Розыск
Шрифт:
– А из местных мог кто-нибудь магазин обворовать? Может, подозреваешь кого? – поинтересовался Волков у участкового.
– Да как тебе сказать? За своих, деревенских, ручаюсь – у нас тут воровство не обретается. На работу уходят – и то избы нараспашку… Охотники ведь, почитай, все… А в тайге у нас закон строгий – кто на чужое позарился или в беде не помог – за человека считать не будут! А то и подстрелят где-нибудь, да и в болото, под колодину. И между прочим, в душе я такой поступок не осудил бы. Испокон века тут так заведено было. Да… Но вот в химлесхозе, однако, всякий народишко
– Значит, кто-то из них мог? – спросил Волков. Ему не хотелось бы услышать от Кандычева вполне утвердительного ответа. В этом случае терялась бы надежда, что кража из магазина дело рук бежавшего. И значит, надо все начинать сначала…
– Уж если на кого и подумать, то на Царегородцева Федора, – продолжал участковый. – Во-первых, Дважды за кражи судим; во-вторых, тоже бугаище здоровый. У него ножонки-то не то сорок пятый, не то сорок шестой размерчик! А в-третьих, стал я замечать, что по ночам он к Аннушке побегивать наладился.
– А кто эта Аннушка?
– Продавец. Правда, я про нее худого не скажу, да и не осуждаю – вдовье-то дело невеселое! Второй год как ее-то хозяина косолапый на охоте задрал. А бабенка молодая, в самой поре… Однако теперь-то подумываю: может, неспроста Федька вокруг нее увивался?
– Так ты что, и саму продавщицу подозреваешь?
– Ну-у… – развел руками в стороны лейтенант. – По долгу службы приходится. Я ведь, брат, тоже во внутренних войсках служил. Судебные процессы наша рота обеспечивала, так я за два года каких только чудес там не насмотрелся, чего только не наслушался!
Бывает, что продавщицы из-за любовников-то своих и на растрату и даже на поджог идут, вот че! Так что, пока я и Аннушку со счетов не сбрасываю…
– Мм-да… Оригинально. Как говорят французы – «шерше ля фам»! Любовная история с растратой, инсценировкой кражи и тэдэ и тэпэ!.. – попытался иронизировать Волков. – А о побеге твой Царегородцев мог знать?
– Думаю, мог. Я ведь по участкам специально ходил – народ о побеге оповещал.
– Выходит, он мог сработать под эту марку, под беглеца?
– В принципе мог. Ну ладно, Олег. Как бы там ни было, а Аннушку нам сейчас пригласить придется. Только она нам прояснит, что уворовано. Без этого и розыск начинать – все равно что вслепую… Идет?
– Идет! – кивнул Олег, отмечая, что хоть участковый и сам дело, что называется, «туго знает», но советуется с ним как с равным. А это было приятно.
– Анна Егоровна, разлюбезная, пожалте-ка к нам! Потолковать надо! – крикнул с крыльца Кандычев. – Ну что, Кузьмич, общественный порядок обеспечиваешь, а? – обратился он к мужичку в кепке-шестиклинке. – Назначаю тебя заместителем коменданта гарнизона! Правь службу по всей строгости!..
Через некоторое время лейтенант вернулся. За ним шла продавщица – молодая русоволосая женщина, бледная и явно перепуганная случившимся.
– Аннушка, нам нужен хотя бы примерный перечень украденного. Давай-ка проверь, чего у тебя в магазине недостает. А уж ревизию по всей форме попозже делать будем, когда следователь и товаровед из района подъедут. Добро?
Женщина молча кивнула и, вздохнув,
Минут через двадцать Волков уже заканчивал заносить в записную книжку перечень похищенного. В нем значилось шесть бутылок водки «Экстра», пять бутылок коньяка «Самтрест», сорок пачек шоколада «Спортивный» фабрики «Рот-фронт», около шести килограммов сливочного масла, двадцать четыре банки свиной тушенки в металлических банках и восемь в поллитровых стеклянных банках, чай индийский – около тридцати пачек, килограммов шесть мятных пряников, несколько пачек «Беломора».
Олег не поленился выписать себе ГОСТы консервов и другие маркировки – все это могло пригодиться при ведении розыска, в случае, если кража из магазина все-таки работа Рыбакова.
Из промтоварного отдела исчезли две нейлоновые куртки – красно-белая японского производства – пятидесятый размер, пятый рост, и отечественная, коричневого цвета – пятьдесят шестой размер. Кроме того: сапоги резиновые литые, сорок второго размера, хлопчатобумажный рабочий костюм черного цвета, две кроликовые шапки темно-коричневого цвета, «олимпийка» – полушерстяной тренировочный костюм, свитер толстой вязки в черно-белую клетку, двое наручных часов «Полет» в позолоченных корпусах, компас, два туристических топорика и два объемистых рюкзака темно-зеленого цвета. Воры прихватили с собой около пятидесяти анодированных колечек и перстеньков с цветными стекляшками. Скорее всего, в темноте они приняли их за позолоченные.
Как и говорил участковый, преступники забрали нарезной карабин «Лось», охотничий пятизарядный автомат «ТОЗ-21» и сто шестьдесят патронов к нему. Из них сорок патронов – папковые, со свинцовыми пулями «турбинка», а остальные – пластиковые, заряженные картечью и крупной дробью.
– Ну вот, теперь картина ясная. Спасибо тебе, Аннушка! Что бы мы без тебя делали?.. – подытожил Кандычев, до этого диктовавший Олегу. – Ступай Домой. За магазин не беспокойся – опечатаю и караульщиков приставлю. А коли понадобишься – вызовем.
– Да уж как не беспокоиться! – сокрушенно вздохнула продавщица и, неслышно ступая босыми ногами, вышла.
– Ишь, переживает!.. – внимательным взглядом проводив женщину, заметил участковый.
– Интересный ты человек, Петро! А ты на ее месте что бы делал? Песни б пел? Нет, мне кажется, она к краже никакого отношения не имеет, – выразил свою точку зрения Волков.
– Может быть, может быть, может быть!.. – неожиданно весело пропел Кандычев, мотая головой и дирижируя себе руками.
– Что это ты? Что за веселье? – удивился Олег.
– Да так, мыслишка одна пришла, не обращай внимания, – загадочно улыбнулся Кандычев. – Просто пришел я к выводу, что ваш побегушник к этой краже не причастен.
– Откуда такая уверенность?
– Во-первых, ему одному никогда в жизни столько не унести. Во-вторых, откуда взялись следы второго человека? Что он, сначала одни сапоги надевал и до лодок бегал, потом другие – сорок пятого размера, а? Зачем ему две куртки, две шапки, причем разных размеров? Чересчур уж мы с тобой его хитрым и ловким делаем! Как ты думаешь, Рыбаков на самом деле такой хитрый?