Рикошетом

Коттон Л. А.

– Врешь, – Джози ухмыльнулась. – У тебя свои секреты, Каллиопа Джеймс, а у меня свои.

– Туше.

Мы в очередной раз улыбнулись друг другу, но потом я спросила:

– Что он здесь забыл? Зак, я имею ввиду. Почему он учится здесь?

Печаль появилась на ее лице.

– Он перевелся сюда в конце прошлого года, после того как его брат...

– После того, как его брат что? – мороз пробежал по моему позвоночнику, а волосы встали дыбом. Дело было не столько в том, что она сказала, сколько в том, чего

она не сказала.

– Произошел несчастный случай, и он... ты действительно ничего об этом не знаешь?

Я не знала.

Я провела большую часть весны, занимаясь своими делами, а Каллум, мой так называемый брат, не сказал мне об этом ни слова.

О боже мой.

Деклан.

Они с Каллумом были друзьями.

– Я не могу поверить, что он умер... – слова стали у меня комом в горле.

– Он не умер, Калли, – ее губы искривились. – Но с тем же успехом он мог бы и умереть. У него тяжелая черепно-мозговая травма. Последние пять месяцев он находится в медикаментозной коме.

Ее слова зазвенели в моей голове. Я вспомнила Деклана. Вспомнила его энергию и жизнелюбие. Я вспомнила, как сильно он любил баскетбол. Я ненавидела его именно по этой причине.

Он был похож на Каллума: сосредоточен только на том, чтобы пройти весь путь до НБА. Они оба всегда мечтали вместе поступить в университет и достичь своих целей – стать профессионалами. Даже после того, как Каллум покинул Бэй-Вью, я знала, что они поддерживали связь и, в конце концов, начали учиться вместе в СУ, беря НАСС⁵ штурмом.

– Я не могу в это поверить, – дрожь пронзила меня.

– Да, это было тяжело для всех.

Внезапный взрыв эмоций поразил меня, и слезы обожгли горло.

– Мне нужно привести себя в порядок, – вскочила я. – Ты можешь тусоваться здесь и делать что угодно, но мне нужно в душ.

– Мне больше некуда идти, – она поудобней устроилась на моей кровати. – Делай свои дела, а я найду что-нибудь посмотреть.

Нырнув в свою маленькую ванную, я закрыла дверь и сделала ровный вдох.

Все было в полном беспорядке.

Зак перевелся сюда. Деклан был в коме. И Каллум не смог рассказать мне ничего из этого. Если раньше я думала, что наши отношения с братом были словно тонкий лед, это только подтвердило, что теперь они были полностью разрушены.

Предательская слеза вырвалась наружу, и я поймала ее подушечкой большого пальца, смахнув. Вцепившись в стойку, я уставилась на себя в зеркало. Волосы были тусклыми и безжизненными, а глаза темными и затуманенными. Ключицы выделялись на фоне бледной кожи, и я знала, что если подниму футболку, которую Джози, должно быть, натянула на меня прошлой ночью, мои ребра и тазовые кости будут видны. За последние несколько месяцев я похудела.

Слишком.

Мои глаза закрылись, когда я сделала еще один неровный

вдох. Часть меня хотела убежать. Бросить все, что у меня есть, в чемодан и уехать далеко-далеко отсюда. Но куда бы я поехала?

У меня никого не было.

Все мои друзья из родного города разъехались по университетам. Моя мама умерла. Дом был продан. То немногое, что у меня осталось от семьи, было здесь, в Стейнбеке.

Даже если они уже давно не являлись настоящей семьей, они все еще были моей кровью. Это было лучше, чем ничего, правда?

– Калли, – позвала Джози. – У тебя там все в порядке?

– Да, – я вытерла глаза полотенцем. – Я скоро вернусь.

– Не торопись, – ответила она.

Сняв с себя то немногое, что было на мне, я включила душ и вошла внутрь, позволяя воде смыть смутные воспоминания о прошлой ночи.

Под струями воды было безопасно. Джози не слышала моих рыданий. А если она не слышала меня, то и не могла задавать больше вопросов. Тогда мне не пришлось бы говорить ей, что я плачу не из-за себя.

Я плакала из-за мальчика, которого когда-то знала.

Из-за мальчика, который был моим лучшим другом во всем мире. Из-за мальчика, которого я хотела... из-за мальчика, которого я любила.

Но больше всего я плакала из-за того мальчика, который разорвал мое сердце и заставил меня усомниться во всем, что я знала о любви и дружбе, и который не заслуживал моих слез.

Он не заслуживал моего сочувствия или душевной боли.

Но моему сердцу было не все равно.

И там, под защитой льющейся на меня воды, мое предательское сердце все еще плакало из-за него.

_______

Проведя пару часов за бессмысленным просмотром телевизора, Джози настояла, чтобы мы отправились на разведку. Она довольно хорошо знала кампус, так как часто навещала Джоэла в прошлом году. Мы посетили ярмарку сообществ, собирая купоны и приглашения на бесплатные пробные занятия. Джози записалась на курсы самообороны, но я пас. Также быстро я отказалась от сообщества фотографов. Но я остановилась у столика студенческого сообщества «Общественное движение». У них была масса предложений для людей, желавших участвовать в общественной деятельности и быть полезным.

– Заинтересовались помощью местному сообществу? – спросила девушка, обслуживающая палатку.

– Может быть, – я пролистала одну из брошюр, остановившись на проекте, который вызвал у меня интерес. – Вы работаете с детьми, пережившими утрату? – моя грудь сжалась, волна боли накрыла меня.

– Да. Это звучит жутко тоскливо, но на самом деле это один из наших самых полезных проектов. Это... то, что могло бы вас заинтересовать?

– Может быть.

– Потрясающе. Могу ли я попросить вашу электронную почту и отправить вам дополнительную информацию? Кстати, я Лидия.