Равен
Шрифт:
Проходя по Равескому полю в сторону учебного корпуса и внутреннего садика, я старалась впитать всё, что меня окружало. В памяти вспыхивали воспоминания с самого первого дня, когда Нина проводила нам экскурсию. Это было словно в другой жизни.
Я раньше не задумывалась: какого это — отказаться от мечты? Особенно тогда, когда стремишься к ней всем сердцем.
Я в деталях помню, как мама впервые привела меня в танцевальную школу. Помню её розовые стены, запах старого паркета, большие окна и зелёные шторы. Помню
Помню, как восхищенно делилась с матерью своими эмоциями, а та широко улыбалась и одобрительно качала головой. «Настанет время, и ты обязательно взлетишь, моя птичка», — говорила она. Но мама ошиблась. Некоторым мечтам не суждено сбыться.
С самого первого танца я начала жить на сцене, болеть ею, любить её. Мы были одним целым, сколько я себя помню. И она навсегда останется моим старым другом. Возможно, иногда я буду её навещать. А возможно — не увижу больше никогда. Время подскажет.
Во всяком случае, музыка всегда будет напоминать мне обо всех светлых мгновениях, проведённых в стенах Академии. И я никогда не пожалею о своём выборе.
Я подняла руку и громко постучала в тяжелую дубовую дверь.
— Войдите, — послышалось с другой стороны.
С поразительной решимостью я проскользнула внутрь.
Миссис Каспар подняла на меня взгляд.
— Я согласна, — выпалила я, боясь, что страх внезапно заставит меня отступить.
Ректор отложила ручку и выпрямилась. Забыв о бумагах она полностью сосредоточилась на мне.
— Садись, — осторожно предложила она. — Ты уверена?
Опустившись на краешек кресла, я кивнула.
— Но вы должны кое-что знать.
Наталья слегка приподняла брови.
— Я слушаю.
— Я не могу позволить себе платное обучение. А значит, не смогу учиться дальше.
Мои пальцы нервно теребили прядь волос. Усилием воли, я заставила себя прекратить и опустила ладони на колени. Те сразу сжались в кулаки.
— Мне жаль, что я подвела вас и заняла чужое место. Вероятно, вместо меня вы могли потратить время на того, кто заслуживает этого больше…
— Остановись, — прервала мой речевой поток миссис Каспар. — Ты не заняла ничьё место. Да, может допустила много ошибок. Но ты выиграла конкурс и по праву оказалась в Равене, в этом можешь не сомневаться.
Её слова подействовали успокаивающе.
— Ты точно хорошо всё обдумала? — казалось, она боялась спугнуть меня неосторожным словом.
Зря.
— Точно, — куда более уверенно, чем в первый раз, подтвердила я. — Но я хочу, чтобы Академия опубликовала официальное заявление, в котором упомянула, что виноваты мы с Никитой вместе. Можете не снимать его кандидатуру с роли, но это, по крайней мере, будет честно по отношению к Айвану.
Наталья протянула
— Я помогу тебе написать объяснительную. — Она секунду помедлила. — Ты правда сделаешь это ради Айвана?
Сейчас со мной говорила не глава Академии, а его родственница. Член семьи, которому было не всё равно до судьбы племянника.
— Я это делаю не ради него. Точнее, не только из-за этого, — я удобнее расположила лист перед собой и занесла руку, готовая записывать — а еще я хочу поступить правильно.
Наталья посмотрела на меня долгим внимательным взглядом. А затем вздохнула.
— В правом верхнем углу, — начала она…
Прошло минут десять, прежде чем бумага была готова. Мне пришлось потратить пару листов, чтобы письменно изложить все события происшествия и попросить возложить всю ответственность на меня.
Ректор внимательно перечитала содержимое. Затем поставила печать и… расписалась. Один короткий росчерк, а моя жизнь навсегда изменилась.
— Чисто технически, я могу лишить тебя стипендии со следующего семестра, а этот ты можешь доучиться, — деликатно предложила она.
На что я отрицательно покачала головой.
— Ходить на занятия как ни в чём не бывало? Когда вся академия будет обсуждать меня в лицо и за спиной? Видеть, как Айван меня ненавидит? Ради того, что я не смогу получить? Думаю, не стоит.
Как и задерживаться здесь дальше.
Я поднялась на ноги, колени предательски дрожали. Наталья тоже встала.
— Ты хочешь, чтобы я что-то ему передала? — тихо спросила она.
Не стоило уточнять о ком шла речь.
— Передайте, что я никогда ему не лгала. И что мне жаль. Жаль, что я причинила ему боль. Он заслуживает большего. Пусть не сомневается в себе и своих способностях.
— Хорошо. Я передам.
— И еще! — быстро добавила я. — Наталья, не позвольте ему зачерстветь.
Женщина посмотрела на меня понимающе. Она прекрасно знала о стремлениях Айвана податься в отшельники. И, как я надеялась, тоже хотела уберечь его от одиночества.
— Всего доброго, — бросила я на прощание.
Миссис Каспар приоткрыла губы, но так и не нашлась что сказать. Может, она не могла выбрать между жестоким “Прощай” и наивным “До свидания”? Между лаконичным “Всего хорошего” и простым и глупым “Пока, Лина”?
Как бы мне хотелось, чтобы она меня остановила. Ведь я чувствовала — стоит сделать шаг за порог и настанет конец. На этот раз бесповоротный. Но это было невозможно. Пора было нести отвественность за свою жизнь сполна. И лучше сделать это быстро, как сорвать пластырь.
Сжав вспотевшие ладони в кулаки, я в несколько быстрых шагов приблизилась к двери, глядя себе под ноги. Ладонь легла на ручку, плечо с силой врезалось в дерево. Я вывалилась наружу и мгновенно врезалась во что-то твёрдое.