Рунный Страж
Шрифт:
Получается, я применил руну во сне, что меня и разбудило, бодрящую руну… Круто!
Усевшись за стол, взял ручку и недавно найденный у бабушки блокнот, принялся писать.
Пурецо — руна уборщика, Чистота
Лума — Свет
Варма — Тепло
Силенто
Форто — Энергия… сила
Рапидо
Сано
Я
Можно и на работе проверить, — решил я, готовя себе бутерброд.
Чайник ставить лень и долго это — налил себе кружку лимонада и подошёл к окну. Это хорошо, что я жевать не начал, точно бы подавился. Окно вело во двор, я сейчас видел баню, а на ней белый плакат. Нарисовано красное сердце, под ним надпись.
« Я люблю тебя, Антон! Твоя Лиза!»
— Писец! У тётки крышу сорвало.
Я всё-таки съел бутерброд, затем вышел во двор и сорвал дурацкий плакат. Настроение нисколько не испортилось, даже, наоборот, возможно, из-за бодрящей руны, к тому же сейчас утро, я без того отдохнувший. Сил было столько, что казалось могу сутки без остановки работать и ещё останутся. Невольно вспомнилась Маша.
Как же отстойно получилось. Права Дашка, прямо как в кино, — я прошёл в огород, глянул на бабушкины посадки.
Картошка, морковка и ещё какие-то грядки, всё поросло травой, но я всё-таки недеревенский житель, желания прополоть не возникло, хотя время после работы и силы на это имелись. Перед глазами всплыло лицо деда Василия, «отдыхай иногда, Антошка».
Я вдруг понял, почему он это говорил, не только из-за зарплаты, которая не прибавится. А чтобы силы оставались своим хозяйством заниматься, картошку прополоть, корову подоить, он же простой деревенский дед.
Похоже, и правда взрослею, — с улыбкой подумал я и отправился на работу.
Погода сегодня не баловала, небо затянуло тучами. Деду Василию пришлось включать освещение в свинарнике, света из окон не хватало. Старик ворчал про экономию и всё чаще кашлял, но с дурной привычкой не расставался, казалось, даже наоборот, больше курить начал.
К моей радости, Валёк уволился по собственному желанию, дед новостью поделился. Здесь с этим просто, сказал, что увольняюсь, и ушёл, отработку почему-то не всем назначают, в конце недели приходишь за зарплатой. На его место взяли какого-то предпенса, я его ещё не видел.
Елизаветы Николаевны тоже не видно, это обстоятельство радовало меня больше всего. Не хватало ещё, чтобы со своими плакатами здесь ходила, не то что местные, свиньи засмеют.
Ближе к обеду пришёл дед Василий и как-то странно на меня посмотрел. Я уже начал думать, опять про меня слух пошёл, и он решил донести, типа из первых рук, причина была немного другая.
— Слышал я, Мишка выздоровел, — я не сразу понял о ком речь. — Михал Семёныч, дед твоей девушки, —
— Я видел его вчера, в магазин направлялся, может, и аптеку заходил…
— Ты мне тут лапшу не вешай, — дед хохотнул и тут же закашлялся. — Лекарство от старости в аптеке не продаётся. От геморроя и головной боли, пожалуйста, а со старостью только гробовая доска помогает, ну или травки, корешки разные, чтобы время оттянуть.
Я и думать забыл о тех корешках, как-то в последнее время не до них было. То Лизка со своими закидонами, то Ритка, и вообще я личную жизнь налаживал.
Дед подождал реакции да продолжил, закурив перед этим.
— Про лунную траву я слыхал, от бабки своей, да только думал сказки это. От всех болезней помогает, в нашем лесу встречается, а найти её может только ни разу неженатый мужик, — старик хохотнул и опять закашлялся.
Поняв, что разговор быстро не закончится, я прислонил лопату, а сам уселся на ограждение загона.
— Гришкина баба говорит, что Машка тебя подбила в лес за той травкой сходить кха-кха, а ты возьми и сходи. Так ведь не просто так прогулялся, нашёл её вроде, — в глазах деда Василия повис вопрос.
Наверное, он знал мамин секрет, читать меня, как открытую книгу, потому что на старом лице появилась улыбка понимания.
— Правда значит, нашёл… А может, завалялся ещё один корешок, для деда Василия?
Я молча смотрел на старика, не зная, как себя вести. Если корень Лунной травы и правда такой ценный, может стоит его продавать? С деньгами у меня не очень. Следующими словами дед Василий мне помог.
— Куплю, двадцать тысяч дам, только за целый, чтоб на две настойки хватило!
Услышав сумму, я опешил, но всё-таки постарался не подать виду, старик воспринял моё молчание по-своему.
— Хорошо, тридцать! И чтоб без обману! — вот здесь я закивал, сам себе напомнив игрушку, болванчика.
— После обеда принесу, — пообещал я, не зная, куда себя девать. Хотелось бежать прямо сейчас.
Это же тридцать тысяч, мне чтобы столько денег заработать, нужно на вторую работу устраиваться, в ночь!
Дед Василий кивнул и ушёл, а я всё же взялся за лопату, до обеда оставалось полчаса.
По дороге домой я всё боялся, что кто-нибудь забрался в сарай и стащил мои корешки, добытый потом и кровью гербарий.
Нисколько не преувеличиваю, всё так и было, крови, наверное, литр потерял, чуть не умер, — мысли вернулись в тот день, вспомнил лысую девушку с ошейником. — Она почему-то меня спасла, ну или просто помогла, — я почему-то сомневался, что было настолько плохо.
— Антон! — почти у самого дома, меня окликнул старческий голос.
Я настолько увлёкся рассуждением, что не заметил дядю Мишу, Машиного деда.