Рус Четвертый. Рус-4
Шрифт:
— Не сметь плакать! — запретил ей муж… и Гелиния, сглотнув, послушалась.
— … структуру собирал этот…
— Таганул, — подсказал Максад.
За день, по «горячим следам», его люди славно потрудились. Помимо сбора всевозможной информации, безопасникам удалось успокоить дворец, а с ним и заволновавшийся Кальварион. С княжной все в порядке, — уверяли они — и это было правдой, — а наследника далеко утащить не могли, найдется! — во что верноподданным жителям города очень хотелось верить.
И сейчас, во вторую вечернюю четверть, заседал «ближний круг» Руса, куда он, непонятно зачем, включил и срочно отозванных из своих частей Домлара —
— Она была создана из Силы Тартара, на которую, как на каркас — и это удивительно! — была нанизана Сила Лоос — очень похожая на ту, которую мы помним, но не совсем… да, уважаемый Отиг, поверь пасынку Френома. Той, старой сущности у богини боле нет. То, что я наблюдал в… структуре (на языке вертелось: «В части Слова») — попытка возродить прежнюю Силу при помощи магии крови и благословения Тартара… сектанты сдружились с бывшими лоосками, не потерявшими веру и это настораживает. Максад, прими к сведению. — Коронпор, не выказывая эмоций, кивнул, а вопросы всех склонных к Силе, Рус отмел в буквальном смысле: взмахнув рукой, четко и твердо раскрыл ладонь. Даже Грация поняла этот жест и проглотила как логичный, так и ужасно женский возглас: «Это как же?!», — покосилась на мужа, а Андрей лишь пожал плечами. Вполне искренне.
— Хвала богам, — продолжал Рус, — отлично показали себя амулеты «универсальной защиты»… не буду скрывать, все вы и так понимаете: Игнатий в безопасности только до тех пор, пока в его амулете сохраняется Сила… он, к сожаленью, очень мал для того, чтобы обрести склонность к Силе…
— Не стоит прибедняться, Рус! — неожиданно пробасил Леон. — Ты меня одной каплей своей крови склонным к Силе сделал, а у твоего сына — считай половина крови — твоя! Она поможет амулету… я верю. — Закончил, тем не менее, не очень убедительно.
— Спасибо, друг, — искренне поблагодарил пасынок Френома. — Максад выяснил, что прежняя кормилица отказалась сама… ну, это вы слышали от него самого, — Рус обозначил уважительный поклон в сторону коронпора. — Я вызывал её отражение. Сейчас она ругает себя последними словами за то, что согласилась на переезд в Альвадис… говорит, и на неё и на мужа вроде как «затмение нашло». Женщину, которая к ней приходила, помнит смутно… завтра, когда молодцы Максада её сюда доставят, надо будет попробовать с помощью мыслеречи образ той лоо… как пропавшую кормилицу зовут?
— Тирилгин, — с готовностью подсказал Максад.
— Дочь Тира… — криво усмехнулся Рус. — А тот — сын Старейшины. Типично тиренские имена… а ведь он на меня походил, на мелкого этруска, и никто ничего не заподозрил… — рассуждал «в общем», никого не обвиняя, но все окружающие почувствовали себя крайне неудобно.
— Не кипятись, Рус, — усмехнулся Отиг, хотя его визави и
— Не зря, магистр, — подхватил Рус, — она бы все равно не заметила бы ни малейшего колебания Силы!
Ревность в его сердце отсутствовала напрочь — на что Гелиния в тайне сильно обижалась. Но что поделаешь, если их души скрепила сама Богиня, подарив возможность чувствовать любовь друг друга на любом расстоянии. Вообще-то, влияние Геи в создании этой особенности было совершенно незначительное — человеческие души «сработали» вполне самостоятельно. Но Гелиния, до сих пор не ведавшая об истинных возможностях собственного мужа, считала, что эта их с Русом особенность возникла исключительно по воле Величайшей…
— Причем, эти злодеи не подобны мне, то есть они не умеют скрывать склонность к Силе. Они, хоть и необычные люди, если можно так выразиться, но несклонные… Гелиния давала мне их образы и я вызывал их отражения… — а вот эти сведения были абсолютно новыми и все присутствующие «обратились в слух».
Рус решил вызывать злоумышленников по одному. Отражение лже-кормилицы задумал допросить первой. С ней он готов был рискнуть — предстать в образе Лоос, а что будет дальше… старался не задумываться. Он с трудом сдерживал бушующую в нем ярость, поэтому рисовал образ Тирилгин, переданный ему Гелинией посредством мыслеречи, заранее превратившись в зеленоглазую женщину, в такую, какой видел Лоос после отнятия у богини сущности «паучихи». Стоя за мольбертом, Рус успокаивался. Он ответственно исполнял роль богини, сделав себя самого «зрителем со стороны», однако, полностью в образ не вживался: помнил горький опыт…
Женщина, возникшая в цветущем саду, благоухающем самыми изысканными ароматами, недоуменно, даже дико озиралась. Рус, он же Лоос, изящно спланировал к своей посвященной (в чем бывший раб названой богини был все же не до конца уверен) и успокоил «кормилицу», мягко возложив руку на её чело:
— Угомонись, недостойная! Сколько раз я предупреждала: осторожность и еще раз осторожность! А вы?! — с последним словом псевдо-богиня так усилила голос, что женщина волей-неволей рухнула а колени.
— О, Добрейшая! — испуганно взмолилась «кормилица», воздев руки. От яркого сияния, коим Рус предусмотрительно окружил голову «богини», она жмурилась и была вынуждена опустить свой взор на область живота лже-богини. — Не казни! Я выполнила все, что говорили мне твои жрицы! Я же не посвящена тебе, не губи мою душу! Я не хочу идти к даркам!!! — на последних словах губы женщины задрожали и она прокричала их сквозь истеричные слезы. Потом «взяла себя в руки» и заставила себя посмотреть в лицо «Лоос». Рус поразился — на него глядела… типичная китаянка! Или кореянка. В общем, азиатка. А образ богини плодородия в это время «жил своей жизнью»: