Революция
Шрифт:
— Это вы?! — архивариус одновременно испытал и облегчение и тревогу. — Милое дитя, позвольте узнать, зачем было устраивать такое представление? Вы же знаете, я всегда рад вашему визиту, — Кельвин покосился на сидящего рядом итальянца и приветливо ему улыбнулся, — даже если вы приходите с друзьями.
— Кристофер, простите меня ради бога за доставленные неудобства, — отозвалась Кейт Либби, лихо маневрируя в плотном автомобильном потоке. — К сожалению, мне не хотелось бы сейчас появляться в офисах корпорации. На то есть веские причины. А мне очень нужно с вами поговорить. Я вспомнила, как при прошлой нашей встрече вы упоминали, что покупаете чай только в этой лавочке,
— Ох уж эта молодежь, — Кристофер многозначительно улыбнулся, глядя на итальянца, как бы ища у того поддержки. — Им бы только в суперагентов поиграть, словно дети малые.
Муни нахмурился, явно не обрадованный тем фактом, что его только что низвергли в статус старпера.
— Обещаю, что если выберусь из этой передряги, то обязательно навещу вас при более спокойных обстоятельствах.
— Будьте осмотрительней, Кейт. Ведь в следующий раз я могу поймать вас на слове и приглашу вас на свидание. — Кристофер улыбнулся своей фирменной обаятельной улыбкой, глядя на которую Кейт на секунду забыла все страхи и мучения последних дней. Но счастливые мгновения длились недолго. Стоящий в соседнем ряду джип издал протяжный гудок, тут же вернувший девушку с небес на землю.
— С удовольствием приму ваше приглашение, Кристофер. Но в другой раз. А сейчас у меня к вам очень серьезное дело. Можно сказать, дело жизни и смерти.
— Какие печальные слова из уст столь юной девушки, — и хотя слова эти были из стандартного джентльменского набора жизнерадостного архивариуса Кристофера Кельвина, тон, которым он их произнес, ясно давал понять, что он готов говорить серьезно.
— Кристофер, скажите четно. Вы знали, что Дэниел Гринвуд был моим отцом?
Повисло тягостное молчание, которое длилось не меньше пяти минут. Наконец, архивариус собрался с мыслями и заговорил:
— Конечно, я это знал, моя дорогая Кейт. В конце концов, я же архивариус, мне по статусу положено знать подобные вещи. Но поймите меня правильно, я не имел права раскрыть вам эту страшную тайну. Не потому, что боялся. Я уже давно ничего не боюсь, кроме того, что если приспичит, то я могу не успеть вовремя добежать до туалета. Но если бы я сказал вам правду тогда, когда вы пришли в мою скромную обитель в поиске ответов на вопросы о Нострадамусе, то это могло привести к непредсказуемым последствиям.
— Что вы имеете в виду? — Кейт посмотрела через зеркало заднего вида архивариусу в глаза.
Архивариус, мгновенно растерявший всю потешность и рассеянность, внимательно посмотрел ей в ответ.
— Кейт, поймите. Ваша дуэль с отцом не была случайной. Все это было запланировано очень давно. Конечно, жаль, что Дэниел не смог выйти из этой битвы живым. Поверьте, я говорю эти слова искренне. Но так было надо…
— Кому? Кому было нужно искалечить мою судьбу? — на глазах девушки выступили слезы. Но, несмотря на это, она не потеряла управление машиной.
Прежде чем ответить, архивариус вновь ненадолго погрузился в молчание.
— Скоро вы все узнаете. Это я вам обещаю. Сам же я не в силах дать вам ответ на этот вопрос. Я так же, как и вы, имею на руках лишь части пазла, не позволяющие сложить из них общую картину. Но вы, Кейт, сможете достать недостающие частички и решить этот ребус.
Через несколько кварталов пикап вырулил к зданию чикагского филиала корпорации «Хронос». Муни выбрался из машины, давая архивариусу возможность выйти. Но прежде чем покинуть салон, Кристофер протянул девушке небольшой голографический проигрыватель.
— Я думаю, то, что вы увидите на этой записи, поможет
И вновь перед ней был обаятельный джентльмен в твидовом пиджаке.
Помахав им на прощание рукой, Кристофер смешался с толпой так обожаемых им нью-йоркцев и вскоре исчез из виду.
Муни пересел в машине на место рядом с водителем и задумчиво смотрел на проходящих мимо людей. Потом он спросил:
— Ну что, ты получила хоть какие-то ответы на свои вопросы?
— Сейчас узнаем, — девушка растерянно пожала плечами и включила запись на подаренном ей Кристофером голографическом проигрывателе.
Глава вторая
Металлический столб напомнил Стивену миниатюрную ось мира. Верхушка металлической конструкции упиралась в сумрачное норвежское небо, а основание застыло в крепких объятиях бетонной плиты. К столбу, на четырех болтах из нержавеющей стали, был прикреплен круглый щит указателя. На желтом фоне был схематично изображен танк, а ниже цифры «шесть» и «ноль».
Стивен любовался этим чудом несколько минут, после чего расчехлил старенький Nikon и сделал несколько снимков. Довольный своей добычей, мужчина спрятал фотоаппарат и неспешной походкой направился к кофейне, которую сразу же заприметил еще по приезду в город.
Интерьер кофейни был весьма типичен для норвежской провинции, несмотря на то что Ставангер, в который Стивена пригласила Кейт Либби, являлся нефтяной столицей этой хоть и небольшой, но весьма амбициозной страны. Стены из красного кирпича украшены репринтами рекламных плакатов шестидесятых годов прошлого века. Тяжелая мебель, выполненная из натурального дерева. Скандинавский минимализм и тишина. После тесных и суетных пабов старинного Дублина и осточертевшей комнаты на пещерной базе этот городок показался Стивену настоящим раем.