Рапсодия под солнцем
Шрифт:
— Бессмертия тоже, как и вампиров, — усмехается Мур и протягивает вперёд руку. — Можешь попробовать.
— Ну вообще-то… — говорю и тут же тушуюсь из-за своей бесцеремонности. — Извините, что влезаю в переговоры. Это комплексная защита, проверенная. Она прошла испытания и в мирной обстановке, и в боевой. Плюс, ее невозможно с себя снять, и она настроена на носителя.
Зак ушел только с Ниррая, но тут особый случай. Я думал об этом и пришел к выводу, что он просто посчитал, что носитель мертв,
Глава снова подает какой-то непонятный мне знак рукой, и вперед выходит один из его сопровождающих, доставая большой кинжал. Мил сразу дергается, рыча, но Мур притягивает своего парня к себе и успокаивающе гладит по спине.
Охранник взмахивает кинжалом, намереваясь пробить руку Мура, но у него не выходит. Над запястьем проступает голубовато-оранжевая дымка, а сам Мур даже не дергается, только Мила к себе сильнее прижимает. Мур верит в защиту, он знает, как это работает. А Мил нет, но это сейчас, поэтому я не обижаюсь.
Новый взмах руки от Главы, и охранник достает пистолет, стреляя в руку. Мур снова не дергается, хотя это наверняка ощутимо, лишь сильнее в Мила вцепляется, явно понимая, что тот может все сорвать. Но Мил не вырывается, он начинает целовать щеки Мура. Не знаю, жалеет ли он его или просто приспичило поластиться, но выглядит мило. Если бы еще не засохшая кровь, было бы вообще отлично.
— На людях это также работает?
— Да. У Смилодона защита была ещё до обращения. Как вы уже знаете, от вас он в последний раз ушел без царапинки.
На пляже повисает тишина. «Кошки» явно обдумывают, а мы ждем. И лишь шум прибоя да тихое мурлыканье Мила ласкают слух.
Ирс оставляет поцелуй на моем плече, и я, повернув к нему голову, улыбаюсь. Все будет хорошо.
— В чем суть задания? — прерывает тишину Глава.
— Нам нужна защита. Охрана. От клана «кошек», — выдает Мур, а мне так смешно становится, что я даже щеки изнутри прикусываю, чтобы не расхохотаться.
Глава хмыкает, видно, его тоже это позабавило.
— Условия?
— Никаких. Нам нужно, чтобы «кошки» не могли причинить нам вреда, ни напрямую, ни косвенно. Никогда. Как это будет достигнуто нам все равно. Любая дальнейшая взаимосвязь возможна, но только при сохранении полной безопасности нашего клана.
— Клана? — уточняет Глава.
Клан… Я бы назвал нас семьей. Но клан тоже подходит.
— Да. Вампиры. И все обитатели этого острова.
— Онцилла и Балинез?
— Тоже.
— Нет.
— Это не обсуждается, — твердо стоит на своем, точнее, на нашем, Мур.
— Нет. Если кто-то из них покинет территорию острова, они, как и положено, станут целью. Я не пощажу предателей, свободно расхаживающих по земле.
— Остров — неприкасаемая территория.
— Лишь остров, — кивает вожак. —
— Договорились, — улыбается Мур, но Онцилла пробует возмутиться, за что Бали наступает ей на ногу. Она рычит тихонько, а один из охранников Главы, удаляется, чтобы вернуться с планшетом. Мур с Главой занимаются составлением договора, а я представляю, сколько работы нам с Ирсом предстоит. Естественно, не пять лет, а намного меньше, но на всякий случай надо бы еще и продумать, как нейтрализовать Зака с Лолой. Кто знает, вдруг когда понадобится.
Когда договор составлен, его подписывают все присутствующие на переговорах. Все проходит нормально, если не считать кровожадного взгляда Онциллы на бедный стилус, как он не треснул от страха, тайна за семью печатями, но и она ставит свою подпись. А Мил, когда получает в руки стилус, теряется, но стоит Муру его погладить по плечу, как смело, но коротко, что-то чиркает на планшете. Почти уверен, что крестик, но и это сойдёт. Ведь главное, не что написано, а кем. А мы все видели, что он подписал, значит, юридически все законно.
Мы так и остаемся на пляже, пока «кошки» покидают остров, а потом Мил хватает Мура на руки и уносится куда-то очень-очень быстро.
— Надо, наверное, поесть… — предлагаю я. — И помыться.
По идее, не помешало бы еще и убраться, но сейчас никакого на то желания. Сложно поверить, что мы живы и на нас больше не будут нападать. Я бы хотел проведать Амана, но понимаю, что сейчас там лишний. Он сам придет к нам, когда отойдет. О нем там точно сейчас заботятся. Поэтому я тяну Ирса за собой, уводя домой.
***
Аман
Ниррай скользит языком по уже зажившей коже, проверяя. И это чуть щекотно. У меня уже ничего не болит, я сыт, но… Не задумывался раньше, что я такой, оказывается, замороченный на своей внешности. Стоило лишиться волос на голове, бровей и частично ресниц, как я вдруг взволновался и не могу об этом не думать. Выгляжу, наверное, чудовищно.
Я глажу Ниррая по волосам, они у него целые, кончики только опалены, но их можно подровнять. И он снова дергается из-за людей в форме, что окружили наше логово — один из них почесался.
— Не переживай из-за них. Они тут, чтобы тебя охранять от опасности.
— Люди — враг, — заявляет недовольно.
— Нет. Не все. Те люди, что напали на нас, хотели стать вампирами, как мы.
— Люди — враг. Аман — дом, — говорит и проходится языком еще разок, для профилактики. Улыбаюсь его словам, но Ниррай уже переключается на себя, оглядывая грязную, с засохшей кровью кожу и трет ее. Я протягиваю ему руку, приподнимаясь. Я тоже хочу искупаться. Ниррай смотрит в сторону людей с недоверием и говорит: