Раздолбай

Лим Юлия

– Ты кого-то ждешь? – спросила Соня.

– Нет.

Глава 3. Рома

Рома кинулся к стойке с ножами, выхватил самый увесистый и большой.

– Жди здесь, – сказал он Соне, а сам вышел в коридор.

Ключи от квартиры были у его матери, а также у бабушки с дедушкой, но осторожность никогда не мешала. Рома спрятал нож за спиной. Однажды в детстве он потерял ключи, и кто-то пытался проникнуть в квартиру. К счастью, тогда Лисов закрылся на замок

изнутри. В этот раз он забыл о своем главном правиле.

– Кто там?! – рявкнул Рома, когда дверь открылась.

На него с испугом смотрели серые глаза бабушки.

– Это мы, внучок, – выдохнула Ольга Никитична, – ты чего такой злой?

– Не пугай бабушку, – Георгий Анатольевич пропустил жену вперед, затем зашел за ней и закрыл дверь. – Мы приехали сразу, как только узнали о случившемся.

– Не стоило, – Рома сглотнул. – Все же нормально, зачем вы по такой жаре тащились…

– Не тащились, а прогуливались, – заметил дед, – бабушка устала в дороге. Будь добр, принеси ей стакан нехолодной воды.

– А тебе надо?

– Можешь и мне захватить, – Георгий Анатольевич улыбнулся. Рома, выдохнув, повернулся и спрятал нож перед собой, чтобы не пугать родных.

Он зашел в кухню, вернул нож на место.

– Все хорошо? – спросила Соня.

– Что? А, да…прости, я тут загрузился мыслями. Мои бабушка с дедом пришли. Ты не против? – Рома налил воды в стаканы.

– Мне всегда было интересно на них посмотреть.

– Тогда пошли, представлю тебя.

Подогрев воду для бабушки в микроволновке, Рома понес стаканы в коридор.

– Пей осторожно, – сказал он, подавая воду деду, – твою я не грел. Ты же теплую не любишь. А это тебе, бабуля.

– Спасибо, Ромочка…ой, а кто твоя милая подружка? – Ольга Никитична пытливо разглядывала Соню, позабыв промочить горло.

– Это Соня, моя подруга.

– Приятно познакомиться, Сонечка, – бабушка взяла ее за руку морщинистой ладонью. На ощупь ее кожа была нежной и почти гладкой. – А меня Оля зовут. Не стесняйся обращаться ко мне по-простому!

– Ну, что вы, – Соня улыбнулась. Она взглянула на деда Ромы и некоторое время рассматривала его. – А я вас знаю! Вы Георгий Анатольевич, легендарный педагог!

– Так меня еще никто не называл, – усмехнулся дед.

– В школе нам часто приводят вас в пример. Моя сестра от вас без ума!

– Мне очень приятно беседовать с вами, юная леди, – он аккуратно пожал протянутую руку Сони. – Что ж, мы пока с Олей распакуем вещи и не будем вас отвлекать.

– Вы нас особо и не отвлекли, – ответил Рома. – Если что-то будет нужно, зовите.

– Хорошо.

Когда старики скрылись в спальне, Лисов шумно выдохнул.

– Не думал, что они приедут, да еще так быстро и с вещами. Если даже дед в курсе, мне конец!

– По-моему ты преувеличиваешь. Он очень вежливый и совсем не злой, –

сказала Соня.

– Ну…ты просто еще не знаешь моего деда. Он всегда спокойный и рассудительный, но сегодня он по-особому спокойный… – Лисов потер зудящую бровь – утром его в нее укусил комар.

– Не переживай. Я, наверное, лучше пойду. Не буду мешать, – переобувшись, Соня посмотрела на Рому, порывисто обняла его и через пару секунд отстранилась, чтобы их объятие не переросло дружеские отношения. – Пиши мне в любое время, когда будет трудно. Я помогу тебе справиться с этим.

– Спасибо, Сонь. Без тебя я бы давно сдох.

До ужина дед с бабушкой вели себя так, словно ничего не произошло. Они переговаривались, шутили и отдыхали после долгого пути. Рома смотрел на них и видел, с какой любовью они общаются. При нем за все шестнадцать лет они ни разу не ссорились, и во многом были примером для Лисова, но в его характер закралась червоточина. Мать однажды в сердцах сказала ему, что он копия своего отца. Рома тогда не понял, обидеться ему на это или гордиться. Он выбрал что-то среднее и продолжал пакостить.

– Роман, – позвал Георгий Анатольевич, – что ты теперь будешь делать? Как собираешься жить?

– С чем? – Рома пожал плечами. – Не знаю. Пойду в школу, как ты и просил, буду доводить учителей. Все как обычно.

– В этот раз, увы, это не так. Мальчик, которого ты знал, расстался с жизнью. Его родители, должно быть, места себе не находят. Полицейские подозревают тебя в доведении до самоубийства. Эта ситуация куда серьезнее, чем все, что было раньше.

Рома опустил взгляд. Он вытаскивал грязь из-под ногтей, скатывал в маленькие ощутимые шарики, и скидывал на пол, чтобы отвлечься от неприятной темы.

– Ромочка, мы хотим тебе только добра, – сказала бабушка, – не утаивай от нас ничего, милый. Если у тебя какие-то трудности, расскажи, и мы поможем или подскажем, как правильно поступить.

– Да нет у меня трудностей, ба! Чего вы паритесь? – Лисов дернул плечами. – Пусть следствие с этим прыгуном разбирается, я-то тут при чем?

– Скажи мне, чем ты занимался утром? – спросил дед.

– На работе пахал.

– На работе? – седые брови чуть приподнялись. – Почему ты работаешь?

– Мама вам не говорила, что ли?

Дед и бабушка переглянулись.

– Она уехала в Москву по работе. Видимо, у нее что-то случилось, и она пару месяцев мне не переводила деньги. Я решил сам заработать и платить за свет, газ и прочее, – пояснил Рома.

– Почему не попросил денег у нас? – спросила Ольга Никитична.

– А зачем? У вас и так пенсия небольшая, а я здоровый лоб. Да и летом все равно делать нефиг, а Лёня в свой дурацкий лагерь удрал.

– А как же та девочка, Соня?