
— Ты про помолвку? — дошло до меня. Кивок. — Она меня сейчас волнует меньше всего, — это задумывалось как небольшая ложь во спасение, но, сказав, я поняла, что это действительно так. Теперь помолвка с Третьим Лордом заботила меня в последнюю очередь. В приоритете же было кое-что другое. И, не дожидаясь вопросов или хуже того жалости, спросила: — Чтобы меня найти, дедушку вызвала ты?
— Да.
— И, сдав меня с рук на руки целителям, он наверняка тут же бросился к тебе, — продолжила я свою мысль. Кивок. — Он что-то говорил?
— Плохо ты знаешь своего деда, — вздохнула мама. — Из него же слова не вытянешь! Сказал, что ты жива и относительно в порядке и все.
Это несколько не вязалось с тем, что я совершенно точно слышала её голос, но ладно. Сделаю вид, что ничего такого я не помню.
— Ясно, — надежда получить дополнительные сведения увяла. Значит, придется разговаривать с дедом напрямую. Но не при Анхеле же? Хотя, а почему нет?