Революция
Шрифт:
— Все вместе, — тихо повторила Кейт, и Марина перевела на нее полные слез глаза. — Спасибо.
— Пол, — Френк кивнул пилоту и присоединился к взрослым.
— Никогда не думала, что ты можешь так трогательно говорить, — удивилась Кейт.
— Сам не ожидал, — пожал плечами хмурый итальянец. — Но она молодец и заслужила этого. А я… Наверное, я просто устал, Кейт. Вот и все.
Они активировали перстни, и в комнате остались только Недельская и Ястреб.
— Ушли, — отвернувшись от места, где только что находились агенты, Марина беспомощно повернулась к Полу.
— И мы
— Да, — просто ответила она, заглядывая в глаза пареньку, который в эти последние минуты разительно превратился во взрослого.
Время — как взмах крыла бабочки. Смазанный, неуловимый. Один-единственный, застывший в бесконечности. Он дожидается своего часа где-то внутри каждого из нас. Мы же продолжаем бежать, с легкомысленным упорством стачивая жизни подобно разноцветным мелкам, которые выводят на асфальте, зажатые беспечной детской рукой… Спотыкаемся, падаем. Не успевая разглядеть в короткой отпущенной нам суете самого главного.
Что вокруг целый мир. Что мы кому-то нужны.
Что мы еще живы…
Марина посмотрела на свои аккуратные часики, стрелки которых, оказывается, встали несколько минут назад.
Вертолет продолжал лететь над бескрайней зеленой равниной навстречу восходу. Что теперь с ними станет? Каким будет новый мир, в котором предстоит прожить новую, неизвестную судьбу?
Что станет со всеми ними?
— Прощайте, — одними губами прошептала Марина, уже не обращая внимания на то, что давно плачет.
Не отрывающийся от пилотирования Ястреб повернулся к ней и осторожно взял за руку.
— Почему все так, Пол? — спросила Недельская.
— Значит, так нужно, — серьезно ответил пилот. — Я здесь, слышишь? Я с тобой.
— Ты здесь. А нас уже нет…
Не давая закончить, он придвинулся к ней и прижался к горячим мягким губам поцелуем.
Вертолет забрал вверх, и распахнувшееся бескрайнее небо поглотило его.
Первый луч солнца, прорезав холодные сумерки, яркой вспышкой появился над горизонтом. Еще не окрепший, холодный. Тонкий, как лезвие, багровый, словно кровь. Летящую птицу подхватил восходящий поток воздуха, наполняя крылья новой силой. С той высоты, которая была для него домом, никто и никогда не видел горы такими, он был в этом уверен. Неколебимые, чистые, величественные. Они были суровы и прекрасны. Они знали не одно поколение его предков, и мудрость и превосходство их пред ним было неоспоримо.
Он помнил эти места еще с тех самых пор, как неокрепшим птенцом ковылял со своими собратьями к краю гнезда из-под живота матери. Когда впервые обрушился вниз и был подхвачен ветром, который стал его союзником. Орел издал клекот, приветствуя новый день.
Он не охотился, но чуял кровь. Человеческая кровь, которая еще только должна была пролиться. Слышал присутствие других существ, незнакомых, опасных. Чуждых миру, к которому он привык. Ветер говорил с ним, и орел вновь прислушался, чуть изменив направление.
Проводив величественно парящую птицу взглядом, Кейт опустила голову и посмотрела на ворота Тибетской штаб-квартиры, к которым
Но всякое напряжение спало, как только они оказались внутри «Шамбалы». Никто не попытался их арестовать или убить. Работники корпорации занимались своими повседневными делами, а на Кейт, Муни и Паташика обращали не больше внимания, чем обычно.
— Предлагаю сразу наведаться к Медекису. — Муни нажал на кнопку лифта, а сам тем временем, дабы скрыть нервозность, схватил первый попавшийся журнал со стойки рядом с дверьми лифта и принялся увлеченно его разглядывать.
— Френк. Фрееенк, — Паташик пытался ненавязчиво привлечь к себе внимание напарника, но в конце концов не выдержал и рявкнул: — Френк!
— А! Что? — вздрогнул итальянец. — Тьфу на тебя, паразит. Чуть инфаркт из-за тебя не заработал!
— Сам не ори, — осадил напарник. — И журнал переверни. Ты его вверх ногами держишь.
— А…ах, да, спасибо, — Френк убрал журнал на полку от греха подальше. Как раз в этот момент на их этаж подошел лифт.
Через несколько минут вся троица оказалась в кабинете Медекиса. Дин очень внимательно слушал попеременный рассказ подчиненных, изредка задавая вопросы и уточняя некоторые детали.
— И тогда мы поняли, что это место идеально соответствует нашим условиям для проведения следующего этапа операции «Мессия». Можете представить, Дин, каково было наше удивление, когда мы наткнулись там на штаб-квартиру «Хроноса»!
— Погодите. Значит, вы утверждаете, что наткнулись на ту саму неуловимую базу «Хронос Один»?
— Еще раз повторяем, да! Центр конкурирующей корпорации находится в китайских подземельях Эр Ван Дон, в две тысячи шестидесятом году.
— Вы уверены, что это настоящая база, а не муляж? — Медекис упрямо тряхнул головой, боясь спугнуть ненароком улыбнувшуюся удачу. — Мы уже сталкивались с подобным фокусом от этих тварей. В тех операциях погибли сотни наших лучших агентов. И мы не имеем права еще раз угодить в подобную ловушку.
— Мы уверены на все сто процентов, Дин. Ястреб и Недельская остались в том районе, следить и сообщать, если вдруг что-то случится, — добавила Кейт.
Некоторое время Медекис размышлял, пока, наконец не решился. За это время диверсанты успели покрыться и мурашками, и каплями пота.
Дин набрал замысловатую комбинацию на стоящем перед ним кнопочном аппарате внутренней связи, снял трубку и замер в ожидании. Через несколько секунд ему ответили.
— Сэр, вас беспокоит начальник службы безопасности Дин Медекис. Нет-нет, у нас на базе все в порядке. Дело вот в чем. Ко мне пришли агенты оперативной группы, занимающейся делом Гая Метьюза… — Медекис покосился на девушку. — Да-да, руководитель группы Кейт Либби. Так вот, они говорят, что наткнулись на базу корпорации «Хронос Один» в китайской провинции Чинцин. Там есть подземный пещерный комплекс Эр Ван Дон. По всем признакам это их главная база, которую мы так долго искали… Да… нет… будет сделано… я им передам.