Роковая наследственность

Лев Елена

– Так что ж мне делать, подскажи! – умоляюще глядя на друга спросил Александр.

– Забери её, укради! Отвези в своё имение, да и обвенчайтесь там потихоньку. Не вы первые, не вы последние. Так многие делают, сам знаешь.

– А что потом?

– Потом в ноги родителям кинетесь, покаетесь, глядишь и простят. А еже ли по благородному решишь поступать, то потерять её можешь. И такое случается.

– Да, да. Ты прав. По-другому, наверное, и не получится. Не хочу потерять её, жить без неё не смогу! Спасибо тебе за совет.

– Ну что ты Александр, не стоит. Рад буду, если у тебя всё получится. Давай ка лучше

за Катеньку твою выпьем. Красавица она у тебя, истинная красавица! Другой такой во всём Петербурге не сыскать. Прям завидую тебе, но по-доброму. Будь счастлив!

Расставшись с другом Лавров поехал ночевать в полк. Он боялся, что, оказавшись дома, будет раньше времени обречён на разговор с родителями. Да, он осознанно шёл на обман самых близких ему людей, но чувствуя угрозу своему счастью, другого выхода из создавшейся ситуации не видел. Испытывая по этому поводу неимоверное угрызение совести, ночь для него выдалась бессонной и мучительной. А мысль о том, что они с Катей не успели договориться о месте и времени следующей встречи, повергла его в панику. Лишь вспомнив, что грядёт воскресенье, Лавров успокоился. Это означало, что он сегодня же увидит её на утренней службе в церкви, после чего и сделает предложение.

До этого важного события ему оставалось спать всего несколько часов.

Той ночью Кате тоже не спалось. Думая об Александре, она снова и снова вспоминала его признание в любви, от чего её сердце наполнялось теплом и счастьем. Почувствовав, как это прекрасно любить и быть любимой, теперь ей мечталось о том, как украдкой она будет убегать из дома, чтобы встретиться с любимым. Засыпая с улыбкой на лице, она и представить не могла, что ожидает её завтра.

На утро придя в церковь, где, как всегда, было полно народа, не имея возможности подойти к Кате, Лавров был вынужден наблюдать за ней из далека. Часто крестясь и кланяясь, она была полностью поглощена таинством проходящей службы. В этот момент Лаврову подумалось, что при такой набожности ему будет трудно уговорить её на венчание без родительского благословения, к чему сам он уже был готов.

По окончанию службы, не заметив Александра, Катя вышла из церкви и направилась домой. Он шёл за ней. Внезапно налетел сильный ветер, огромные чёрные тучи закрыли солнце и с неба как из ведра хлынул проливной дождь. Что бы переждать его Катя свернула в ближайшую арку. Неожиданно перед ней появился Лавров. Не дав опомниться, он встал перед ней на колено и подбирая самые красивые слова предложил стать его женой. Время тянулось томительно медленно, она молчала. Дожидаясь ответа, Александр с удивлением смотрел на Катю, в глазах которой вместо радости и восторга он видел вопрос и даже некое разочарование.

– Ты хочешь, чтобы я стала твоей женой? – наконец прервав молчание с большим изумлением спросила она.

– Да, очень хочу. Я всем сердцем желаю этого! – молниеносно ответил Лавров.

– Но зачем так скоро? Не торопишься ли ты? Я люблю тебя, ты любишь меня, а большего пока мне и не надобно.

В этот момент, глядя на Александра Катя думала о том, что она обязательно

станет его женой и только его. Что у них будит дружная семья, много детей, но не сейчас. Сейчас больше всего ей хотелось, как можно дольше хранить их любовь в тайне от всех и украдкой убегая из дома наслаждаться долгожданными свиданиями.

– Катенька! Любовь

моя! Ты моя и только моя! Никогда и никому не отдам тебя! – вскочив с колена сказал Лавров, крепко обнимая Катю.

Услышав в его словах тревогу, она недоумённо спросила.

– Да разве ж меня кто отбирает у тебя?

И тогда Александр рассказал ей о намерении старого графа сделать её своей содержанкой. И о многих других, так называемых «благородных господах», желающих того же. Услышанное повергло Катю в шок. Глядя на Лаврова огромными безумными глазами готовыми вот-вот наполниться слезами, она спросила.

– Как же такое возможно, ведь я ж не крепостная?

– Не думай об этом, не тревожься. Я сделаю всё, чтобы мы были вместе. Ты хочешь этого? Ты согласна?

И тогда Катя тихо ответила – да.

Поцеловав её, он сказал, что завтра же придёт в дом купца Пашкова, чтобы забрать её и увезти в своё имение. После чего они обвенчаются, а уж потом поставят об этом в известность родителей.

– Что ты Сашенька! Что ты милый мой! Без родительского благословения я в твой дом войти не посмею. Грех это, большой грех! Ни твои, ни мои родители нам этого не простят! Не будет нам счастья! Напрасно ты думаешь, что Матвей Егорыч способен мне зло причинить. Ведь ты его совсем не знаешь, а он добрый, он любит меня как родную. Не посмеет он отдать меня кому-либо помимо моей воли. Он моим родителям беречь меня поклялся. Да и я уже взрослая – захочу, так и сама уйду. Боишься ты Саша чего-то, от того и торопишься. Страх плохой советчик, – так мой батюшка говорит.

Да, у Лаврова был страх, и он подсказывал ему наличие многих причин, по которым возможно потерять Катю, что было для него равносильно смерти. Поэтому понимая, что переубедить её не удастся, он пообещал встретиться с купцом только для того, чтобы поставить его в известность об их намерении пожениться. А уж потом, даст Бог, всё уладиться. На этом они расстались в надежде увидеться завтра.

Неотложные дела по службе задержали Лаврова в полку, поэтому он оказался около дома купца Пашкова только ближе к вечеру. Спешно выскочив из кареты, он взбежал по лестнице и позвонил в колокольчик.

– Слушаю вас барин, – тяжёлым хриплым голосом сказал лакей, открыв дверь.

– Доложи любезный, граф Лавров желает встретиться с хозяином Матвеем Егорычем. Надеюсь, он дома?

– Дома то он дома, – тяжело перетаптываясь с ноги на ногу грустно ответил слуга. – Только вот не знаю, примет ли он вас?

– Так поди доложи, чего ж медлишь?

– Доложить то конечно можно с, только… – промямлил Лукич, не трогаясь с места.

– Только позволю сказать вам барин, не вовремя вы пришли, ой не вовремя. Не в себе давеча хозяин то наш, в буйстве он диком, – стыдливо добавил лакей.

– А не скажешь ли любезный, по какой причине с ним эдакое случилось? – снимая с пальцев белые перчатки спросил Лавров заходя в дом. А что б лакей разговорился ничего не утаив, вложил ему в руку аж целый рубль.

Глянув на монету, Лукич удивлённо вытаращил глаза и после фразы, – Премного благодарен барин, – почти шёпотом быстро заговорил.

– Давеча до вас уж трое приходило. Принял их хозяин со всем почтением и уважением. Подумал, что господа эти пришли дочерей его сватать. Ан нет! Вот он и осерчал, сильно осерчал. Господ тех прогнал, с супругой поругался, да и с горя напился.