Ричард Хукер

Хукер Ричард

– Настоящим Ловцом Джоном? Тем корешем что бросил тебе пас, а потом еще больше прославился на маршруте Бостон-Мэйн?

– Единственным и неповторимым, – подтвердил Ястреб.

– Ловец, плохую компанию водишь, – сокрушался Моя Трах, – Но я все же с удовольствием пожму тебе руку, как только ты грудь закроешь. Как сам-то, все на поездах катаешься?

– На самолетах в

основном. Думаю попробовать и на рикше. А ты все так же напролом действуешь?

– Не. Прекратил с тех пор, как на Бабенции женился. Уже четыре года без действий.

– А чем ты тут занимаешься, черт возьми? – спросил Ястреб. – Не сказал бы, что вы все тут в работе по уши. И ты хочешь мне сказать что не бегаешь за местными девками?

– Интерес пропал отчего-то. Я как приехал сюда, первый месяц ни черта не делал, только часы заводил да ссал. Теперь я учусь на курсах Управления Борделем.

– С подачи Армейского отдела Продвижения Карьеры?

– Нет, по собственной инициативе.

– Богатство Марстонов добыто характерным для Янки усердием и изобретательностью, – отметил Ястреб. – Я горжусь тобой, Моя Трах. И куда ты на курсы ходишь?

– В Самый Лучший Педиатрический Госпиталь и Бордель Доктора Ямамото, – ответил капитан Марстон.

– Да ладно трепаться, Моя Трах. Это уже слишком, даже для тебя.

– Я серьезно. Он заведует педиатрической клиникой и публичным домом, всё в одном здании.

– Так ты что, сводник?

– Не, я веду бухгалтерию, проверяю девок, и лечу некоторых детишек. Иногда я еще барменом или вышибалой могу подрабатывать. Ведь для такой карьеры необходимо разностороннее образование.

Несмотря на болтовню, грудь зашили. В раздевалке обитатели Болота переоделись обратно в свои наряды «Папа-Санов» и продолжили воссоединение с Моя Трах Марстоном.

– Слушай, а что там с этим полковником Мерриллом? – спросил Ловец.

– Служака из регулярной армии, – ответил капитан Марстон, – Всю кровь вам выпьет, если ему позволите.

Вошел посыльный и сообщил что капитанам Пирсу и Макинтайру надлежит срочно явиться в кабинет полковника. Моя Трах записал им адрес Борделя Доктора Ямамото и предложил встретиться там часов в семь, чтоб отужинать и всякое такое.

– Окей, – сказал Ястреб и повернулся к посыльному, ждавшему, чтобы проводить их в кабинет полковника. – Тележки для клюшек имеются?

– Чего? – спросил посыльный.

Печально вздохнув, они закинули чехлы с клюшками за плечи и последовали

за проводником. Не застав полковника на месте, вместо того чтоб просто сидеть и перечитывать почту на его столе, доктора решили не терять времени и попрактиковаться в паттинге note 12 на ковре кабинета.

– Вы оба под арестом! – заорал полковник, ворвавшись в комнату.

Note12

12

– Тихо! – сказал Ловец. – Не видишь, я тренируюсь?

– Ах вы…

– Давайте обратимся к голым фактам, полковник, – прервал его Ястреб, – Вполне вероятно, наше присутствие здесь и не требовалось. Но, по-любому, ваши мОлодцы лажанулись. Мы во всем разобрались, а для одного конгресмена это было очень важно. По нашему мнению, парня надо наблюдать в течение следующих пяти дней, а так же, по нашему мнению, мы должны участвовать в Открытом чемпионате Кокуры. Если Вас это не устраивает, мы позвоним паре конгрессменов…

– По крайней мере – одному, – добавил Ловец.

Сказанное было грубостью, но не слишком, и они знали, что оно подействует. Подхватив клюшки, доктора вышли. У входа в госпиталь стоял автомобиль – тот самый, который доставил их сюда. Это была машина полковника. Сержант болтался неподалеку, ожидая начальника. Ловец и Ястреб забрались на переднее сиденье.

– Эй, постойте! – сказал сержант.

– Нам полковник разрешил, – проинформировал сержанта Ястреб, – после Чемпионата отдадим.

– Вот-вот, – сказал Ловец, – начальник велел тебе идти написать пару писем для конгрессменового сынка.

– Чёртова армия, – сообщил сержант.

Они подъехали к гольф-полю, запарковались, достали клюшки и направились в приемную клуба. Несмотря на то, что членами клуба были в основном служащие американских или британских войск, заведующий был японцем. Он встретил двух корейских Папа-Санов с видимой враждебностью.

– Как нам попасть в списки игроков? – спросил Ястреб.

– Вступительный взнос – двадцать пять долларов, – ответил заведующий, оглядывая его холодным взглядом.

– Но я же профи из Доувера, а это – мой ассистент, – назвался Ястреб протягивая удостоверение Мэйнской Гольф-Ассоциации.

– Ах, вот как, – прошипел японец.

– Мы родственников в Корее навещали, – проинформировал Ловец, – Наши шмотки сгорели. Других нам не достать, пока не заработаем на Чемпионате призовые деньги.