Разрешаю стонать
Шрифт:
Стоило его представить перед глазами, сердце заколотилось быстрее, а низ живота опять опалило жаром. Телу предательскому было пофиг, что могло случиться потом. Оно соскучилось по мужской ласке и все еще горело, хотя стол и его владелец остались далеко позади.
Хорошо все же, что унесла ноги. Молодец, что одумалась. Басманский – не Вася. С этим быком я бы не смогла тягаться. Кто я и кто он?
А собирать себя потом по кусочкам… Плавали. Не так это просто, как кажется.
О Ваське
Жаль, в свои двадцать я не знала, что мужики повально козлы. Козлы обыкновенные.
Молодая, наивная, я верила Васе во всем. Не обращала внимания на постоянные командировки и вечные переработки. Не совалась к нему в офис и не нюхала рубашки. А когда увидела в инстаграме подруги фото со знакомым голым задом в ее душевой кабинке, сама придумала правдоподобную и красивую версию развития событий.
Никаких упреков.
Полное доверие.
Первая стадия дебильности, отягощенная хорошим воспитанием.
Позже выяснилось, что Вася изменял мне с первого дня знакомства. Твердо убежденный в своей полигамности, после первого свидания со мной он по-соседски подсобил с оргазмом одинокой мамаше из квартиры напротив. На следующий день отлюбил на рабочем столе секретаршу начальника и, как смог, помог справиться с мешающим работать ПМС.
Безотказный любовник-спаситель, Вася умудрился отработать в две «смены» и в нашу первую ночь. Я еще не успела закрыть глаза и отбыть в царство Морфея, как в соседнем номере драгоценный муж полечил ангину моей молодящейся, повернутой на йоге и нетрадиционной медицине двоюродной тетушке.
Каким был перепробег члена Васи к исходу нашего четвертого года совместной жизни, я боялась даже представить. По фотографиям, опущенным глазам подруг, слезливым признаниям тети и соседок складывалось впечатление, что мой муж трудился без роздыху и перерывов на ТО, как Санта в новогодние праздники.
Среди всех моих знакомых и близких представительниц женского пола не нашлось ни одной, которая смогла бы честно ответить, что у нее с моим благоверным уж точно ничего не было. При упоминании Васи подозрительно странно вздыхала даже семидесятилетняя бабушка Дина из соседнего подъезда и грустно скулила ее пустоголовая болонка.
Красивая сказка о любви разрушилась, словно карточный домик. Одно слишком раннее возвращение домой, два голых тела на полу возле зеркала, три пары удивленных глаз – невероятное стало очевидным.
А ведь я спешила, чтобы порадовать любимого новостью. О ребенке. Малыше, которого мы так хотели, и ради рождения которого год обивали порог центра репродуктивной медицины.
Почему я вспомнила о Васе прямо сейчас? Потому что встреча в офисе была каким-то дежавю. Та же уверенность, та же похотливая сущность. А еще, наверное, потому, что кроме
Лиза позвонила мне тут же, как я вернулась домой. В том, что Лиля сообщит ей о моем провале, я не сомневалась. Но все равно хотелось хоть немного времени, чтобы прийти в себя.
– Ты совсем голову потеряла?! – даже не выслушав, подруга сразу начала причитать. – Как можно было сбежать с этой работы? Ты хоть представляешь, чего лишилась?
В ответ, как назло, вспомнились большие ладони на груди, такой же большой член, упирающийся в бедро, и голос… Тело тут же отреагировало волной дрожи, словно я вирус какой подхватила.
– Лиза, да он меня чуть в кабинете у себя не взял! – вырвалось с обидой.
– Как это?…
– Буквально! Чуть не изнасиловал на рабочем столе.
– Э-э… И что, прямо так сразу?
О томТо, что это ненормально и аморально, Лизка будто мимо ушей пропустила. Ее, похоже, интересовало лишь, почему так быстро, а не какого черта вообще.
– Только представиться успела.
– То есть ты вошла. Сказала: «Я Лена», и он давай тебя склонять?
– Именно так.
– А перепутать он тебя с кем-то не мог? Мало ли кого ждал.
– Нет. Я сообщила, что на замену, и список обязанностей начала перечислять.
О трусах я решила умолчать. Раз уж мне не сочувствовали, то и подробности знать не заслуживали.
– Вот Басманский! Вот кобель!
Почему-то мне показалось, что прозвучало это не с упреком, а с восхищением.
– Он самый! Похотливый и нахальный, – попыталась я настроить Лизу на нужную волну.
– Да, такого я не предполагала. Совсем… – Лиза подозрительно замолчала. – А тебе точно было неприятно?
От удивления я чуть воздухом не поперхнулась.
– Что?! Лизка!
– Я уже тридцать семь лет Лизка. Связки побереги. Как доктор скажу – крик для них вреден.
– Но ты… – у меня даже слов не было, как описать свое возмущение.
– Лучше правду скажи. Я ж этого Басманского видела. Огонь мужик. Только трусы выкручивать. Не то что твой многостаночник Василий. Неужели совсем не понравилось?
Готовясь соврать, я сделала медленный вдох. Потом подальше от трубки выдох.
– Понравилось, – все же призналась.
– Ясно. Так, может, зря ноги унесла? Раз у него такое входит в обязанности… Три недели хорошего секса еще никому не вредили. Уж мне, гинекологу, можешь поверить.
– Ты сейчас серьезно?
– Абсолютно.
От такого крутого поворота беседы дух захватывало.
– Я бы не смогла.
– Да тут мочь ничего не надо. Он бы справился и сам. У мужиков с этим заморочек не бывает.
– Я бы потом не смогла.
Лиза вздохнула.
– Только не говори мне, что перед Данькой было бы стыдно. Ему три года. Наоборот, порадовался бы улыбающейся мамке. Когда он тебя довольной последний раз видел?