Раз и навсегда
Шрифт:
– Оденешь ее? – взмолилась я. – У меня куча готовки!
– А что, моя принцесса до сих пор не умеет одеваться сама?
– Умею! – возмутилась Амина. Я закатила глаза и выскользнула за дверь. Пусть они сами разбираются, правда?
Через час, когда у меня на плите уже все кипело и булькало, подоспели помощники по хозяйству. Дело пошло быстрее. К приходу гостей я даже успела прихорошиться. Выделила
– Шикарно выглядишь! – заключила Заринка, взяв меня за руки и покрутив. – Ваха, ты что с моей сестрой делаешь, что она все красивее и красивее с годами?
– Да, пап, что? – усмехнулся Алишер, ткнув отца в бок, а я почему-то смутилась, вдруг усомнившись в том, что мы были ночью достаточно тихими.
– Женщина всегда расцветает рядом с любящим мужчиной, – назидательно заметила мама. Я улыбнулась. Перевела взгляд на Байсарова и растерянно пожала плечами. Он не любил публичного проявления чувств, равно как и пустых разговоров об этом, но мама есть мама.
– Видишь, Амин. А ты говоришь – косметолог. Оказывается, дело во мне, – шокировал меня необычной реакцией Ваха. А проходя мимо, даже приобнял и чмокнул в щеку. Собравшиеся женщины завистливо заахали.
– Сильнее люби. Сэкономите на ботоксе, – захохотала Зарина.
– Сильнее некуда, – отмахнулся Байсаров. На секунду поймал мой болезненно-обнаженный взгляд, в котором и недоверие сквозило, и признательность, и радость…
– Адам, Адиль, ну, наконец-то! – послышалось восторженное за спиной. Я вздрогнула, жалея, что этот момент единения душ закончился так внезапно.
– Мы же вроде вовремя.
– Да где там? Уже все остыло. Ну-ка мигом за стол!
Ну а дальше все было как обычно на таких вот семейных посиделках. Дети бесились, молодежь старалась поскорее сбежать, а старики приставали с расспросами об их жизни и планах. Взрослые же помоложе разбились на группки, сплетничая.
– Я тут такое услышала у Ани в салоне! Помнишь Лейлу?
Я аж вздрогнула. Как такое забыть?
– Она же сбежала с не нашим… Такой скандал был, что даже Хасан его еле уладил. Им пришлось пожениться. И что же? – глаза сестры горели, что означало – случилось действительно нечто из ряда вон.
– Что?
– Теперь они разводятся. Ребенку еще и года нет.
– Бедная
– Бедная?! Я тебя умоляю. Надо было головой думать. А теперь что? Ничего хорошего. На ней ни один приличный мужик не женится. Нет, ну, может, Хасан ее кому-то навяжет, но сама понимаешь, что это будет за жизнь.
От разговора с сестрой меня отвлек звонкий хохот Ами. Да, впрочем, на него обернулись все присутствующие.
– Вы только посмотрите на эту шкодницу! – воскликнула, всплеснув руками, мама. – Вот уж Вахина ксерокопия.
– Мам, – тихонько заметила я, не понимая, есть ли деликатный способ напомнить той, что это совершенно… ну, совершенно ведь невозможно, но меня опередили.
– Ну, так ведь папина доча. Да, Амин? – хмыкнул Байсаров, закинув в рот веточку черемши. И снова в который раз за этот день мое сердце омыло волной благодарности к этому сложному мужчине.
– Да.
– Не хотите еще? – вставила свои пять копеек Заринка, толкая меня в бок.
– Нет, – покачал головой Вахид. – У нас все есть. Сыновья, дочка… Теперь для себя бы пожить.
Этот щемящий момент Ами выбрала для того, чтобы подбежать ко мне и обняться. Я провела пальцами по ее вьющимся волосам, не отрывая взгляда от Вахида. Он улыбнулся. Коротко, по-мужски. Но в этой улыбке было все. Все, чего нам когда-то так не хватало. Все, что мы обрели, пройдя сквозь череду испытаний. Повзрослев. И, наконец, поняв, что любовь, семья – это тоже труд. Это рост. Это движение. И не всегда по проторенной дорожке. Но этот путь в итоге стоил каждого шага…
От автора: дорогие, в первую очередь хочу вас поблагодарить за то, что были со мной и в этой книге. Спасибо за ваши комментарии, звездочки в карточке книги (там, где аннотация и обложка) и интерес к роману. Подписывайтесь на мою страницу, если вы еще не подписаны, чтобы не пропустить другие книги о наших Байсаровых. А пока приглашаю вас в следующую!
"Неподходящая"
Адам — наследник влиятельной кавказской семьи, где честь гораздо важнее чувств. Лейла — мать-одиночка с прошлым, из-за которого ее до сих пор стыдятся родители. Их связь — ошибка. Их чувства — почти преступление. Но что, если эта неподходящая женщина — единственная, с кем он хочет быть?