Революция

Вардунас Игорь Владимирович

Пролог

п. 3.3, пп. 1. В центральных офисах корпорации установлены стационарные машины для перемещения во времени, или попросту МАШИНЫ, основной принцип работы которых построен на проекционном эффекте.

п. 3.4, пп. 76. Для бесперебойной работы филиалов корпорации необходимо иметь по десять-пятнадцать функционирующих МАШИН-ретрансляторов в каждом временном отрезке в сто — сто десять лет.

п. 3–4, пп. 77. Вывод из строя нескольких МАШИН-ретрансляторов не способен вызвать критических сбоев в работе филиалов корпорации. Но техническому отделу строго надлежит следить за тем, чтобы в каждом веке оставалась как минимум одна функционирующая МАШИНА-ретранслятор.

п. 5.7, пп. 10. Перемещения

во времени осуществляются при помощи хроноперстней, каждый из них программируется индивидуально, в зависимости от конкретной задачи. Активировав перстень, агент перемещается в прошлое или будущее. Но прыжок во времени может привести к весьма печальным последствиям, если не заданы конкретные координаты приземления. За десятки или сотни лет на месте высотного здания может появиться пустырь или озеро. Также был случай, когда агент появился прямо посреди оживленного шоссе. Для того чтоб подобное не происходило, мы используем магнитные разломы и аномалии, находящиеся, как правило, в отдалении от человеческих поселений. Местоположение таких магнитных полей, или, как мы их именуем — «маяков», где б они ни находились, в прошлом или в будущем, можно просчитать. Главное, знать точные координаты, направление и скорость перемещения «маяка» в настоящем.

п. 11, пп. 39. Защита МАШИНЫ-ретранслятора является первоочередной задачей каждого филиала корпорации:

— Строжайше запрещается допуск посторонних лиц в место расположения МАШИНЫ. Допуск к ней имеют лишь сотрудники технического отдела…

п.29, пп. 109. Дежурным сотрудникам отдела надлежит иметь при себе табельное оружие. Для поддержания профессиональных навыков каждому сотруднику технического отдела, носящему табельное оружие, надлежит ежегодно проходить переаттестацию по навыкам владения оружия и учебные стрельбы в тире.

п. 45, пп. 17. Основная МАШИНА («ХРОНОС») установлена в «Шамбале», на основной базе корпорации в Тибете. «ХРОНОС» посылает энергетические сигналы МАШИНАМ-ретрансляторам. Эта энергия необходима для совершения перемещения во времени и обратно, аккумулируется в МАШИНАХ, от которых заряжаются хроноперстни. Хроноперстни, входящие в арсенал полевых агентов, могут совершать перемещение в пространстве, но не во времени. Таким образом, осуществляется бесперебойная подпитка энергией всего технического оборудования для путешествий во времени…

Должностная инструкция для руководителя технического отдела корпорации «Хронос Два». Совершенно секретно. Допуск не ниже 9-го (девятого) уровня.

Глава первая

Со дня, в который вы родились, колеса завертелись, Обращаясь еще быстрее — Сыграть свою роль в большой машине. Устанавливается сцена, дорога выбрана, Ваша судьба предопределена. Мы следим за вами — на каждом этапе пути. Никогда не бывает слишком поздно, чтобы стоять на своем, — Революция начинается. В вас — В меня — Революция! Один раз проиграл — Проиграл в свою игру Психическое нарушение теперь цепей Освободиться, Кто они такие, чтобы указывать вам, что делать? Сцены не установлены, дорога не выбрана, Ваша судьба не предопределена. Они теряют контроль — на каждом этапе пути. Это революция! «Revolution Begins», гр. «Arch Enemy»

Створки лифта распахнулись и в просторном холле, облицованном темно-зеленым мрамором и украшенном широкой золоченой табличкой: «Корпорация „Хронос“. Контрольно-полицейские функции в отношении путешествий во времени и истории», появился архивариус Кристофер Кельвин.

Невысокий старичок, обладатель окладистой бороды

и твидового пиджака, Кельвин служил хранителем знаний и старинных сказаний в нью-йоркском офисе «Хроноса Два». Сегодня, как и всегда, он направлялся к своему приятелю-англичанину, владельцу частной чайной лавочки на пересечении восьмой авеню и сорок второй улицы.

Архивариус вышел на улицу и вдохнул полной грудью. Ему нравился стальной воздух этого города, хотя люди в его возрасте предпочитали ароматы сельской жизни и бодрящее дыхание моря.

Шагая по улице, Кельвин размышлял о том, что Нью-Йорк действительно являлся плавильным котлом мира: более тридцати процентов его жителей являются выходцами из других стран, в частности, это заметно в боро [38] Квинс. Считается, что город имеет наивысший уровень концентрации лингвистического разнообразия в сравнении со всем миром. Здесь встречаются даже самые редкие наречия, например, garifuna, гибрид африканских, Вест-Индии и диалекты коренных жителей Южной Америки.

38

Нью-Йорк состоит всего из пяти районов, называемых боро, и находится в одноименном штате. Боро называются Бруклин, Бронкс, Квинс, Манхэттен и Стейтен Айленд.

Поскольку некоторые из этих языков находятся на грани исчезновения, Городской университет Нью-Йорка начал проект под названием «Endangered Language Alliance», предназначенный для сохранения таких редких языков, как Bukhari, Vhlaski и Ormuri. Кельвин лично участвовал в этом проекте, помогая конспектировать и собирать квинский фольклор.

Но больше всего архивариусу нравилось бывать в другом районе города, в Бруклине, где проживала почти половина населения многомиллионного Нью-Йорка. Причина любви крылась в ярко-зеленых попугаях, оккупировавших парки и скверы Бруклинита. [39] Кельвину безумно нравилось приходить и кормить этих удивительных созданий, неизвестно как очутившихся в каменных джунглях. [40]

39

Бруклинит — до 1901 года Бруклин был самостоятельным городом, поэтому у его жителей есть свое название, ныне забываемое.

40

Вид, свойственный для Южной Америки, обитает в районе Бруклина. Отследить появление этих птиц здесь уже невозможно: одни жители поговаривают, что это питомцы зоомагазина, выпущенные на волю, когда магазин обанкротился, другие утверждают, что они вылетели из ботанического сада Бруклина. Хотя птицы могут вам встретиться в нескольких местах по всему району, возможно, самое популярное место, где можно их увидеть — это гнезда на линиях электропередачи на спортивной площадке бруклинского колледжа.

Архивариус уверенно лавировал в потоке нью-йоркцев, он чувствовал себя среди них словно рыба в воде. Так же как и они, запросто переходил дорогу на красный свет. Не лез в чужие дела, пока его об этом не просили. И без проблем ориентировался в сабвее, несмотря на то что это было самое большое метро в мире, состоящее из четырех с половиной сотен станций.

А какие в Нью-Йорке рестораны! Кельвин никогда не ужинал в одном и том же ресторане дважды, поскольку стремился попробовать кухню всех народов мира. К тому же сервис в нью-йоркских ресторанах замечательный. В них не обсчитывают. Здесь можно попробовать плоть любого существа, не занесенного в Красную книгу. Порции огромные и недоеденное можно унести домой. Просто попросить официанта сделать доггибэг, [41] а на утро, не делясь с собакой, съесть все оставшееся от ужина самому.

41

Доггибэг — пакетик для собачки.

Архивариус любил этот город и привык думать, что тот отвечает ему взаимностью. Поэтому он никак не ожидал, что всего в нескольких метрах от его конечной точки маршрута, рядом затормозит черный пикап, из которого выскочит коренастый мужчина, внешне весьма похожий на выходца из Италии, и, не говоря ни слова, просто скрутит Кельвина и грубо затолкает в салон автомобиля.

Архивариус и пикнуть не успел, как автомобиль похитителей унес его прочь от чайной лавочки.

И каково же было удивление Кристофера, когда он увидел, кто сидит за рулем пикапа.