Резидент. Часть 3

Киров Никита

— А потом он в машине занервничал, — продолжал я, — потому что я убежать хотел на заправке, ствол достал, а я педали перепутал, на газ нажал, вот я и врезался, блин. Жесть, да?

— Жесть, — он кивнул. — У меня знакомый психолог есть. Могу номер дать, он тебя бесплатно примет.

— Да не надо мне такого счастья. Мне ещё сессию сдавать.

Холодов убрал флешку в карман. А у меня ещё есть такие в тайнике.

Сказал я много, и всё это приплюсуется к тому, что Турок якобы искал свидетелей против Штерна.

Казалось бы, для чего? В чём смысл такой легенды?

А это для того, что Турок якобы отвлекал внимание от себя и заложил агента, попутно действуя совсем с другой стороны. И метод продуманный, будто всё произошло случайно, чтобы жертва не сразу поняла, откуда утечка, а подумала, что это из-за собственного недосмотра. Тогда она будет молчать какое-то время и не сразу выдаст куратора. Ведь если рассказать, то это означает, что сам признался в шпионаже, а это в любом государстве одно из самых тяжких преступлений. Нет, жертва на такое пойдёт далеко не сразу, только когда терять будет нечего.

На самом деле, эта тактика пожертвовать пешку была самого Тумана, и Холодов мог о таком догадываться, поэтому я к ней и веду, будто ей пользовался сам Турок. Как Турок действовал на самом деле, я ещё не вспомнил.

Холодов молчал долго, а мы ехали дальше, уже по городу. Машин на дорогах почти не попадалось, ведь уже ночь.

— Не понятна ещё одна вещь… — задумался он и покосился на меня, — Тогда, после ресторана, ты сказал, что засада. В том числе и на меня. Почему ты так решил?

Я какое-то время помолчал, но этот вопрос ожидал, и я знал, что ответить.

— Так там ваши коллеги были, весь ресторан фейсов… ой, сотрудников ФСБ, — я сделал вид, что смутился. — Я их запомнил, узнал, у меня память на лица хорошая.

— Ну, у нас своя была операция.

— Но вы-то на улице были, — возразил я. — А там-то внутри были те, кого я управлении видел. Один ещё ругался на меня в кабинете Гриневича, я его и запомнил. Наташе сразу сказал, она тоже это поняла. И жучок этот нашёлся в кармане, который я вам отдал. Вот и решили, что подстава.

— Ага… а она что делала?

Теперь и её надо отмазывать.

— Она очень переживала за Лисицына. Он же всегда ей помогал, вот и подумала, что хотят подставить её, чтобы до шефа добраться. И на турбазе, а на всём остальном. На турбазу, кстати, тоже Штерн приезжал.

— Я его видел.

— А он теперь главным будет?

— Ни за что, — Холодов посмотрел перед собой с мрачным видом.

Он замолчал, обдумывая всю цепочку. Я дал её звенья, но связать всё это воедино ему надо будет самому. Всё, что буду говорить дальше, уже будет подозрительным.

— И всё, — нарочито расстроенным голосом сказал я. — Всё забыл, всё напутал. Ещё и врезался. И что теперь?

— Ты очень помог, Вадим. Сильно помог.

— Так он помер же. А я виновен

окажусь.

— Слушай, ну дело заведут, но ты в нём вообще потерпевший. Он же тебя похитил, и в таких случаях вина на похитителе. Проконтролирую это сам сам. А если бы ты не врезался… думаю, он бы тебя использовал, а потом бы где-нибудь грохнул по дороге и бросил в лесополосе. А потом улики оставил, что ты ему помогал.

Я замер, будто меня это ошарашило.

Но внутри просиял. Он сложил обрывки в голове, все случайности, всё остальное, и сделал выводы, нужные мне. И из этих выводов исключил меня.

Майор заехал на заправку. Теперь он будет рыть. Штерн хотел всё скинуть на своего шефа и остальных, но мы скидываем всё на него и Турка. Делаем из Турка злобного гения со сложной многоходовочкой, которая не сработала только из-за аварии.

Холодов вернулся с заправки, купив в находящемся там магазинчике бутылку воды и банку энергетика.

— Не даёте вы мне все поспать, — в шутку сказал майор, протянув мне воду, а сам отпил из банки. — Опять всю ночь работать.

— А кто все эти люди? — спросил я. — Они же связаны? Что тот, у секции, что этот?

— Много тебе знать нельзя, но да, связаны, — он выехал с заправки. — И будут подходить к тебе ещё, это точно, и к девушке тоже. Особенно учитывая, какую роль ты играешь во всём этом. Но если поймут, что я за тобой присматриваю, то не захотят рисковать.

Это вряд ли. Так или иначе, любой новый агент придёт ко мне. И у каждого последующего будет всё больше и больше вопросов. А учитывая, что узнать их крайне сложно, надо как-то пробуждать память дальше. Чтобы заранее обезвредить любого.

— Они тут операцию проводят, — сказал Холодов, немного подумав об этом. — Хотят действовать, а мы их ловим. Ещё осенью начали, вот я здесь и торчу почти полгода. Тот мужик, который тобой прикрывался у секции, матёрый был, давно за ним гонялся. Но это между нами, — он глянул на меня.

— Само собой, — я кивнул.

— В прошлый раз один из его агентов вышел на связь с нами, но всё рассказать не успел. Трагически погиб. Тоже сиротой был.

— Убили? — спросил я, понимая, что это он про Пашку, красного дракона.

А это задело майора, судя по тому, как изменился тон. Не очень ему понравилось то, что доверившийся ему человек погиб. Я бы даже сказал, с подачи навыков Тумана, разумеется, что это угнетает Холодова.

— Вроде того. Так что люди опасные и серьёзные. И если что-то заподозришь, то сразу звони.

— Понял.

— Но по допросам придётся походить. И тут прилетает начальство «Контура», — вспомнил он. — Тоже с тобой захотят поговорить.

— И что делать?

Холодов задумался. Мы как раз заехали в мой двор, и впереди показался мой дом. В некоторых окнах ещё горел свет.