Росс Полдарк
Шрифт:
– Лучше?
– спросил он.
– Да, лучше. Бренди разжег во мне огонь. Возможно, скоро я опьянею и начну тебя изводить.
– Не вижу особой разницы. Я вот думаю, может, ты съела что-нибудь несвежее. Свинину мы засолили сами, и если...
– Мне кажется, что дело все-таки в спинете. Но сейчас я в порядке. И я сонная...
– Не настолько уж и сонная, чтобы послушать, что я скажу. Я не жду, что ты будешь себя беречь, чтобы кому-то угодить. Но в следующий раз, когда у тебя возникнет желание и настроение позабавиться, вспомни
– Да, - сказала она.
– Я правда запомню, Росс.
– Что-то слишком легко обещаешь. Ты забудешь. Ты меня слушаешь?
– Да, Росс.
– Ну, тогда я кое-что тебе пообещаю. Прошлой ночью мы говорили о наказаниях. Так вот, из любви к тебе и из чистейшего эгоизма я тебе обещаю, что в следующий раз, когда ты выкинешь подобную глупость, я крепко тебя выпорю.
– Но я не буду так больше делать. Сказала же, что не буду.
– Мое обещание тоже остается в силе. В качестве дополнительной предосторожности.
Он ее поцеловал.
Демельза распахнула глаза.
– Ты хочешь, чтобы я уснула?
– Конечно. И сию же секунду.
– Отлично.
В комнате стало тихо. По мутному стеклу продолжал стучать дождь.
Две недели пребывания Верити подошли к концу, и Демельза убедила ее остаться еще на одну. Верити, казалось, забросила обязанности в Тренвите и нашла здесь своё, как она надеялась, отдохновение. Прогресс в состоянии ее здоровья был очевиден. Миссис Табб придется справляться самой еще недельку. Тренвит может катиться ко всем чертям.
В течение этой недели Росс на два дня ездил в Труро на первый аукцион по продаже меди, в котором участвовала и шахта Уил-Лежер. Медь, что они намеревались продать, разделили на два лота, и оба за пятьсот десять гиней купил агент, действующий в интересах "Медеплавильной компании Южного Уэльса".
На следующий день Верити сказала Россу:
– Росс, я ничего не смыслю в ваших делах, но когда вам заплатят те деньги, не перепадет ли часть тебе? У тебя появится немного свободных деньжат? Может, гиней десять или двадцать?
Росс уставился на нее.
– Желаешь приобрести лотерейных билетов?
– Лотерея - это твой собственный дом, - сказала она, - с того времени, как ты вернулся, ты сотворил чудо с мебелью из библиотеки, старыми лоскутами ткани и так далее, но помимо этих штор, как я вижу, ты на самом деле мало что купил.
Росс осмотрел гостиную с тактично замаскированной убогостью.
– Не подумай, что критикую, - сказала Верити, - я знаю, как вы ограничены в средствах. Я просто подумала, что ты мог бы сейчас выделить немного денег, чтобы кое-что обновить. Это хорошее вложение.
Медная компания заплатит по векселю в конце месяца. Потом последует встреча акционеров шахты. Прибыль, несомненно, распределят: обычно происходит именно так.
– Да, - ответил он, - лично у меня нет пристрастия к модным вещам, но пока ты здесь,
Верити выглянула в окно.
– Росс, мне пришло в голову, что мы с Демельзой могли бы съездить в город одни. Тогда бы мы не отнимали у тебя время.
– Что, ехать в Труро без сопровождения?
– воскликнул он.
– Даже не думай.
– О, Джуд мог бы проводить нас до города, если бы ты смог обойтись без него. А потом он мог бы где-нибудь подождать и вернуться с нами.
Повисла тишина. Росс подошел и встал рядом с ней у окна. Последние несколько дождливых дней освежили долину. Некоторые деревья подернулись желтизной, но на вязах не было и признаков пожелтевших листьев.
– Сад всё же нужно обновить, - сказал он, - несмотря на все усилия Демельзы.
– Сады всегда к осени в беспорядке, - сказала Верити, - но вам следует заказать кусты шиповника и калуфер. И я дам вам отросток руты. Она очень красивая.
Росс положил руки ей на плечи.
– Сколько ты хочешь на эту поездку?
Глава шестая
Вот таким образом в первую среду октября Демельза и Верити, сопровождаемые, или, скорее, преследуемые (не в связи с этикетом, а потому что дорога была слишком узкой, чтобы ехать по трое в ряд) заинтересованным, но недовольным Джудом, въехали в Труро, чтобы сделать кое-какие покупки.
Джуд радовался отлучке на день, но уловил угрозу Росса по поводу того, что произойдет, если на обратном пути обе дамы обнаружат его пьяным в лоскуты. Он считал, что грубо и бессмысленно угрожать выпороть его за преступление, которое он не имел никакого намерения совершать.
Демельза посещала Труро только в четвертый раз.
Внутренне она испытывала сильное волнение, однако, как только путешествие началось, старалась внешне оставаться спокойной. Поскольку кроме домашних платьев у нее не было другой одежды, Верити одолжила ей серый костюм для верховой езды, который оказался как раз впору. Ничто другое не помогло бы Демельзе настолько почувствовать себя леди и вести себя с подобающим достоинством. Когда они тронулись в путь, она наблюдала за Верити и старалась повторить ее посадку в седле и идеально прямую осанку.
В этот день в городе проходила ярмарка скота, и как только они въехали, стадо молодых бычков загородило всю узкую улочку, и Демельза едва сдерживала Брюнетку, которая совершенно не переносила этих животных. Джуд ехал слишком далеко, чтобы прийти на помощь, но Верити отгородила ее лошадь от стада. На них глазели зеваки, но Брюнетка уже успокоилась, и они тронулись дальше.
– Глупое старое животное, - сказала Демельза, задыхаясь.
– Когда-нибудь она выкинет меня из седла.
Они пересекли мост.